Рысюхин, вы в четырнадцать не шалили? (СИ)

Но, к некоторому моему удивлению, даже больший интерес у полковника возник к заводику топливных брикетов. Даже дегустацию продукции основного производства отложил ради знакомства с этим детищем Клима Белякова! Оказалось — больной вопрос, причём с детства, которое прошло в степных краях, где вопрос топлива всегда стоял остро. Да и сейчас: гарнизон в Бобруйске большой, да и сам город под боком тоже конкуренцию составляет. И, казалось бы, лесов вокруг достаточно, но если рубить на дрова кто сколько хочет, то их очень быстро не станет. Так что вопрос закупки и качества топлива вызывал изрядную головную боль командиров всех армейских подразделений каждую осень. Если бы раньше знать! Всё показал, рассказал, объяснил. Раскрыл и достоинства, и недостатки, к которым в первую очередь можно отнести высокую зольность торфяных брикетов. Правда, Антон Иванович по этому поводу не переживал, по его словам, у бурого угля, что выделяется казной для отопления, с этим тоже всё не так, чтобы шоколадно. Тут же, благо, оба управляющих были в числе сопровождающих, договорились об отправке «на пробу» тонны брикетов древесных и полутора тонн — торфяных, с отсрочкой оплаты до начала закупок к сезону. Я бы и просто подарил пробную партию, списав расходы на рекламу среди войск гарнизона, но полковник заявил, что с проведением через бухгалтерию такого подарка будет больше мороки и сложностей, чем с покупкой.
  
Артиллериста несколько разочаровало отсутствие в уже моём гарнизоне тех самых миномётов, о которых столько говорилось. Пришлось объяснять.
— У меня вся батарея, некогда дозволенная Государем, стоит на Изнанке, вход на которую находится в родовом имении. Там же, на Изнанке, и полигон оборудован для тренировок и опытовых стрельб. Здесь, в Викентьевке, от них толку мало: вокруг то леса, то болота. Нет, конечно, если лес свести, то полигон можно построить отличный, но какой в этом смысл?
Дождавшись согласия, продолжил забрасывать прикормку.
— Если приедете в гости в моё имение — провожу вас на наше стрельбище, покажем там всё, что угодно!
— Я бы с удовольствием, но сутки туда, сутки обратно, и это если с расписанием поездов повезёт, минимум день у вас… Не могу себе позволить, во всяком случае, не сейчас, на лето много чего запланировано. Если бы вас к нам, но на армейский полигон гражданским доступ оформить не так просто, надо будет на командира гарнизона выходить…
Есть поклёвка!
— Я, как флигель-адъютант, в рамках порученного Его Величеством дела, имею Его дозволение на использование любого полигона Империи. И даже бумаги на этот счёт имеются.
— Так это же замечательно! Организую, встретим вас с поезда, и довезём ваше орудие!..
— Лучше мы своим ходом, по опыту, хоть и скудному, могу судить, что грузиться будем дольше, чем ехать. У меня всё на механической тяге, часиков за шесть доедем. Заодно отработаем движение колонной, пусть и в урезанном варианте.
— И что у вас в колонне будет? Мне для оформления бумаг на въезд в военный городок потребуется.
— Два миномёта как минимум, от одного толку мало, с передками и тягачами, без этого смысла нет. Командирский автомобиль, думаю, мой командир батареи не откажется от такой возможности и от знакомства с вами. Пехотное охранение, для порядка, чтоб всё, как положено. Ну, и разное там, по мелочи… В общем, как колонну сформируем, составим список техники и, отдельно, личного состава. Сфотографирую списки на мобилет и вам фотографии перешлю.
— Слушайте, а ведь это идея! Что значит — молодёжь, голова совсем иначе работает! Я вот не догадался, что можно снимок документа пересылать, мы всё по старинке надиктовываем телефонограммы! Буду ждать, с Императорским разрешением оформление не больше суток займёт.
Есть подсечка! Теперь можно и расслабиться, деловая программа выполнена и перевыполнена, за счёт брикетов. Зачем мне всё это нужно? Да очень просто! В Бобруйске гарнизоном стоят пехотная дивизия со всеми приданными частями и подразделениями, два артиллерийских полка, два осадных дивизиона, крепостной полк, два кавалерийских и прочее, прочее, прочее. Да, далеко не все они в городе, в крепости и в военном городке при них, иные ближе к Могилёву, чем к Бобруйску, а кто-то вообще в Тальке, которая в Минской губернии, но войска там из Могилёвской, военно-административное деление, оказывается, не всегда совпадает с гражданским. Представляете, сколько каждый год туда приходит новобранцев и сколько народу уходит в запас? И тут мы приедем, все такие красивые, в новой форме, на автомобилях все. Такую рекламу дадим, что не выискивать желающих в дружину попасть будем, а выбирать, на конкурсной основе!
Можете спросить, а как же однодворцы местные, неужели всх желающих уже на службу пристроил? Нет, конечно, далеко не всех. Но некоторых и брать не хочется, очень уж в них фанаберии много, другие всем хороши, кроме одного: кроме владения дедовской саблей больше ничего в военном деле не знают и не понимают, их учить и учить, не один месяц, при том, что не все к этому готовы и способны. А в Бобруйске можно будет навербовать готовых солдат и унтеров, даже и артиллеристов, которым минимальный курс переподготовки нужен, и которые знают, что такое армейская дисциплина. Нет, конечно, всё может пойти не по плану, но идея кажется вполне рабочей, приччём не только мне и деду, а всему офицерскому составу. Значит, просто необходимо её опробовать, чтобы потом не жалеть напрасно.
[1] Тотем — голубь сизарь
  
Глава 11
 
Ну, поездка «в гости» это ещё не завтра, хоть учить дружинников передвигаться колонной нужно начинать уже сейчас. И, кстати, поездка в Бобруйск тоже послужит ещё и тренировкой перед Большим Выездом. Для начала, чтобы не вызывать излишнего ажиотажа среди мирного населения, гоняли технику по изнанке, то до строительства моста, то до Щучьего. Причём совмещали полезное с полезным: на стройку дружинники возили материалы и продукты, в Щучий острог — пустую тару, а обратно икру в разных формах, как раз на изнанке была втора половина марта и пошёл нерест.
Силантьев уверял, что провёл подготовку с учётом прошлогоднего опыта и с использованием больших ресурсов, плюс лёд, который наморозили наши артельные маги в ожидании начала строительных работ на Умбре. И с учётом всего этого каштелян уверял, что в этом году заготовит в полтора раза больше щучьей икры, чем в прошлом, плюс обширные ледники позволят дольше хранить её свежей. У нас и в том году считающаяся деликатесом в ресторанах Минска изнаночная икра попала на стол дружинников, что уж говорить про этот? Может, в «сухой паёк» дружинникам, которые поедут со мной в Бобруйск, по баночке малосольной уложить? У тамошних артиллеристов то-то морды вытянутся! Но — могут не поверить, несмотря на все уверения, что это сделано не специально для того, чтобы выпендриться, а заодно и всему остальному меньше верить будут. Надо подумать и посоветоваться. Но вот рыба из Умбры на столах дружинников прописалась прочно, как и мясо кенгуранчиков: доступно, дёшево, вкусно и полезно. И в горячем виде, и в сухом пайке: в вяленом, копчёном и тушёном виде. Правда, копчёности были под вопросом: и запах от них демаскирующий, и потребление воды, которую в полевом выходе не всегда так вот просто добыть, резко увеличивает.
Кстати, насчёт Умбры: паводок пошёл на спад, основания будущих мостовых опор ещё оставались под водой, но глубина над ними уменьшилась уже сантиметров на пять. Если расчёты верны, через неделю камни, если их не снесло, должны показаться над поверхностью реки и можно будет ладить временные технологические мостки к первой из опор. Для этого на берегу уже возвели две вышки с блоками на вершинах, через которые будут переброшены тросы, что и позволят опустить мостки из профилированного и перфорированного стального листа. Пешеходов они выдержат с запасом, тачку с песком или мешком цемента — тоже, а большего от них и не требуется. То, что точно выдержат проверяли, уложив на две опоры на высоте двадцать сантиметров над двором форта, где каждый желающий мог убедиться надёжности конструкции.