Магические осадки не ожидаются (СИ)

Я замерла, прижавшись к стене и обратившись в слух.
— Ну пусть так, но ничего смертельного, если каналы не повреждены, а они у твоего сына чистенькие и крепенькие, его уже проверили. Уже к следующему утру он придет в сознание, и его резерв будет на прежнем уровне, хотя я бы не рекомендовал столь интенсивное восстановление, денька три нужно, постепенненько.
— А моральная травма? Ему это опустошение может напомнить историю с этой… ну ты знаешь… она же чуть ли не лучшей твоей ученицей была. Он мне простить не мог ее ареста и казни! До сих пор поминает!
— Но ведь простил же за столько-то лет? Простил. Женился, наследниками обзавелся. Какая тут может быть моральная травма? Но если ты переживаешь, проследим, поработаем…
— Вот проследи и поработай! — Альеди расстроенно махнул рукой и продолжил путь к лестнице. К нему тут же подбежала целая толпа, окружила, оттеснив спутника.
Магистр Барни тяжело вздохнул и засеменил к выходу.
Я догнала его и спросила:
— Скажите, пожалуйста, он сильно пострадал?
— Кто? — Барни вскинул голову, пробежался по мне взглядом, и увиденное ему не понравилось. — Вы кто такая?
— Курьер, — широко улыбнулась я. Зубы у меня здоровые, крепкие, улыбка обезоруживающая наповал. — Меня отправила госпожа Альеди узнать о состоянии ее сына.
— Хм… с каких пор дорогая Клара посылает с поручением столь… почтенных нищенок?
— Так ведь взрыв, осадки, смерчи… — я быстро покрутила кистью руки, показывая, как опасны магические бури. — В такую погоду своих-то домашних ей жалко, пригодятся еще, а я… милостыню просила и от попутного заработка не отказалась. У меня и зонт есть на такой случай, видите? — Яя постучала дармовым приобретением по мраморному полу.
Но магистр Барни был умен, просто так не проведешь, сходу экзамен не сдашь. Вот и сейчас подозрительно сощурился:
— Странно, почему она сама не связалась со мной по магофону?
— Так ведь взрыв, — терпеливо, как маленькому, напомнила я и посмотрела на бывшего учителя строго и устало, по-матерински. — Помехи, связь плохо работает.
— Ах да, да… — смутился глава целителей. — Передайте, чтобы не беспокоилась, ее дорогой Симон в надежных руках. Никаких физических повреждений нет, у него всего лишь небольшое магическое истощение. Мы его оставим на сутки под наблюдением в моей лечебнице, как и остальных артефакторов, завтра уже отпустим.
Когда я вышла на крыльцо департамента, то первым, что увидела, был сверкающий хромом магомобиль и парень в картузе. Он дремал, откинув голову на кресло. Ждет новый заказ?
Но мое предположение оказалось неверным. Стоило спуститься с лестницы, не забыв по старой привычке почесать клюв дракорла на удачу, как шофер встрепенулся и нажал на клаксон, привлекая внимание. А для верности высунулся, приоткрыв дверцу, и крикнул:
— Эй, бабка, ну наконец! Ста лет не прошло, как ты справилась. Садись, поехали!
— Это вы мне?
— Тебе, эйта, тебе! Давай, старая, загружай кости!
Я отмахнулась и поковыляла мимо, опираясь на сложенный зонт, как на трость.
Магомобиль плавно заскользил рядом.
— Ну ладно тебе, бабуля, дуться. Садись, отвезу куда надо. Бесплатно, не боись.
Я задумалась: с чего такая щедрость у грубияна, который отродясь никого не уважал? И со мной вот возился, в чувство приводил. Денег не взял, а ведь мог бы чаевые затребовать.
— Так как, ты говоришь, зовут твоего хозяина?
— Тебе-то зачем? Ладно, скажу, если сядешь. Мне велено отвезти тебя куда захочешь.
— У тебя салон провоняет, не боишься? — покосилась я.
— Да ничего ему не будет, магическая защита стоит от всего. Видишь, уже сухое сиденье и коврик как новый.
Что ж, доеду до Департамента наказаний, время сэкономлю, башмаки сберегу. Сам напросился.
— Рассказывайте! — сказала я, усаживаясь на заднее сиденье. На этот раз парень дверцу мне не придержал, даже с водительского места приподняться не соизволил.
— А куда едем-то?
— Пока прямо, на перекрестке направо, потом снова прямо. Я скажу, где дальше повернуть. Итак?
— Адрес забыла? — догадался шофер. — Ладно, разберемся. Итак, хозяин этого, как ты выразилась, драндулета, — легендарный изобретатель, артефактор и мудрец Анри Норд. Впрочем, вряд ли ты, эйта, что-то слышала об этом великом человеке. Он, после того как штраф за дочку выплатил… кстати, народ ее святой назначил, уж о милостивой Арлиль, покровительнице бедных и влюбленных, ты наверняка слышала?
 
— Сегодня впервые узнала о существовании такой святой, — честно призналась я.
— Да ты что! Десять лет назад весь город только о ней и говорил! Даже я слышал, хотя еще подростком был. Казнили ее за чужое преступление, говорят. Слишком она оказалась опасна властям, говорят. А что опасного в целительнице? Так вот, мастер Норд после казни единственной дочери был изгнан из общества, лишился заказов, впал в нищету, развелся с женой и только лет пять назад оклемался от горя и вернулся к изобретениям. А позволил он сегодня эксплуатировать это чудо инженерной мысли в постыдном качестве какого-то дешевого извозчика, исключительно потому, что сам надолго уехал из города, а машину одолжил для испытаний своему бывшему ученику, тоже, само собой, артефактору, молодому магистру Симону Альеди. Вот он и есть мой хозяин, я его личный шофер.
Так вот почему шофер то и дело натягивал картуз — чтобы никто в департаменте магии его не узнал и не спросил, что он тут делает на чужом магмобиле, когда хозяин при взрыве пострадал и в больнице.
Услышав о бывшем женихе второй раз за утро, я даже лицом не дрогнула, ни единой ресничкой. И почему я не удивлена очередному привету из прошлого? Такому жаркому, что щеки обожгло огнем, да и все тело странно горело и… чесалось. Мучительно чесалось, как бывает, когда отваливаются корки от заживающей раны. Раны во всю мою жизнь.
— Говорят, кстати, незадолго до того Симон и Арлиль собирались пожениться, — тем временем просвещал меня юный сплетник. — Но его отец, он тогда был мэром, а сейчас глава департамента магии, был сильно против. Это еще одна из причин, почему красотку Арлиль обвинили в черном колдовстве и казнили. Зато теперь у Фритана своя святая, нет худа без добра, земля ей пухом. Кстати, что там на кладбище сегодня ночью случилось, не знаешь?
Я отрицательно качнула головой и пожала плечами:
— Понятия не имею, меня там не было.
— Жаль, — брякнул болтун и сам же заржал над двусмысленной шуткой. — Ну вот, я тебе все рассказал, старая, и даже больше. Запомни этот день, величайший в твоей жизни. Господин Альеди-младший — будущий мэр. Гордись знакомством с его шофером. Интересно, зачем лучшим людям города понадобилось отправлять вездеход, чтобы перевезти какую-то старую козявку? Теряюсь в догадках, — он с намеком прищурился на меня в зеркало.
— Не козявку, а курьера муниципального госпиталя святого Понтимония, — оборвала я расспросы. — Спасибо за поездку. Остановите здесь.
До департамента наказаний, скромно расположившегося дальше всех от центра, на стыке Делового квартала и складских территорий Городских служб, мы не доехали совсем немного.
— Уже на месте? — Парень удивленно осмотрел высокий каменный забор, отгораживающий территорию складов. В сплошном монолите терялась узкая дверца с надписью «Входа нет». — Делайте ваши дела, я подожду, сколько нужно.
— Я надолго, а вам требуется немедленная медицинская помощь, молодой человек. Посмотрите на свою шею.
Он развернул к себе зеркало заднего вида, извернулся, пытаясь взглянуть на собственный затылок и вытащил еще одно зеркало. Сзади и немного сбоку на его шее появились желто-синие, как сходящий фингал, разводы.
— Что это? — Он испуганно округлил глаза.
— Наш заведующий, господин Смокт, говорит, что такие пятна появляются, когда человек, не обладающий магией, попадает под сильное воздействие случайных магических выбросов, и его организм отторгает чужеродное влияние. Такое нечасто встречается. Например, после сильных магических взрывов.