Спасти заколдованного короля (СИ)

— Отойди к дальней стене, — велел эльф, показав мне ведро.
В туалет хотелось ужасно, а гадить по углам — нет, поэтому я послушалась и отступила на несколько шагов. И только потом, когда ведро уже стояло на полу, а дверь камеры закрывалась с громким металлическим лязгом, сообразила, что упустила шанс сбежать. Не зря ведь меня боялись и требовали отойти подальше.
Ну и тормоз ты, Ленка!
Я собралась обрушить на стражника новый град вопросов, но тот сбежал, не успела я открыть рот.
Впрочем, огорчаться было рано. Спустя какое-то время в темницу ко мне наведался гость.
Когда я увидела мужчину, стоящего за решеткой в свете факела, то сначала потеряла дар речи, а потом взвизгнула от радости.
— Саилрим!
Я кинулась к нему, полная облегчения.
Теперь-то меня отсюда выпустят! Соседушка наверняка не даст меня в обиду. Он точно знает, что никакая я не шпионка.
Вспомнился наш танец в косых лучах рассветного солнца из окна, наш мимолетный поцелуй в библиотеке.
Однако холодный взгляд зеленых глаз меня отрезвил.
Сима смотрел равнодушно, без узнавания, словно видел меня впервые в жизни.
Только не говорите, что, очнувшись от затянувшего сна, он потерял память!
— Сима…
Я сжала в кулаках прутья решетки.
Губы эльфа дернулись в брезгливой гримасе.
— Сима? — выплюнул он с ледяной враждебностью.
— Саилрим. Ты меня не узнаешь? — Сердце болезненно сжалось, на глазах выступили слезы. — У меня были розовые волосы, а теперь белые, и кожа посветлела, но это я. Лиена. Флейта. Пицца с грибами. Капучино. Помнишь?
Мужчина в коридоре нахмурился.
— Меня зовут его величество Лианор пятый сын Валирима третьего сына Лианора четвертого.
Что? Еще один сын Валирима? То есть… брат Симы? Судя по внешности, брат-близнец.
Только теперь я заметила между ними отличия. У моего соседа волосы были длиннее сантиметров на сорок, черты лица мягче, а глаза зеленее.
Память зацепилась за еще одну деталь.
Он сказал: «Его величество»?
Величество — это… король?
Ахнув, я прижала ладонь к губам.
Король!
Наверное, каждого при встрече с венценосной особой охватывает благоговейный трепет, вот и я не стала исключением. У меня подогнулись колени.
Король эльфов!
Ну надо же!
— Ваше величество, — не зная, как вести себя с королем, я изобразила неуклюжий реверанс. — Могу я поговорить с вашим братом? Пожалуйста. Уверена, он будет рад меня видеть.
У владыки эльфов дернулась в нервном тике мышца на щеке.
— Мой брат мертв, — процедил он.
Сначала от слов короля у меня воздух застрял в горле и земля разверзлась под ногами, но потом я вспомнила, что меня тоже считали мертвой и что очнулась я, похороненная заживо в фамильном склепе. Логично предположить, что с Симой приключилась та же история.
От сердца отлегло. Но почти сразу ужас захлестнул с новой силой. С сумасшедшей скоростью разум принялся генерировать самые трагичные варианты развития событий.
— Вы же… вы же не зарыли его в землю? — похолодела я, представив, как мчусь с лопатой на кладбище и откапываю могилу своего соседушки в надежде, что он не задохнулся в гробу.
Или еще хуже — кремация!
— Вы… вы… вы… не сожгли его тело?
А вдруг откапывать нечего?
— Умоляю! — я вцепилась в решетку и сунула лицо между ее железными прутьями. — Скажите, что у вас есть семейный склеп!
Теперь его величество Лианор пятый смотрел на меня не брезгливо, как на противное насекомое, а с опаской, как на полоумную.
— Разумеется, все члены королевской семьи находят покой в хрустальной усыпальнице.
Фух, слава богу!
От облегчения меня аж зашатало.
Перед мысленным взором возник хрустальный груб на каменном пьедестале: в гробу, под прозрачной крышкой, лежал спящий остроухий красавец, которого следовало вернуть к жизни поцелуем.
Но если я вышла из комы, то почему Сима — нет? Или, в отличие от меня, он не смог выбраться из своей стеклянной ловушки и до сих пор кукует в фамильном склепе в компании мертвых родственников?
— А вы давно навещали могилку брата? — осторожно спросила я, прищурив глаз. — Вы сейчас решите, что я свихнулась, но, пожалуйста, поверьте, я говорю правду. Ваш брат, Саилрим, скорее всего, воскрес.
  
Я была готова к тому, что меня посчитают сумасшедшей. Но вместо того, чтобы высмеять меня или разозлиться, король нервно сглотнул и отвел взгляд. На его лице промелькнул испуг.
Испуг!
Чего испугался правитель эльфов?
— Пожалуйста, сходите к нему.
В этот раз владыка взглянул на меня с яростью и одновременно с суеверным страхом.
— Замолкни, девка! — зашипел он неожиданно грубо. — Захлопни свою пасть.
Его черты исказились до неузнаваемости, лицо превратилось в уродливую маску, и все сходство с моим соседом пропало. Никогда я не видела у Симы такого страшного злобного выражения.
Ноздри короля раздулись, по бокам челюсти заходили желваки. Тишину темницы наполнил звук тяжелого учащенного дыхания.
Резко развернувшись, его величество устремился прочь. 
Я надеялась, что он отправился в семейный склеп проверять мои слова.
Реакция Симинова брата меня насторожила. Шестое чувство подсказывало, что надеяться на этого заносчивого эльфа не стоит, а надо все брать в свои руки и в первую очередь — придумать план побега.
Взгляд упал на вонючее жестяное ведро в углу камеры.
— Эй! — закричала я в темноту за решеткой. — Эй, стражник! Я знаю, что ты меня слышишь! Дело к тебе есть.
К моему великому разочарованию, никто не отозвался.
Чтобы поговорить с охранником, пришлось ждать очередного приема пищи. Наконец, вечность спустя, в конце коридора лязгнула дверь, и раздалось бренчание доспехов. Мне принесли воду и новую порцию эльфийской травы.
— А можешь опорожнить ведро? — попросила я знакомого ушастого стесняшку. — Полное уже. И воняет.
От моей нескромной просьбы мужчина кашлянул и покраснел. Я и сама сгорала от неловкости, поднимая эту туалетную тему, но как еще было заставить стражника отомкнуть зачарованную дверь камеры?
— Пожалуйста, — я молитвенно сложила руки на груди.
Эльф колебался.
— Отойди к стене, — сказал он после долгой паузы и потянулся к связке ключей на поясе. В мою сторону остроухий старался не смотреть — только убедился, что я исполнила его приказ.
Что ж, мне определенно повезло с надзирателем. Таких неопытных простофиль обвести вокруг пальца легче легкого.
Я не стала ждать, пока стражник откроет дверь. Едва ключ со скрежетом повернулся в замке, платье на мне затрещало под напором растущих мышц.
Раз — и в воздух взметнулись ошметки ткани.
Два — глаза эльфа испуганно округлились
Три — дверь распахнулась, отбросив охранника к стене.
Беднягу приложило затылком о каменную кладку с такой силой, что он потерял сознание.
Пантера, выпущенная на свободу, ликовала. Меня переполняло ощущение силы и могущества. Что-то подсказывало — наверное, здравый смысл — что искать хрустальную усыпальницу лучше в зверином облике.
Размахивая хвостом, я двинулась по коридору: слева — глухая стена, справа — решетки пустых камер. В конце меня встретила железная дверь. Скользнув за нее, я оказалась перед лестницей, убегающей наверх, в мерцание факелов.
Остановившись у первой ступеньки, я принюхалась — попыталась понять, сколько вооруженных стражников стоит на пути к свободе. Ноздри защекотал цветочный аромат, слуха коснулся звук шагов, пока еще далеких, но направляющихся в сторону темницы.
Вдруг раздались голоса.
— Велено от нее избавиться. Приказ его величества.
— Все-таки шпионка?
— Передо мной не отчитываются. Вот, возьми. Камеру не открывай. Выстрели отравленной стрелой между прутьями решетки.
Они говорят обо мне! Король приказал меня убить! Без суда и следствия!
Находись я сейчас в своем привычном теле, остолбенела бы от ужаса. К счастью, разум пантеры был крепче человеческого, и паника, едва колыхнувшаяся внутри, потонула в отчаянном желании выжить. Выжить любой ценой.