Лучший друг моего парня 2 (СИ)

Мирон, запрокинув голову, пристально, сквозь опущенные ресницы наблюдает за мной в ответ.
У нас прелюдия взглядами?
Кончики пальцев покалывает, настолько хочется опять откинуть с мужественного лица длинные пряди чёлки. Прикоснуться к колючим щекам, впиться поцелуями в мягкие, горячие губы… и знать, что Гейден непременно ответит, не оттолкнёт, наоборот, притянет к себе и перехватит инициативу.
Мирон всегда держит контроль.
— Ты сейчас дыру во мне прожжёшь.
— Любуюсь. Тебе очень идут пакеты, — давлюсь смешком, его руки и правда загружены под завязку.
Боюсь представить, сколько он спустил денег. Если захочет, сможет легко взять меня в секс-рабство или продать на органы.
Гейден полностью обновил мой гардероб. Не ограничился парой самых необходимых вещей, хотя я настаивала всего на паре джинсов, свитере и базовых футболках, а буквально заставил скупить половину отдела с женской одеждой. Больше в примерочную ко мне не пробирался. Наш шопинг был очень своеобразным. Мирон просто прикладывал карту к терминалу, не глядя на то, что покупает. В конце я тоже перестала заниматься примеркой. Устала.
Очень хочется спать. Мечтаю оказаться на ортопедическом матрасе и накрыться мягким одеялом, завернувшись в кокон.
Интересно, Мирон останется со мной или найдёт причину уйти?
Мы так мало друг о друге знаем, несмотря на противостояние и физическую тягу, с которой постоянно боролись и которой в итоге оба проиграли. А теперь он везёт меня к себе домой, в ту самую квартиру, где пару месяцев назад случился наш первый раз. На адреналине, на нерве, на каком-то переломе эмоций. Я боюсь думать о об утре, которое последовало за той ночью, и боюсь повторения.
Наши отношения ещё очень хрупкие. Один неправильный шаг, и уйдешь под воду с головой.
— Выходи, — кивает Мирон, указывая на разъезжающиеся двери лифта. — Устала?
— Да, — прикрыв рот рукой, стараюсь спрятать зевок. — Хочу в душ и спать.
— И не надейся, НеАнгел. У меня другие планы на твой счёт, — криво усмехается Мирон и оставляет на моих губах быстрый, но очень многообещающий чмок.
— Может, я подремлю чуток, а ты сделаешь всё сам? — прислонившись плечом к стене и привалив к ней голову, смотрю, как Мирон прокручивает ключ в замке.
Миллион раз.
— Ты так быстро сдулась? Не поверю… — шепчет змей-искуситель своим хриплым голосом, намекающим на продолжение этого разговора внутри квартиры, за закрытыми дверями.
Моё тело откликается на посылы Гейдена слишком быстро и явно. Соски напрягаются и отправляют в мозг сигналы о необходимости к ним прикоснуться. Низ живота тяжелеет и сладкая, тягучая, как патока, теплота спускается ниже. Я намокаю.
Стыдливо свожу бёдра, чтобы хотя бы на секунду унять вожделенное томление.
— Ты собрался затрахать меня до потери пульса?
— На меньшее я не согласен. Слишком мало времени я провел между твоих хорошеньких ног, а мне хотелось бы остаться там подольше. Я голоден до тебя. Быстрый перепих на людях не удовлетворяет моих желаний и фантазий, которые благодаря твоей строптивости, НеАнгел, растянулись почти на год.
И вот как ему противостоять? Моему личному порочному дьяволу.
— Хочешь сказать, — тяну задумчиво, — что давно ни с кем не спал? Я видела тебя с Викой.
— Я её не трахал, если ты об этом. Проходи. — Широко открывает дверь и, шурша пакетами, подталкивает меня внутрь.
— Ну да… вы просто разгадывали судоку, а между делом она тебе сосала и делилась этим в социальных сетях, — не могу удержаться от сарказма и закатываю глаза.
Тема Вики и Мирона меня жутко тригеррит. Может, потому, что она очень красивая? Или потому, что у неё были кое-какие привилегии и доступ к телу Мирона был открыт раньше, чем мне? Или потому, что я вскоре уеду, а она останется в шаговой доступности?
Мирон и отношения на расстоянии? Мирон и моногамия? Мне даже думать об этом смешно. И страшно. А потому я стараюсь этого не делать. Пока это возможно, просто буду рядом. Проблемы надо решать по мере их поступления, и сейчас я меньше всего думаю об отъезде.
 
Впереди ещё большая часть сессии… это много времени.
— Не верь всему, что постят в социальных сетях, НеАнгел. Какого чёрта? — раздражённо произносит Мирон и смотрит в глубь квартиры поверх моей головы.
Мы успели зайти внутрь и за разговором не заметили падающий из кухни тусклый свет. А ещё здесь пахнет домашней едой. Это непривычно. Когда я была здесь последний раз, кухня выглядела девственно-чистой, а Мирон заказывал для нас ресторанную еду. Я думала, примерно так же будет и в этот раз. Готовить я не умею. Разве что могу пожарить яичницу, закинуть спагетти в кастрюлю и отварить пельмени. Проведя большую часть жизни на бегу, в детском доме и на съёмных квартирах, я так и не научилась сносно готовить.
— Сюрприз! — радостно восклицает появившаяся из гостиной взлохмаченная голова Марка.
— Хуйприз, — цедит сквозь зубы Мирон, буравя брата тяжёлым взглядом. — Ты надолго? Или забрать тряпьё заехал?
Перевожу взгляд с одного Гейдена на другого. Дьяволу испортил планы брат-близнец-клоун? Их перепалки веселят меня. Мирон рядом с братом всегда открывается мне с другой стороны. Марк — это его слабость. Даже чудовищу важно иметь рядом семью.
— Вообще-то, я теперь здесь живу. Привет, соседка, — улыбается Марк, развязно подмигивая мне. — Ева сварила суп. Ты любишь суп?
Пожимаю плечами.
— Ева тоже здесь? — спрашивает Мирон. — Какого хуя, Марк? Почему не позвонил?
— Мы пытаемся восстановить дружеские отношения. Куда мне было её вести? К матери? Ты кису свою что-то туда не тащишь. А трахаться можете и при мне. Я прикупил набор берушей и натяну маску для сна. Подглядывать не буду! Обещаю. Или валите в отель. — С этими словами Марк исчезает из моего поля зрения, а Мирон с тихой руганью швыряет пакеты с покупками в угол.
Запускает пальцы в волосы и с прищуром смотрит на меня.
— Поехали отсюда.
— Куда?
— Да хоть куда. Я не настроен сегодня на общение с кем-то, кроме тебя.
Отрицательно качаю головой.
Двигаюсь к Мирону ближе и кладу ладони на грудь, прямо туда, где бьётся дьявольское чёрное сердце, которое я мечтаю завоевать и приручить. Заглянув ему в глаза, произношу:
— Давай останемся. Если не хочешь общаться, пойдём в душ и спать. И никто нам не помешает.
Я правда хочу остаться. Побыть рядом с людьми, которые знают Мирона лучше меня. Посмотреть, как он себя ведёт с ними. Такой же закрытый, что не пробиться, или… это только для меня он такой?
Откройся для меня чуточку больше.
Я чувствую, что, несмотря на всю сложность и неэмоциональность, какие-то собственные тараканы в голове, а может быть, и страхи, Мирон понемногу пропускает меня на свою территорию. Я стараюсь двигаться аккуратно, шаг за шагом. Боюсь наступить на мину и подорвать такой хрупкий и совсем новый мост, что мы выстраиваем друг к другу.
Вздохнув, Мирон смыкает веки и накрывает своей рукой мою ладонь, сжимает.
— Уговорила.
22.1
Быстро мою руки в ванной, боясь пропустить что-нибудь интересное, и захожу в кухню-гостиную. Останавливаюсь в дверях и наблюдаю за картиной, которая никак не укладывается в моем мозгу.
Ещё на днях и подумать не могла, что буду проводить свои вечера в компании братьев Гейден и миловидной блондинки Евы. Последней, кажется, больше всего некомфортно. Она то и дело поправляет волосы, то убирая их за уши, то опять выправляя, натянуто улыбается и стискивает руки между коленей, поджимая губы на очередную шутку Марка. А потом и вовсе вскакивает со стула и несётся к плите, где из булькающей кастрюли поднимается ароматный пар.
Приподнимаю брови. Так про суп это была не шутка?
— Кто-нибудь хочет есть? — спрашивает Ева в воздух. — Всё готово.
По её прямой спине и дёрганым движениям у меня на секунду складывается впечатление, что она здесь не по своей воле. Марк её насильно притащил и удерживает в заложниках?