Кофе в постель, пожалуйста! (СИ)

Докатилась. Прошу виртуального любовника стать виртуальным другом. Может, это первые признаки раннего климакса, которым меня пугал гинеколог?
«У тебя появился парень?» — спросил гепард после долгого молчания: видимо, этот вопрос дался ему непросто.
«По всей видимости, так и есть».
«Не похоже, что ты в этом уверена».
«Все слишком быстро, я еще не до конца смирилась с этой мыслью».
«Ок, я понял», — отозвался мой собеседник и снова затих.
Кирилл вернулся из служебного помещения, не обращая на меня никакого внимания, и тут же полез в папку с бумагами, спрятанную в недрах барной стойки. Я задумчиво посмотрела на его напряженную спину и собранные в хвост волосы. Неужели все? Он больше не захочет общаться? Впрочем, это логично. Зачем ему секс по переписке без секса? Я криво усмехнулась и тихо вышла из кофейни, не став тратить время на прощания, раз уж Вадим так щедро оплатил мой сегодняшний вечер.
Но стоило выйти из кофейни, как телефон снова ожил. Разблокировала экран и не смогла сдержать непрошеного смешка.
«Хочу грязные подробности!»
БЕСЕДА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ, ОТКРОВЕННАЯ
— Вера, я тебе еще раз говорю, — обратилась я к подруге и произнесла раздельно, будто заклинание, способное изменить реальность: — Этого. Не. Может. Быть. Точка.
— Да какая точка, когда целая полоска. Точнее, две, — хохотнула Верунчик, но тут же остановилась, пытаясь что-то разглядеть в моем лице через экран смартфона. — Ладно, погоди кукситься, может это гормональный сбой.
Я сидела за кухонным столом, заваленным пустыми коробочками и надорванными упаковками.
— Пять штук подряд не могут врать! — ответила я, понимая, что противоречу сама себе. — На последнем тесте вообще три полоски!
— Может, у тебя двойня? — хрюкнула Вера, совершенно не разделяя моей паники.
— Ты еще тройню напророчь! Мне не до шуток!
— Поняла-поняла, только спокойно! — Подруга пошла на попятную, но все же не смогла сдержать любопытства: — Покажешь?
Я закатила глаза и поднесла бракованный тест с тремя розовыми линиями к камере телефона, попутно шуганув Люцика, примерявшегося разворошить горку на столе.
— Видно?
— Видно… Да, мать, ну ты и влипла! — ответила она и внезапно округлила глаза. — Ой, теперь, похоже, и вправду мать!
Я мрачно уставилась на нее, стараясь через расстояние донести всю неуместность веселья. Вера состроила скорбную рожицу в ответ, но почти сразу на ее лице расцвела очередная улыбка.
— Да ладно тебе страдать! Если родится мальчик, будет высоченный, вырастет баскетболистом!
— А если девочка? Баскетболисткой?
— Моделью! — торжественно заявила Вера, кривя лицо в попытке удержаться от смеха. — Слушай, чем тебе Сергей не угодил? Его живчики пробили броню твоего бесплодия. Тут памятник ставить надо!
— Вера, это не смешно! Даже если я действительно беременна… — Я сглотнула, пытаясь смириться с озвученной вероятностью. — Даже если так, то Сергей не просто донор биологического материала! Месяца не прошло, а он уже контролирует мою жизнь!
— Да чего там контролировать? — фыркнула подруга. — Быстро ли добралась до школы и хорошо ли покушала? Или он тебе сцены ревности устраивает?
— Не устраивает, — неохотно призналась я. — Скорее, наоборот.
— Знакомит тебя с красивыми молодыми людьми? — хихикнула Вера, и я снова мрачно зыркнула на нее. — Все-все, молчу.
— Что мне делать? — В отчаянии я схватилась за голову.
— Скажи ему, балда. А где он сейчас, кстати?
— На работу срочно вызвали.
— В выходной?
— У него странный график.
— Ты уже узнала, кем он работает?
— Нет! — Я отчетливо расслышала в собственном голосе истерические нотки, заставила себя глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, после чего продолжила: — Обещал рассказать, но до сих пор молчит. И про пистолет тоже не узнала…
— Тогда теперь вы квиты: у него тайна, у тебя тайна. И твоя, пожалуй, побольше будет.
— Мне, наверное, все же придется сходить к врачу, — нехотя сказала я, раздумывая о своем совсем немаленьком секрете.
— Ну да, на учет встать, но это попозже, — радостно покивала Вера, почувствовав, что фокус моего внимания сместился.
 
Я испустила мученический вздох, глядя на веселящуюся подругу.
— Все не по плану, понимаешь ты это или нет? Нормальные люди сначала знакомятся, затем встречаются, влюбляются, женятся, а уже потом заводят детей.
— Ты уже так пробовала, помнишь? Три раза. И что в итоге? Похоже, это не твоя дорожка.
А какая моя? Поругаться, переспать, завести ребенка, а потом и познакомиться можно? Что дальше? На свидания походить? Хотя у нас уже было целое свидание в кинотеатре. На которое мы друг друга не приглашали.
Вера, видимо, считала с моего лица сомнения.
— Не парься, так даже лучше! Подумай, как мама обрадуется!
— Твою ма-а-ать…
— Ты со своей сначала разберись! — захохотала подруга. — Потом знаешь, как будешь над этим ржать? А уж когда Андрею расскажешь!
— Ты меня добить решила, да? — поинтересовалась я, потирая пальцами виски. — Андрей не виноват…
— В том, что не смог сделать тебе ребенка? Нет, конечно, — легко согласилась Верунчик. — Бывает, не всем дано.
— За что ты его так не любишь? — устало возмутилась я. — Даже я уже отпустила ситуацию.
— Ты сколько угодно отпускай, а моя святая обязанность лучшей подруги — ненавидеть всех твоих бывших. Особенно тех, кто поставил детородную функцию выше твоей личности.
Браслет вжикнул, заставив меня дернуться. Когда это я стала такой нервной?
«Скучаешь, киса?» — прочитала я вылезшее поверх звонка сообщение и не сдержала нервный смешок. Заскучаешь тут. Я смахнула окошко с уведомлением в сторону.
— Ну вот, ты уже улыбаешься, — довольно сказала Вера, даже не догадываясь о причине моего веселья. — Отвлекись, займись чем-нибудь приятным.
— Не знаю, как у тебя, а у меня куча дел. Нужно срочно полежать на диване и подумать о бренности бытия.
— Правильно, полежи, — поддержала подруга. — Можешь еще переодеться во что-то кружевное и соблазнительное к приходу будущего отца.
Я вздрогнула. Портрет Сергея и звание будущего отца никак не хотели складываться в единый образ.
— Это еще зачем? — фыркнула я, чтобы Вера не заметила, как остро я отреагировала на ее замечание.
— Как зачем? Скоро фигура потеряет форму, нужно его привязать покрепче до этого времени.
Я зажмурилась.
— Вера!!! Ты понимаешь, что сейчас делаешь только хуже? Гораздо, гораздо хуже! Буквально каждой следующей фразой забиваешь новый метафорический гвоздь в крышку моего метафорического гроба!
— Прости-прости, не могу удержаться, правда! Я просто очень рада за тебя. Вот, посмотри! — Она приблизила ладони с растопыренными пальцами к камере своего телефона. — Видишь, аж пальцы дрожат!
— Долго еще будешь издеваться? — вздохнула я.
— Месяцев девять примерно. Но, ты же знаешь, я любя.
Ага, а припоминать мне этот день Вера будет всю оставшуюся жизнь. Тоже любя.
Распрощавшись с подругой, я открыла сообщение гепарда и задумалась, почесывая кота, вскочившего ко мне на колени. Скучать некогда, но отказаться от тайного общения, успешно заменявшего мне психотерапию последние пару месяцев, я пока не готова. Только бы к виртуальному интиму склонять не начал, а то я и с реальным любовником разобраться не успеваю.
«Ты мне нужна, — удивил собеседник, пока я пыталась собрать мысли в кучку, — как женщина».
Охренеть. Да вы сговорились, что ли?
«А?» — выдавила я из себя, с трудом выйдя из ступора.
«Я имел в виду, что нужен твой женский взгляд на ситуацию», — поправился гепард и вдруг замолчал.
«И?» — поторопила я его, заинтригованная необычным заходом.
«Скажем так, моему другу нравится одна женщина, но он не знает, как добиться ее расположения».
«О! — продолжила я перебирать алфавит, но, сообразив, что такой ответ легко можно принять за издевательство, поспешила добавить: — А я тут при чем?»