Кофе в постель, пожалуйста! (СИ)

Интересно, на кого бы был похож наш с Сергеем ребенок?
Естественно, он был бы высоким. И было бы здорово, если бы он унаследовал его хитрый прищур. И, конечно, эту инфернальную способность шевелить бровями. Да и от привычки к аккуратности у чада какая мать откажется? Только подумать, подросток, у которого порядок на столе и в портфеле заводится сам собой! Я мечтательно вздохнула. И, кто знает, быть может, от отпрыска Сергея не стал бы шарахаться даже подозрительный к детям Люцик… Но сначала это был бы просто младенец, которого можно держать на руках и периодически сбагривать отцу. Тот-то, уж конечно, не упустил бы возможности воспитывать свою маленькую копию.
Я представила, как на меня смотрят две пары одинаковых зеленых глаз и поняла наконец, почему появилось это странное чувство пустоты внутри. Потому, что этого никогда не будет. И следом пришла еще одна мысль: а ведь Сергей пророс в меня гораздо глубже, чем я готова была себе признаться. Пробрался мне под кожу так же, как и в мою квартиру, а я заметила это слишком поздно. Ну что ж, Тамара, не впервой, так ведь? Но откуда тогда это ужасное ощущение потери?
Я потерла пальцами левую сторону груди, поняв, что давно потеряла нить происходящего. Свет в зале снова включился, на сцене шло какое-то действо. Украдкой посмотрела на завибрировавший фитнес-браслет и увидела сообщение от Андрея, который писал, что будет ждать меня у ворот школы, чтобы поговорить. Пожалуй, он прав: мы оба слишком долго тянули с объяснениями. Попыталась не думать сейчас о бывшем муже и ненароком поймала на себе внимательный взгляд Игоря.
— Хочешь, уйдем? — шепотом предложил историк.
— Да, кажется, с меня на сегодня хватит, — согласилась я, наплевав на приличия. — А ты сиди, сиди. Твои, наверное, еще будут выступать.
— Не, отстрелялись уже. Пойдем!
Он взял меня за руку и, пригибаясь, чтобы не мешать остальным зрителям, потащил к выходу под громкие аплодисменты очередному номеру.
— Чайку? — преувеличенно жизнерадостно спросил Игорь, проводив меня до кабинета и задорно улыбнулся.
Я повернулась к историку. Он ведь все понял, но даже слова не сказал о моем странном поведении. Просто решил поддержать, хотя между нами ничего нет и не будет, совсем как в моих отношениях с гепардом.
— Извини, меня уже ждут, — сказала я с признаками легкого сожаления в голосе, — надо бежать.
— О, ну ладно. Тогда до понедельника?
— До понедельника.
— Сергею привет! Передай ему, что я отобью тебя, как только он расслабится!
Подмигнув, Игорь засунул руки в карманы и, насвистывая, пошел по пустому длинному коридору. А я смотрела ему вслед и думала, что этот несносный ловелас, черт бы его побрал, бывает очень милым. Неудивительно, что о шлейфе его любовных побед в школе легенды ходят. Я бы и сама, наверное, не удержалась от соблазна, если б не знала, что срок годности у таких романов крайне мал. И если бы не встретила на своем пути другого мужчину, рядом с которым я не задумываюсь ни о каких сроках и перспективах.
Сдав ключи от кабинета охраннику, я вышла на улицу и сразу же увидела Андрея, поджидавшего меня под козырьком школы.
— Привет! — Он мягко улыбнулся и чмокнул меня в щеку.
— Привет, — устало улыбнулась в ответ и взяла его под руку. — Пройдемся до кафе? Расскажешь все.
Мы шли по тротуару сквозь осенние сумерки, обходя лужи, оставшиеся после дождя. Где уже эта зима? Хотя с ее приходом придется доставать зимние сапоги, а я уже успела привыкнуть к мягким кроссовкам.
— Том, я… — начал Андрей, но снова замолчал.
Я глянула на него искоса, не став торопить. Без всяких слов в воздухе висело ощущение завершения. Год катится к закату, и прежняя жизнь будто бы тоже.
— Том, я должен тебе кое-что сказать. — Бывший муж сжал мою руку, лежавшую на его локте, но его взгляд был устремлен вперед. — Мы с Ларисой решили попробовать… В общем, мы встречаемся.
Я осторожно накрыла ладонью мужскую кисть, и Андрей, сглотнув ком в горле, повернулся ко мне. Вглядевшись в родное лицо, я заставила себя улыбнуться. Да, они встречаются. Это видно по тому, как побледнели тени под его глазами, расправились плечи, немного изменилась стрижка… С ней Андрей стал выглядеть чуть моложе, напоминая того оптимиста, за которого я выходила замуж тринадцать лет назад.
 
— Честно, я этого не планировал, — принялся он объяснять, не дождавшись моего ответа. — Когда говорил, что хочу быть с тобой, я не врал.
Я понимающе кивнула все с той же грустной улыбкой.
— Анюта тебя любит и была бы рада… — Он запнулся, силясь подобрать подходящие слова. — Но…
— Андрюш, ты не должен оправдываться. Я тоже люблю Аньку, но мы с тобой — это другое.
— Да-да, я об этом, — подхватил Андрей. — Знаю, я очень сильно тебя обидел и не уверен, что ты… Ты когда-нибудь сможешь меня простить?
И столько боли и надежды было в его глазах, что я не могла не соврать.
— Я уже давно тебя простила, хотя это было непросто.
Вспомнилось, как после нашего развода я буквально собирала себя по кусочкам. Тогда мне казалось, что моя женская суть навсегда останется в руинах. А потом пришел Вадим, который хотел только меня, не желая делить свою добычу с какими-то детьми, и снова научил понимать, чувствовать, желать и даже любить. Но не верить и уж тем более не прощать.
— Спасибо! — от всей души произнес Андрей, во взгляде которого без труда читалось невероятное облегчение. — Для меня это правда важно!
— Я знаю.
Он крепко обнял меня, и я похлопала его по спине. А потом украдкой сдавила переносицу и, постояв так немного, отстранилась, нацепив на лицо счастливое выражение.
Андрей же, радостно улыбаясь, не торопился освобождать меня из объятий.
— Я тут подумал, ты была права насчет кольца и вот этого всего, — вдруг сказал он и, выпустив мои руки, пошарил у себя в кармане. — Наверное, так будет правильно.
С этими словами он достал ключи от моей квартиры и протянул их мне.
Я молча подняла свободную ладонь, в которую опустилась металлическая связка. К чувству завершения добавилось еще одно — освобождение. Словно ключи в моих руках стали осязаемым подтверждением того, что наши отношения с Андреем теперь уже никогда не перейдут грань, воздвигнутую между чужим мужчиной и чужой женщиной. И так будет лучше для всех.
Я убрала связку в сумочку, и мы пошли дальше в тишине, наполненной непривычным спокойствием. Будто с сердца наконец скинули старый, заржавевший груз, позволив вздохнуть полной грудью.
— Выпьешь со мной кофе? — спросила я бывшего мужа, подходя к кофейне.
— Ты же любишь сидеть здесь одна, — осторожно напомнил мне Андрей, удивленный неожиданным предложением.
— Да, но…
— Здравствуй, Тамара.
С закаменевшим лицом я обернулась на голос.
— А ты что здесь делаешь? — резко спросил Андрей, с неприязнью глядя на окликнувшего меня мужчину.
Вадим невозмутимо стоял у дверей «Джафара» с кожаной папкой под мышкой и на вопрос Андрея даже бровью не повел, не отрывая от меня темного взгляда. Это ж насколько надо не любить телефонные разговоры, чтобы явиться в мою кофейню? Даже во время нашего брака он себе такого не позволял — это было строгое, фундаментальное, нерушимое правило! Здесь начиналась моя территория, на которой он побывал лишь однажды и которую я тщательно от него оберегала.
— Ты сегодня поздно, — заметил Вадим, по-прежнему делая вид, что, кроме нас двоих, здесь никого нет.
— Вот только этого не надо! — огрызнулась я, гордо вскидывая подбородок. — Ты мне больше не муж и не вправе…
— Я просто переживал, что ты пойдешь одна по этой темени, — поймав паузу в моей гневной отповеди, мирно пояснил Вадим и наконец обратил внимание на Андрея: — Спасибо, что проводил.
— Знал бы, что ты здесь, провожал бы в другую сторону! — заявил Андрей, в защитном жесте заводя меня себе за спину.
Вадим на его маневр лишь закатил глаза.
— О, надо же. Тот, кто привык уходить от проблем, вдруг увидел проблему в моем присутствии. Так, может, не будешь изменять старым привычкам и просто уйдешь?