Академия Militas Dei. 2-й курс (СИ)

— В смысле?
— Ты и Вася вместе уже полгода, и при этом ни разу. Как так-то?
— Сказал та, которая переспала со своим парнем спустя полтора года. — буркнула Нинель.
— Ладно, Ниночка, не злись. Праздник всё-таки.
— Вот именно!
Вскоре на праздник пришли Маша и Вася. Первая поднесла в подарок чехол для телефона с готическим рисунком, второй же купил деревянные серьги с голубым бисером, которые, как ему казалось, подходили под амулет девушки. Поблагодарив подругу и парня, Нинель усадила друзей за стол.
— А где Юля? — Алиса вопросительно замотала головой.
— Кстати, да. — удивилась Мария, — Я её что-то после пар не видела.
Нинель ничего не ответила. Она знала, что подруга после занятий уехала в платную клинику, чтобы сделать аборт. И хоть внешне этого не было видно, однако Воронцова сильно за неё переживала, надеясь на то, что всё закончится хорошо. Вдруг Нинель почувствовала, как Вася положил руку на её ногу, из-за чего по коже Воронцовой пробежали неприятные мурашки. Повернувшись к своему парню, девушка увидела беспокойство на его лице, однако в ответ на это девушка лишь улыбнулась, а затем быстро чмокнула Василия в щёку.
— Хорошо сидим, ребята. — сказала Алиса, съев кусочек лукума, — Жалко у нас нет красивых длинных платьев, а у Васи кафтана. Был бы вылитый “Великолепный век”.
— Честно говоря, я не очень люблю этот сериал. — признался Гагарин, — Слишком пригламуренный.
— Вот именно. По правде сказать, мне он только с четвёртого сезона начал нравиться. — сказала Маша, — Там весь этот гламур сведён к минимуму.
— С четвёртого сезона? — удивилась Алиса, — Не знала, Маша, что ты настолько кровожадная.
— Меня больше другое удивляет. — Вася выпил щербет, — Сериал для женщин, а если взглянуть на комментарии, то такое чувство, будто его смотрят малолетки с двойкой по русскому языку.
— Ой, давайте сменим тему. — попросила Нинель.
— Как будет угодно нашей имениннице. — улыбнулся Гагарин, поцеловав руку своей девушке.
— Слушайте, — Мария резко обратила на себя внимание, — Меня жуть как бесит пропажа Юльки.
Рязанова, достав свой телефон, набрала номер подруги. И какого было удивление присутствующих, когда на другом конце провода раздалось: “Набранного номера не существует.” В комнате воцарилось гробовое молчание. Нинель в один миг побледнела. В её голове сразу появились нехорошие подозрения. Девушка, резко встав с места и не слушая никого, вышла в коридор. Воронцова, прижавшись к стене, хотела сползти вниз, дабы обдумать происходящие, однако внезапно её окликнула комендантша общежития, шедшая к ней навстречу. В этот момент из комнаты вышли и остальные.
— Дуй за мной. — приказала женщина.
— Зачем? — не понимала Нинель.
— Тебя директор вызывает.
— С чего это? — забеспокоился Василий.
— Не твоё дело! — затем комендантша снова обратилась к Нинель, — Живо! Кому говорю?
Ещё следуя за комендантшей по коридору, Воронцова подозревала, что этот визит к директору не предвещает ничего хорошего. Эти подозрения укрепились, когда в кабинете, помимо Леонида Семёновича, сидела женщина строгого вида. По форме Нинель опознала в ней сотрудницу из отдела контроля.
— Нинель, — перед тем, как продолжить, Леонид Семёнович откашлялся, — Это Раиса Эдуардовна. Она из отдела контроля.
— Да я уж поняла. — выдохнула девушка.
— Нина. — начала было женщина.
— Нинель. — поспешила поправить Воронцова, — Всё-таки это разные имена.
— Девочка, — грубо отрезала Раиса Эдуардовна, — Я, конечно, понимаю, что ты из неофитов, но за первый курс ты уже должна была узнать, что перебивать других — очень дурная привычка!
— Прошу прощение. — Воронцова потупила взгляд, — И чем я обязана отделу контроля?
— Юлия Каримова. — когда женщина назвала имя, Нинель не смогла скрыть удивления в глазах, — И даже не пытайся врать. По глазам вижу, что ты понимаешь о чём я говорю.
— Я даже не….
— Нина! — строго произнесла женщина, — Ты должна знать, что для порядка и контроля Серата, мы обязаны контролировать рождаемость в рамках ордена.
 
“Что за вздор?” — не понимала девушка.
— А ты мало того, что не сообщила об этом грубом нарушения закона, так ещё и прикрывала эту преступницу. — продолжала возмущаться Раиса Эдуардовна, — Благо, в академии нашлись более сознательные студенты, которые всё и рассказали.
— Преступницу? — не выдержала Нинель, — Да, Юля, всё равно собиралась сделать аборт, и я не хотела…
— Не перебивай меня! — рявкнула Раиса Эдуардовна, а затем уже спокойно добавила, — Не переживай, Нина. Каримовой сделают аборт, а после она будет наказана. А своём наказании ты узнаешь позже.
— Можешь идти, Нинель. — тихо разрешил Леонид Семёнович.
Всё стало ясно уже на следующий день. Когда Нинель вместе с Алисой пришла на первую пару в аудиторию, студенты тихо что-то обсуждали. И только Гаврина одарила Воронцову надменным взглядом.
— Ах ты ж… — в этот момент Нинель хотела задушить одногруппницу, но Алиса её остановила.
— Вот не надо! — фыркнула Анна, — В отличие от тебя, я выполнила свой долг.
— Долг? — усмехнулась Воронцова, — А может я отделу контроля расскажу про твои злоупотреблением с Сератом.
— Да кто ты такая, чтобы мне угрожать? — усмехнулась Гаврина, — Я представитель одной из древних династий ордена! Ты же невежественный неофит, да к тому же склонный нарушать правила.
— Гавр, пожалуйста, прекрати! — умоляла Алиса.
— Так! Это что ещё за потасовка? — голос Мирон заставил всех студентов встать по стойке смирно.
Ардашников, подойдя к своему столу, жестом руки велел студентам сесть за парты, после чего прошёлся по всем презрительным взглядом.
— Так, макаки, у меня для вас новость. — Мирон скрестил руки на груди, — Хотя вы, наверное, и так в курсе об этом.
— Юля. — тихо произнесла Нинель.
— Да, речь об Антошке. — подтвердил главный инструктор, — Каримова исключена из академии, и она больше не является членом ордена.
— И что с ней сделали? — не выдержала Воронцова, встав с места.
— А это уже не твоё дело! Сядь на место! — Мирон так сильно рявкнул, что девушку словно пригвоздили к стулу, — А что касается тебя, Воронцова, то тебе назначили дежурство после занятий на целый месяц.
— И только? — возмутилась Гаврина, — И это разве наказание?
— Закрой свой рот, Гаврина! Это решение я не собираюсь обсуждать ни с тобой, ни с кем-либо ещё. — заткнул Ардашников, — Мне вас ещё целую пару терпеть. Так что я не хочу тратить на вас энергии больше, чем хотелось бы.
  
Сладкая конфета в горьком чае
 
Уборка территории академии после пар, конечно, не самое лёгкое занятие, однако оно не самое худшее наказание, которое могли бы назначить. К тому же девушка была не одинока. В этом деле ей помогали другие по разным причинам провинившиеся, и просто те, у кого дежурство стояло по расписанию.
В этот вечер последним местом, которое должна была убрать студентка был тренировочный зал для фехтования. Придя в него, Нинель встретилась с Ангелиной, которая уже собирала свою сумку. После приветливого жеста преподавателя, Воронцова приступила к уборке. Какое-то время Свиридова-старшая молча наблюдала за студенткой, и Нинель от этого становилось неловко, ибо она не понимала, что в голове у женщины.
— Знаешь, Ниночка, — наконец, нарушила молчание преподаватель, — Вот тебя я меньше всего ожидала увидеть в этом качестве.
— Ангелина Арсеновна, — девушка едва смогла подавить в себе возмущение, — Мне меньше всего хотелось обсуждать эту историю.
 
— Прости, не хотела тебя обидеть. — затем Геля, подойдя к студентке, чуть слышно произнесла, — Я бы на твоём месте поступила бы точно также.
— Правда? — удивилась Нинель.
— Да… Это у тебя последние помещение? — после немого кивка студентки Ангелина добавила, — Замечательно. Приглашаю тебя на чаепитие.