Академия Militas Dei. 2-й курс (СИ)

— Привет. — Нинель отпила пива из стакана, — Ты прям ниндзя. Когда же ты успела прийти?
— Когда-когда? Когда Имашев и Назаров поспорили, кто больше выпьет. — ответила за подругу Маша, указав на двух студентов, приходящих в себя на большом диване.
— А, точно! — вспомнила Воронцова.
Троица снова устремила свой взор на танцующих одногруппников. Медленную песню сменила более резкая и задорная: “А может быть забудем всё и сбежим? У нас одна любовь и одна только жизнь.” Начало этой песни стало что-то вроде сигналом для Алисы и Павла. Взявшись за руки, парочка поднялась на второй этаж.
— Опа! — воскликнула Маша, отпив пива, — А Свиридова созрела!
— Надеюсь, она приняла это решение на более-менее трезвую голову. — Нинель взяла кусок пиццы, — Хотя она давно думала о том, чтобы отдать ему девственность… Надеюсь, это не очень будет больно.
— Чего? — удивилась Маша, — Нинка, а разве ты с Гагариным не…
— Я ещё ни с одним парнем так далеко не заходила. — спокойно ответила Воронцова, — Даже с Васей. Благо, он не настаивает.
— Зашибись! — рассмеялась Рязанова, — Я стою меж двух целок! Интересно, если я загадаю желание, оно исполнится?
— Маш, что-то тебя не туда понесло. — лицо Нинель стало более серьёзным, — Пиво в голову ударило?
Внезапно лицо Юлии, которая всё это время не отрывала глаз от еды, позеленело. Девушка, зажав рот рукой, убежала в сторону туалета. Нинель последовала за ней, оставив Марию в одиночестве. Добежав до Юли, которая уже сидела на коленях перед унитазом, Воронцова успела приподнять её волосы, как раз в тот момент, когда она начала блевать. Когда беременной девушке стало легче, Нинель поспешила запереть дверь, после чего начала успокаивающе гладить подругу по спине.
— Прости, Ниночка. — прошептала Юля, — Прости, что избегала тебя.
— Ничего… Я понимаю, ты напугана. — послышался звук вращающейся дверной ручки, из-за чего Нинель крикнула, — Занято!
— Ниночка.
— Что? — Воронцова нагнулась ближе к лицу подруги, дабы получше её расслышать.
— Я приняла решение.
***
На фоне всего остального дома, где шумело веселье, спальня четы Гавриных казалось таким приятно тихим местом. Заперев дверь и включив настенную лампу, Павел сел на кровать, после чего взглянул на Алису, которая смущённо на него глядела.
— Ты, наверное, долго этого ждал? — дрожа спросила девушка.
— Но в этом тоже была своя прелесть. — улыбнулся Паша, протянув любимой руку.
Когда девушка приняла приглашение, Гаврин нежно прижал её к себе и слился с ней в страстном поцелуе. В этот момент Алиса ощутила приятную дрожь, которая в тоже время её и пугала.
— Малышка, ты уверена? — не хотя оторвался Павел, убрав ниспадающую прядь волос девушки за её ухо, — Ты же знаешь, я никогда не буду заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.
— Паш, — Алиса сжала в руках футболку парня, приготовившись её снять, — Я люблю тебя!
В ответ на это Павел продолжил целовать любимую. Когда его футболка упала на пол, он суетливыми движениями расстегнул пуговице на блузке Свиридовой, после чего начал целовать её шею, с каждым поцелуем опускаясь всё ниже. Когда же Паша опустился до живота, он резко остановился. Алиса вопрошающий на него взглянула, умоляя его не останавливаться. Тот с хитрецой улыбнулся и резко уложил любимую на кровать. Свиридова хихикнула, хотя такое действие её немного напугало. Поняв это, Гаврин снова прильнул к её губам с очень нежным поцелуем, параллельно с этим снимая с девушки юбку и колготки. И снова Паша не хотя оторвался от любимой, но уже для того, чтобы снять с себя брюки. Алиса тем временем скинула себя блузку и, оставшись в одном нижнем белье, прижалась к кровати. Ожидая главного момента, девушка закрыла глаза, почувствовав, как мурашки бегут по её коже.
— Не бойся. — прошептал Павел, проведя рукой по щеке девушки и спустившись до шеи, — Я постараюсь сделать всё аккуратно.
— Я тебе верю. — томно прошептала Алиса.
***
Анна Гаврина всегда считала, что вечеринка никогда не перейдёт порог улёта, если в ней не будет Серата. В самый разгар хозяйка тусовки достал небольшую канистру, взятую из семейных запасов. Вскоре в центре стола возвышалась пирамидка из стеклянных стаканов, в которых было шампанское вперемешку с Сератом.
 
— А это точно хорошая идея? — неуверенно спросил Алина Шапеева.
— Не ссы, Алинка! Тут главное дозу правильно рассчитать. — успокоила Тамара.
— Вот-вот! — Аня взяла стакан с верхушки пирамидки, — Я умею рассчитывать дозу так, что у тебя будут самые клёвые ощущения.
— А твои предки не заметят недостачи? — скептически спросил Дмитрий Уров.
— Я же сказала, я умею рассчитывать дозу. В крайнем случае я скажу родителям, что я под присмотром Паши практиковалась с вами в ментальной связи… Давайте-давайте!
Вскоре к Ане присоединились те, кто осмелился испытать кайф от Серата. После громко тоста и звона стекла большинство ребят испытали новые ощущения, которые для Гавриной уже были неновы. Глаза покрыли сератской пеленой, через которую девушка увидела, как её одногруппники светились в белом свете, а некоторые мигали словно новогодние гирлянды. Из-за этого Аня не смогла сдержать смеха. У каждого была своя реакция. Кто-то утверждал, что слышит тысячи голосов в своей голове. Кто-то уверял, что способен видеть всех изнутри. Кто-то в своём потоке сознаний находился совершенно в другом месте.
Вскоре большое количество выпивки дало о себе знать, и Анна убежала на второй этаж. Девушка дёрнула за ручку двери туалета, но та не открылась, а затем и вовсе раздалось резкое: “Занято!” Недовольно фыркнув, Гаврина ушла в ванную комнату, вынужденная сделать неотложные дела там. Когда Ане полегчало, она села на пол, прижавшись к стене, которая соединяла ванную с туалетом. В этот момент из-за Серата слух девушки улучшился в разы. Он стал настолько чётким, что Гаврина услышать могла всё, что говорят в туалете.
— Медикаментозный аборт, значит. — раздался за стенкой голос Нинель, — В принципе это ещё щадящий способ с минимальными последствиями.
— А ты откуда знаешь? — дрожа спросила Юля.
— Таньку один раз на аборт водили. Говорила, боль как при месячных. Потерпеть можно.
— Нинка, мне всё равно страшно.
— Юль, что сделано, то сделано. Теперь это надо исправить как можно скорее.
— Да, ты права. Скорее бы это всё закончилось.
***
Разбросанные по спальне вещи, смятая постель с маленькими пятнами крови на простыне и двое влюблённых, которые счастливо глядели друг на друга.
— Ты не сильно испугалась? — спросил Паша, поцеловав Алису в лоб.
— Нет, скорее было немного волнительно.
— Я понимаю, что тебе хотелось более ярких ощущений…
— Паш, — рассмеялась Алиса и, положив голову на грудь парня, стала слушать его бешенное сердцебиение, — Я прекрасно понимаю, что жизнь — это не книга и не фанфик. Я уверен, что следующие разы будут куда лучше, но эту ночь я всегда буду вспоминать с радостью.
Павел крепче обняла свою любимую. Алиса же понимала, что такое счастье, которое ей дал Паша, она больше нигде и никогда не найдёт.
  
Неприятности в подарок
 
Вечером после занятий Нинель и Алиса подготавливали свою комнату к небольшую празднику в честь девятнадцатого дня рождения Воронцовой. Девушки решили сделать всё в восточном стиле: одолжили у соседей небольшой стол и подушки, закупились сладостями и по рецепту из интернета приготовили фруктовый щербет.
 
— Алис, а как это было? — решилась Нинель расспросить соседку о первом сексе.
— Скорее дискомфортно, чем больно. — ответила Алиса, накрывая на стол, — Но я тебе так скажу, в первый раз ты сможешь получить удовольствие только от прелюдии, но и после, когда лежишь в обнимку, тоже есть определённый кайф. Знаешь, Нинка, я тебе больше удивляюсь.