На чужой войне (СИ)
От дерева к дереву, притаиться за кустами, и главное- следить чтобы под ногами не хрустело. Медленно передвигаясь в таком ритме, вышел к узкой лесной дороге и присутствующей на ней группе неизвестных мне людей, занятых, как пишут в уголовном кодексе, убийством одного и более лиц по предварительному сговору. Да, всё так и было: одна, более многочисленная группа, при помощи, видимо, заранее приготовленного архаичного оружия, вроде мечей и копий, в адреналиновом экстазе уничтожала другую- поменьше. Которая, в свою очередь, защищалась при помощи точно такого же оружия. Впрочем, этим меня уже не удивишь- привыкаю, видимо, к уровню данной цивилизации.
Так, а вот это уже не хорошо. Пока эти две группы бородатых мужиков в кожаных и стёганных доспехах мерялись размерами своих детородных органов, я вмешиваться не собирался. Кто они мне? Однако, вскоре мой взгляд обнаружил ещё одного невольного зрителя данного действа, точно совершенно лишнего на этом празднике жизни, или, правильнее сказать, смерти- выглядывающую из-за дерева молоденькую девушку, одетую, как принято по здешней колхозной моде, в долгополое платье и накидку с капюшоном, с завязками под подбородком. Несмотря на некую балахонистость одеяния, оно не смогло в полной мере скрыть молодость и красоту белокурого ангела, чей лик в данный момент портило выражение страха и отчаяния. Возможно, именно это и заставило меня вмешаться в разворачивающуюся на глазах драму. Кто сказал- всё зло от баб? Эх…А может это я зря- и просто надоело прятаться и мириться с творимым- и пришло время выйти из тени? Что же, тогда- к бою! Пока я настраивал себя подобным образом, по сути ища мотивацию для смертоубийства- увы мне, я не маньяк, и кровожадностью не страдаю- у незнакомки осталось лишь трое защитников. А нет- уже двое… И шестеро- против. Расклад хреновый, а разве по-другому когда-то было?
Тщательно прицеливаюсь (не хотелось бы бездарно истратить единственный в моей ситуации выстрел), выглядывая самого опасного противника. Выбрал одного, на совести которого был последний из погибших- уж очень он мастерски копьецом орудовал, любо-дорого смотреть, но не хотелось бы оказаться его противником, а потому будешь первым- и не надеясь пробить надетую на него стёганку, выстрелил ему в ногу. Может плёвое расстояние (всего-то каких-то десяток метров, именно на такое расстояние мне удалось подобраться, пользуясь их невнимательностью- не до меня им было), а может потому что не первый раз пользуюсь этим аппаратом, но в любом случае, болт попал куда я и планировал. На крик подранка по-моему обернулись все участники данной драмы, и пока они не сообразили что к чему, я стартанул, как чёртик из табакерки...
-----
Её воины гибли один за другим, а она могла лишь в ужасе смотреть на это. Мужчины в ярости бросались друг на друга, кололи и рубили, и умирали, нередко искромсанные до неузнаваемости. Но даже в последний свой миг желавшие одного- добраться до горла врага. Мари гнала прочь мысли о спрятанном под накидкой кинжале, но время шло, а её защитников становилось всё меньше. Она хотела жить, а кто не хочет в шестнадцать лет. От страха сковались члены, и лишь губы изредка шептали “мамочка”…
Из десятка Гильома в живых остались лишь двое, но вот и старый десятник уже захромал- достали. Неожиданно противник, тыкавший его копьём, упал, громко закричав. А потом упал ещё один, и ещё… А из-за их спин стремительно выскочил бородатый муж с копьём в руке. Лишь позже она обнаружила, что он однорукий, а на данный момент её поразила его скорость. Пронёсшись ураганом по дороге, неизвестный накалывал бригантов на своё копьё, как иголкой бабочек. Оставшиеся в живых разбойники, тоже что-то сообразили, однако среагировать успел лишь один, кинувшись в кусты. Но незнакомец оказался быстрее- свистнувшее копьё с огромной силой пришпилило несчастного к дереву. Тот лишь захрипел, некоторое время дёргая ногами, и вскоре испустил дух.
Глава 6
Стою весь в сомнениях: что это было такое, и почему так легко с противником расправился- никогда в себе Геракла не замечал? Будто взрослый против детей вышел и походя люлей навешал. Так не бывает...разве что в сказках, но вот же- бандит висит пришпиленный к дереву- копьё пробило тело вместе со стёганкой и углубилось в ствол на пол локтя! Ещё в бою обратил внимание: какие-то разбойники попались медленные- двигались будто мухи в киселе. Я нападал, а они даже руки поднять в свою защиту не успевали. Но теперь понимаю, что это не бандиты замедлились, а я ускорился. Налицо некие изменения в моём организме- и не понятно пока положительные они или отрицательные, а учитывая заметно отросшую руку, то напрашивается только один вывод- всё это связано с экспериментом. В каком это таком фильме такое видел? Человек- паук? Свят, свят...
Сходил за копьём. Кое-как вытащил сначала из дерева, потом из мужика- пахнет, конечно, не очень, но копьё мне ещё пригодится. Есть у меня такое ощущение, что про полицаев здесь слыхом не слыхивали, потому и ходят все с холодным оружием. Можно значит. Ну, и я не буду рассказывать им про людей в чёрном с “демократизаторами” в руках, не буду пугать, а то потеряют веру в будущее. А вообще: не стоит выделяться в коллективе, буду как все- с копьём в руке и кинжалом на поясе. Ха…
Вернулся на дорогу, а там идиллия: девушка присевшего у старого каштана старого воина перевязывает, молодой- трупы раздевает и добро по кучкам раскладывает. И сноровисто так, будто каждый день этим занимается. Ну, не будем мешать слаженному коллективу. Изобразил уставшего, прислонился к стволу дерева и эдак, слегка картинно, сполз на землю. При этом, не прямо, нет, искоса поглядывал- как там на это мои “подельники” реагируют. Реакция порадовала, нормально отреагировали- так, глянули, и дальше своими делами занялись. Мол, некогда- корова не доена, коза… А, не- это из другой оперы.
Вот теперь можно и расслабиться. Прикрыл глаза и чувствую- каждая косточка болит, и почему-то в обрубок мой отдаёт. Нелегко дался мне этот бой- за всё приходится платить. Ничего, небольшая релаксация, пару мантр и буду как огурчик. Ага, как же дадут… Плыву я, значит, в нирване, мне хорошо. Как там у одной актрисы- я в раю, я летаю… Не так, но около того. И тут чувствую- кто-то смотрит на меня, а глаза не открываются. Спросите- как такое можно почувствовать? Не отвечу, не знаю как это работает- но бывает такое. И сейчас такое же ощущение… Не хочу, но пересилил себя- поднял веки. Интересно ведь, кому это я понадобился. Стоит солдатик, этот, который молодой, кланяется, лопочет что-то на своём, маловразумительном, и рукой на стоящего тут же коня показывает. Что-то опять от меня надо- надо встать, но тело как деревянное. Ну, это понятно- опять последствия- надо будет с этим как-нибудь поаккуратней. Хотя, если такие приключения продолжатся- последствия меня будут волновать в последнюю очередь. Всё же, кое-как- с трудом и придерживаясь за дерево- поднялся на ноги и пошатываясь поплёлся к лошади. Стоит, примотанная к ветке и копытами нервно перебирает. Хорошая лошадка, хорошая… Только, чур, не кусаться. Рядом накидана немаленькая такая куча разнообразного барахла: сумки, шмотки, оружие. Никак моя доля трофеев. Мило. И всё грязное, в крови. При взгляде на получившийся натюрморт что-то мне грустно стало- отдохну я кажется ещё не скоро...
Расположился прямо возле кучи, и занялся сортировкой того, что боженька послал: это годное- только отмыть, а это- лучше сразу в утиль- такое рваньё мне вряд ли пригодится. Разве что в качестве половой тряпки, теперь осталась самая малость- заиметь дом с полом под неё. Да, раз плюнуть...
От размышлений о вечном меня отвлекло шуршание платья. Окидываю подошедшую девушку заинтересованным взглядом. Красивая. Эдакий зеленоглазый ангелочек, невысокая блондинка лет шестнадцати-восемнадцати. Но это не точно. У нас, имею в виду прошлую реальность, некоторые шестнадцатилетние девочки, накрасившись и одевшись во что-то чрезвычайно короткое, выглядели на все двадцать- не мудрено и ошибиться. Но, конечно, этот вариант здесь не подходит- за полным отсутствием косметики на лице и наличия длиннополого платья- для подошедшей девушки, который, тем не менее, не отменяет того факта, что я плохо разбираюсь в женском возрасте. А среди мужчин есть те, кто разбирается? И молчание в ответ...