Паразиты: Пророк (СИ)

  
Глава 77
 
Макс разыгрывал свои карты одну за другой, чтобы изменять восприятие реальности и мышление людей, попавших в сферу его влияния. Ролик, пропагандирующий беззаботную и безопасную жизнь на подземной базе, был не концом, а только началом его стратегии. Вскоре после выпуска этого ролика были частично ухудшены условия жизни иждивенцев. Их переместили из одних квартир в другие. Раньше они жили по двое или трое в комнате, а теперь втроем или вчетвером. И на одну квартиру теперь приходилось больше людей.
Это сразу же вызвало недовольство десятков тысяч людей, но Марсель вышел вперед и объяснил трудности лагеря, кстати, частично перекинув горшок вины на голову экспедиции, семьи Каррьер и союзных им чиновников. Также он сразу же предложил выход. В Манроке были открыты несколько простых производств, например, разборка автомобилей на детали и металлолом, разборка смартфонов и ноутов на запчасти, сортировка бытового и строительного мусора и другие работы. Рабочим на этих производствах не нужно было убивать зомби, даже раз в неделю, и условия жизни у них были чуть лучше, чем у обычных иждивенцев. Комнаты были на одного или на двух человек, квота на суточное потребление электричества и воды больше, питание лучше. Раз в неделю можно было даже получить мясо или рыбу, а не только безвкусную искусственно минерализованную и витаминизированную кашу с кусочком хлеба.
Естественно, после рекламного ролика лагерь приветствовал большую волну новичков. Некоторые были из иждивенцев, другие были из свободных наемников снаружи. Кто-то из внешних членов лагеря решил стать внутренним. Да, и в целом бойцы лагеря стали более мотивированными, чтобы получить больше благ и познакомиться с большим количеством красавиц и красавцев. Также и после ухудшения жизни иждивенцев, кто-то захотел стать внешним рабочим, а кто-то сразу периферийным членом лагеря, пусть это даже было опасно. Ролики убийства зомби также был показаны довольно часто, и люди их меньше боялись.
А когда иждивенцы стали внешними рабочими и начали чаще соприкасаться с внешним миром и периферийными или внутренними членами лагеря, многих из них одолела зависть. Они выполняли более тяжелую, более муторную и более грязную работу, получая меньше благ. Кто-то решил возмутиться, но контроль над лагерем у Макса был суровый. Кого-то сразу уволили, переведя в разряд обычных иждивенцев со штрафом в два месяца, во время которых он не мог присоединиться ни к какому отделу. А кого-то отправили в тюремные квартиры. Бунт был подавлен в зародыше, и единственным выходом для внешних рабочих было присоединение к членам лагеря.
* * *
Небесный Легион был тайной силой Седьмого неба. Это боевое подразделение никогда не приближалось к городам или крупным населенным пунктам. Даже многие деревни были предварительно освобождены, прежде чем туда прибыли бойцы НЛ. Легион также был самым молодым подразделением. Одной трети НЛ было всего одиннадцать лет, их коллеги также были довольно молоды. Девять десятых Легиона не достигли совершеннолетия. Поначалу управлять кучкой детишек было непросто, но со временем те привыкли к своему новому быту и проявили самосознательность, под стать взрослым.
Каждые два дня в лагерь Седьмое небо прибывали сотни, если не тысячи детей. Если бы Седьмое небо не был достаточно активен, пачками освобождая небольшие городки и иные населенные пункты, то лагерь уже давно был бы заселен одними детьми. Шпионы других фракций, конечно, заметили что в лагерь прибывает много детей, но ранее площадь, где они появлялись, была изолирована от лишних глаз и ушей. Теперь же дети появлялись в огромном подземном ангаре на секретном объекте.
Чтобы у них не было проблем с появлением, все контейнеры и лишние машины были убраны с центра ангара на периферию, или вовсе вынесены в туннель. Помещение было достаточно большим, чтобы вместить десять тысяч человек, стоящих бок о бок. Детей, возможно, могло поместиться еще больше. В общем, теперь только отдельные лица из высшего руководства и ответственные за прием и распределение детей люди знали, сколько примерно тех прибывало на базу. А точное число было известно только Максу, благодаря информации с центрального сервера.
  
В отличие от подростков, спасенных снаружи, прибывших из Системного тренинг-центра не спрашивали, хотят ли они быть иждивенцами, внешними членами лагеря или внутренними. Их сразу присоединяли к действующим бригадам или формировали новые. И дети не жаловались, наоборот, когда они были в Системном центре, их готовили именно к такой судьбе. Их планета была в опасности, и последние два месяца они жили с мыслью, что вскоре их ждут сражения с ордами зомби, ради выживания человечества. Машина вербовки, обучения и распределения работала, как часы, и далеко не в первый день эти дети узнавали, что на планете все еще были люди, которые могут жить жизнью нахлебника, прячась в своих маленьких каморках, пока другие сражаются. Но в этот момент было уже поздно. Легко войти в армию Седьмого неба, но очень трудно оттуда выйти.
Если детишки прибывали утром, то роженицы прибывали вечером каждый день. Их также было довольно много. Все беременные женщины, независимо от срока, в первый же день вторжения были перемещены в Системный тренинг-центр. В дальнейшем женщина могла добровольно отправиться в тренинг-центр на сроке беременности от двух до пяти месяцев, в зависимости от их физического состояния и медицинских показаний. И через неделю после родов они будут возвращены обратно.
Первые роженицы начали возвращаться еще два месяца назад, и их было примерно столько же, сколько одиннадцатилеток. Но в отличие от детей, которых распределяли в различные фракции и группировки в зависимости от заслуг этой фракции, у женщин был выбор отправиться куда-то случайным образом, или же вернуться на то же самое место, откуда они исчезли в первый день вторжения. И в первые недели подавляющее большинство из них выбирали, естественно, вернуться на прежнее место. К своей семье и близким. К мужьям, отцам и матерям, братьям и сестрам, или к детям старше одиннадцати лет.
Разумеется, большинство возвращенных погибли в первые же минуты, часы или дни после возвращения. Иногда от рук своих же родных, уже обращенных в зомби. Шло время. И многие женщины отчаивались встретить своих близких живыми. Хотя Системный тренинг-центр давал очень мало новостей о планете Рэндом, но для всех были доступны статистические сводки. Среди них была сводка изначального количества жителей, оставшихся на планете, и сколько из них сейчас было в живых. Также была сводка по тому, сколько детей и женщин было возвращено на планету, и сколько живых на данный момент.
Система Оракул, созданная Цивилизацией Суперов, использовала крайне жесткие методы для естественного отбора, но у нее не было цели убить всех разумных на планете. Наоборот, она существовала для того, чтобы отсеять неугодных, оставив в живых самых сильных, умных и способных. Если человек умирал преждевременно, то он мог винить только себя в том, что был недостаточно силен или недостаточно умен. Хотя лагерь Седьмое небо вносил достаточно большую лепту в выживание одиннадцатилеток, другие крупные лагери также давали им достаточно возможностей для выживания.
В большинстве лагерей, в особенности в правительственных, их просто бросали в приют и забывали о них в тот же день, хотя и защищали. Во многих лагерях детей припахивали к различным работам. Достаточно было и ублюдков, которые использовали детей в личных утехах. Но во всех случаях выживаемость возвращенных на планету детей была довольно высокой. Лишь некоторые лагери использовали их в пищу или в качестве приманки для зомби. И роженицы вскоре заметили очевидную разницу между процентом выживших женщин, и аналогичным процентом среди детей.
Очевидно было, что даже ослабевшая после родов женщина была намного сильнее ребенка. Но последних выживало куда больше. Ради собственного выживания эти женщины не могли быть глупыми. Они вскоре разобрались в единственном отличии между ними и одиннадцатилетками. Поэтому с каждым днем все больше женщин выбирали случайное распределение, а не возвращение на прежнее место. И лагерь Седьмое небо был большим бенефициаром такого их выбора.