Паразиты: Пророк (СИ)

— Это же стандартный бесплатный обед, — проговорила девушка. — А ты ешь его так, будто бы это какая-то роскошь.
— Даже если обед бесплатный, почему не это роскошь? — посмотрел на нее модный старик. — На заданиях мы часто питаемся сухими пайками или питательными растворами. Так что, обычный обед для таких, как я, — это все еще роскошь.
— И как часто ты ходишь на задания? — спросила Ванесса.
— Почти каждый день, — пожал плечами старик. — Иногда за один день может быть две или три миссии.
— И ты доволен своей нынешней жизнью? — задала вопрос девушка, вкусив еще один кусочек десерта.
На мгновение она зажмурила глаза от удовольствия. В глазах старика мелькнула теплота и забота.
— Почему недоволен? — собеседник серьезно посмотрел на репортершу. — Раньше я часто не мог уснуть ночью из-за болей в ногах и ходил с тростью. Еще через год или два я мог бы даже пересесть в инвалидное кресло. Мне далеко за семьдесят, в таком возрасте здоровье не самое лучшее. Однако, теперь я могу каждый день сражаться в зомби, ходить в спортзал и даже провести ночь с подругой. Я сожалею только о том, что в начале не был достаточно силен, чтобы спасти сына и его семью, но я не недоволен своей нынешней жизнью. Как рэндомец, я должен встать на защиту своей планеты и истребить врагов, чтобы защитить будущее человечества и отомстить за смерть своих близких.
— Извини, что подняла эту тему, — немного опустила голову рыжая.
— Ничего, юная леди, — мягко улыбнулся старик. — Большинство из нас потеряли своих родственников в этой катастрофе. Эту тему невозможно избежать. И единственное, что мы можем сделать сейчас — это бороться и становиться сильнее.
— Я понимаю, — кивнула девушка.
В неловком молчании она доела свой десерт.
— Приятного аппетита! — проговорила Ванесса старику перед уходом.
— Благодарю! — кивнул тот.
Меж тем, съемочная группа отправилась дальше. На несколько минут им пришлось закрыть объектив, но были слышны разговоры. Ванесса с оператором преодолели два досмотровых пункта, пока не пришли к месту назначения. Послышался звук открываемой двери, и только когда дверь закрылась за ними, заглушка с объектива была снята. Камера сразу же выхватила не слишком большой, но достаточно просторный кабинет в сдержанном, минималистичном стиле. Красивая зеленоглазая блондинка в небесно-голубой офисной блузке и узкой черной юбке-карандаше передавала какие-то бумаги молодому парню в директорском кресле.
— Простите, мы вас не отвлекаем? — спросила Ванесса, сделав голос немного тише, чем обычно.
— Совсем нет, — лучезарно улыбнулась Ровена. — Вы делаете репортаж?
— Да, — кивнула рыжая. — Хотим показать внешнему миру жизнь на базе. Нам нужно задать пару вопросов.
— Хорошо, — согласилась секретарь. — Спрашивайте.
— Ровена, ты такая красивая, — в лоб проговорила репортер. — Босс не пристает к тебе?
— Ах… — блондинка впала в ступор от такого интимного вопроса, ее лицо моментально бросило в краску. Даже камера оператора слегка вздрогнула. — Н-нет… Босс — честный и достойный человек! Он совсем ко мне не пристает!
— Лидер лагеря, — рыжая лисица перевела взгляд на начальника, с интересом наблюдающего за представлением. — Вы взяли Ровену к себе в помощницы из-за ее красоты?
— Во-первых, она очень способная, — не поддался на провокацию Марсель. — У нее высшее образование в сфере менеджмента и финансов. И диплом с отличием. Кроме того, мадмуазель Ровена прошла много дополнительных курсов. Она — превосходный секретарь и помощник. Также Ровена — сильный и способный боец и достаточно квалифицированный управленец. Обычная слабая девушка не смогла бы стать моим секретарем, насколько красивой она ни была бы.
— Понятно, — кивнула Ванесса. — Ну, так она вам нравится? Вы же не могли взять ее только из-за способностей?
Рука оператора вздрогнула еще раз. Ровена с надеждой в глазах посмотрела на чрезвычайно спокойного Марселя.
— Ровена находится на своем нынешнем месте, исключительно благодаря личным способностям, тут нет ничего общего с моим отношением к ней, как к красивой девушке, — серьезно ответил парень, а затем приложил руку к подбородку. — Что касается ее красоты… а есть ли у меня выбор? Среди членов лагеря Седьмое небо слишком много красивых и способных девушек. В особенности, после становления импмэном, они становятся только краше. Должен ли я специально искать в помощники уродину, чтобы кое-кто не распускал обо мне грязные слухи? И кстати, разве мадмуазель Ванесса сама не чрезвычайно красивая? Должен ли я начать приставать к Вам?
  
— Это домогательство! — запротестовала рыжая. — На глазах у всей страны!
— И что же? — рассмеялся Марсель. — Я — молодой и неженатый мужчина, почему я не должен интересоваться красавицами, подобными Вам?
— Хмм! — возмущенно хмыкнула Ванесса. — Мы уходим!
Оператор снова надел заглушку на объектив и парочка вышла под дружный смех Босса и его секретаря. Репортеры отправились потом в другие места. Посетили оружейку, тир, исследовательский центр, но там они только немного поболтали с местным работниками, сильно ничего засвечивая. Также был развлекательный и СПА-центры, рекреационная комната, госпиталь, кинотеатр и несколько других мест. В конце они взяли интервью у инженера, который не стал показывать своего лица. Он сообщил, что разрушить даже туннель невозможно без атомной бомбы, но таковые уже отсутствовали на планете. База же не пострадала бы и от ядерного взрыва. Выходило — эта подземная база была крайне защищенной и безопасной. Любой здравомыслящий человек пожелал бы жить на такой базе.
Филипп Каррьер, посмотрев репортаж, выложенный на системный форум, в гневе отбросил ноутбук. Его экспедиция еще не достигла даже окрестностей Леона, а штаб командования Седьмого неба уже переместился в другое место, которое было не только дальше, но и которое невозможно было атаковать тяжелой техникой. Хотя сам по себе очищенный город и был ценен, как и люди в нем проживающие, но там было много иждивенцев — обычных людей, которых можно было только припрячь к работам, но никак не сделать из них солдат.
Возле Леона была всего одна электростанция. И та — почти полностью уничтоженная. Вырабатываемого на ней электричества было достаточно только для быта, но никак не для промышленности. Выходило, что после захвата Леона нужно было двигаться дальше, чтобы захватить еще и Манрок. А это — еще пятьсот километров пути по вражеским землям. Но самым главным, конечно, была не промышленность, а бойцы. Бесчисленные импмэны, которые проживали в Леоне, и которые подчинялись Седьмому небу. Теперь штаб командования был перемещен, а бригады импмэнов не так уж и часто бывали в городе. В особенности, элитные бойцы. Эти элитные бойцы также были более верными командованию, чем обычные бойцы.
Когда Леона будет захвачен, элитные бойцы легко покинут город и последуют за своими командирами сначала в Манрок, а потом и еще куда подальше. Они без проблем могут переместиться даже в Грейт-Саксонию, где будут недоступны для семьи Каррьер. Глава семьи был просто в бешенстве. Однако, сделать он ничего не мог. Даже если к экспедиции будут прибавлены бойцы, они не смогут достаточно быстро прорвать оборону Седьмого неба. Что было еще более неприятно, так это то, что логистика усложнялась каждый день.
Бригады Седьмого неба, не имея достаточно хороших дорог для продвижения, покинули довольно-таки большую зону возле Лютеции и вдоль автомагистрали. Когда исчезли они, свободные наемники также не рисковали исследовать этим места. В результате, никто не зачищал местность от зомби и мутантов, и те были привлечены проезжающими по автостраде машинами снабжения. В конечном итоге, силам экспедиции приходилось зачищать подконтрольные им территории от зомби самостоятельно, тратя на это время, ресурсы и боеприпасы.
Конечно, наемники не жаловались, ведь они могли хотя бы так получать опыт и повышать уровень, путь и недостаточно быстро. Но вот руководители, жаждавшие получить выгоду с Леона поскорее, весь день ходили хмурые. Несколько отрядов даже покинули экспедицию и вернулись в правительственный лагерь, чтобы возобновить сражения в городе. Между аристократами все чаще возникали ссоры. И Филипп Каррьер подвергался остракизму чаще других. Это не было явное неприятие, просто старик чувствовал, что атмосфера вокруг него становится более неприятной, а каждые новые переговоры проходят все сложнее. И это также вызывало у него бурю недовольства.