Дом для Пенси (СИ)
Пенси хмурится: очень тяжело для охотника в определенные моменты не ловить дивность, отказаться от добычи. Есть ситуации, когда стоит отвести в сторону огнестрел или даже распутать ловушку. Например, кормящая самка или играющий молодняк. Иначе кого ловить следующей зимой? Контракты на определенные редкие дивности объявляются не чаще, чем раз в несколько лет, а то и в несколько десятилетий. Чтобы собрать тот же видерс, нужно ждать поколение, если не больше, пока тонкие веточки появятся на стволе. Но для некоторых вернее обобрать Черные леса до последней ветки, чем оставить кому-то другому хотя бы часть добычи.
— Теперь это имя взял его воспитанник. Очень похожий на Тоннора мужчина, и методами охоты тоже, — мама со вздохом отставляет стакан на столик рядом с креслом. — К этим бы силам и умениям приложить немного разумности и каплю сопереживания…
— Всех по одному образу и подобию не переделаешь, — хмурится отец. Пенси верит его словам, ведь он знает, о чем говорит. Уж стольких охотников повидал Камил Белесый, сложно подсчитать: он-то стал охотником в очень раннем возрасте. Однажды Пенси своими глазами видела, как отцу предлагали занять место старейшины. Но он отказался от такой чести, сказал, что Камил Белесый — всего лишь охотник с самыми простыми стремлениями: обучить детей, накопить денег и наконец бросить охоту и спокойно жить с женой в пригороде столицы в свое удовольствие. Так оно и вышло.
— Так что с экспедицией, стоит подписываться?.. — напоминает о себе Пенси. Раз эти двое так много знают обо всех, то надежнее советчиков и быть не может.
— Если нет важных причин, то не стоит ввязывать в эту авантюру, — отец успевает первым с ответом. — Дело в том, что твое присутствие или отсутствие ничего не решает. На твое место найдет кто-то еще. Отряд справится и без тебя, а если не справится, то никакой вины на тебе тоже нет. Потому что никто не знает будущего.
— Погоди, дорогой. Ты еще контракта не видел…
— Выгода выгодой, никакому охотнику не мешала торгашеская жилка. Но у тебя, дочка, уже есть дом и семья, и решение стоит принимать осторожно, — рассудительно говорит отец. В следующий миг в его сторону летит кружевная салфетка со стола.
— Камил, кто бы говорил о доме и семье?! Кто меня вообще в первый раз на Людоедский затащил? «Тивара, пойдем, оставь детей сиделке, они не пропадут. О, смотри какие здесь дивности! Ах, какая отлично сохранившаяся стена! Два дня пути — и покажу тебе, где росли ранее золотые грибы». Да ты сам бы не устоял от такой находки — целый город руинников! — всплескивает руками мама.
— Вот не надо о прошлом! — отец прячет смущенную улыбку в отросшей бороде. — Если ты не забыла, то это нашей дочери предлагают такую опасную работу!.. А если она встретит руинников? Тивара, ты и сама знаешь, что нет более странной дивности, чем руинник — может помочь, а может и растерзать, просто проходя мимо…
— Вот я не верю во все эти истории «мы просто шли себе, никого не трогали, а руинник как выскочит и одним махом убьет половину отряда»…
Пенси отодвигает в сторону контракт и откидывается на спинку мягкого кресла. Родители могут спорить долго, но это не совсем то, что она хочет услышать. Кейра, тоже недовольная перепалкой бабушки и дедушки, тянется к острому ножу, забытому на полу. Это мгновенно прекращает спор: мама возвращается к морсу, отец — к вырезанию игрушки. Но каждый остается при своем мнении.
* * *
— Кейра — удивительный и милый ребенок, такая общительная и ласковая, — уже вечером говорит мама. Она помогает убрать со стола после ужина, пока дедушка ведет умываться внучку.
— Останься в этом доме еще на недельку и будешь скучать по тишине и одиночеству, — фыркает Пенси. Но это она не всерьез: родители приезжают достаточно часто, и внучка растет у них на глазах.
— Вопросы детей не заканчиваются никогда, а когда у детей появляются дети, этих самых вопросов становится только больше, — смеется мама, а потом признается: — Мне казалось, Кейра будет похожей на тебя. Конечно, с возрастом какие-то черты еще могут проявиться... Ты точно не помнишь ее отца?
— А что мне до него сейчас? — резче, чем следует, отвечает Пенси. Удивительно, чего бы это маме поднимать эту тему спустя столько лет.
— О, какой-то там охотник меня интересует только с точки зрения физического здоровья, которое он мог передать твоей дочери, — взмахивает руками мама и похлопывает Пенси по спине. — Ее ум и любознательность уж точно от тебя! Но внешность… Не видела я еще людей с таким оттенком волос, как у Кейры. Вот мне и интересно: может, ее отец был из дальнего селения или в его роду кто-то попадал под действие Черного леса. Или… — мама чуть виновато смотрит на Пенси, и та вдруг понимает без слов.
— Или же кто-то из моих настоящих родственников отличался цветом волос. Ты это хочешь сказать?
— Да, — кивает она. — Я всё думаю, что в твоих путешествиях есть смысл. Может, в одном из них ты встретишь своих настоящих родных и что-то узнаешь о себе?
— Мне и так ясно, кто мои настоящие родные и кто я, — Пенси берет мать за руку и прикладывает ее теплую ладонь к своей щеке. — И, мам, я полностью довольна всеми своими родственниками.
— Спасибо, милая. И не беспокойся насчет отца, если ты захочешь принять участие в этой экспедиции, мы поддержим тебя. Ты действительно у нас Удачливая: достаточно твое желания вернуться — и, я уверена, у тебя это получится! Лоухи как-то сказал, что у Удачливых это выходит само собой…
Вскоре родители уезжают, вдоволь обнявшись с внучкой, сводив на прогулку, осчастливив безделушками и нужными подарками и даже пожарив вкуснейшее мясо на открытой жаровне во дворе. Дни становятся холоднее, а ночи длиннее. Тот разговор с родителями всё никак не идет из головы. Пенси теперь рассматривает экспедицию с разных позиций. Возможно, в Ледяном краю, вдали от людей, найдется еще видерс или же что-то, что поможет Пенси больше узнать о каренах и их истории. Есть ли шанс, что в далекие дали забредет Ланалейтис или Халис? После раздумий она решает, что есть. Хотя звать своих странных знакомых — руинников — к костру она не станет. Вряд ли обычные охотники будут рады таким собеседникам.
Пенси подписывает контракт одной глухой зимней ночью. Неожиданно для Тамари выпадает много снега, из-за чего дом больше напоминает огромный снежный холм, чем жилище человека. Выйти на крыльцо, не говоря уже о том, чтобы оказаться за пределом двора, становится в один момент подвигом: так сильно замело всё вокруг. В этой тишине, под сопение сонной Кейры, Пенси решается и подписывает контракт. Ей действительно есть ради чего рисковать жизнью. Ей стоит оказаться в Ледяном краю хотя бы ради вишневых волос дочери.
3-4
Отряд выходит за черту, отмеченную Крайним прибежищем, рано утром. Впрочем, только благодаря часам и внутреннему чутью ясно, что ночь сменилась днем. Серое марево вокруг чуть лучше беспросветной темноты: и в такой ситуации особенно начинаешь ценить искристый белый снег. Если на Людоедском перевале солнце редко, но проглядывало сквозь переплетенные ветви деревьев, то здесь подобное даже летом относится к особенным, редким чудесам.
Вокруг царит молчание: всё, что нужно, было сказано в предыдущие дни и вчерашний последний вечер. Слышны только редкие советы и указания от лидеров. Пенси оглядывается, насколько позволяет капюшон: три отряда по восемь человек — это не особо много. Однако для такой вылазки — первой вылазки — больше, чем достаточно. Она не знакома и с половиной участвующих, а распознать среди них кого-либо почти невозможно: одинаковая экипировка стирает различия. Но каждый из участников — не абы какой охотник и профессионал. По слухам, старейшины пытались созвать всех Удачливых, которых только смогли разыскать, но согласились только трое. Участники полностью экипированы и вооружены силами союза охотников. Подготовка к экспедиции заняла больше года. Пенси подписала свой контракт едва ли не в последних рядах, и ей немного не по себе от такого размаха.