Давай не отпускать друг друга (СИ)

И как же все-таки хорошо, что Рита не согласилась поменять машину. А то как бы ей было сегодня к кудеснику доктору Золотову добираться?
***
— Вы немножко пораньше приехали! — дружелюбно щебетала девушка-администратор. — Придется подождать, у Игоря Витальевича еще прием другого пациента идет.
— Ничего страшного, я подожду, — кивнула Рита. Она и в самом деле приехала раньше. Потому что дома было невыносимо. Уснуть она так и не смогла, несмотря на то, что спала сегодня ночью мало. Плечо ныло, и обезболивающее не действовало. И периодически вибрировал на беззвуке телефон, терзаемый Романом. У него еще достанет ума приехать. В общем, Рита решила, что лучше тут, в «Нобиле» подождать. У них тут симпатично, светло и даже уютно.
— Присаживайтесь, вон там у нас диваны, журналы, можно посидеть, почитать. Кабинет Игоря Витальевича второй по коридору налево.
— Спасибо, — поблагодарила Рита, прошла и устроилась на диванчике у стены. Читать журналы не хотелось. Хотелось, чтобы доктор уже быстрее освободился и сотворил чудо.
Через пару минут сидеть Ритке надоело, и она встала. И пошла в направлении того кабинета, куда ей минут через семь предстоит войти. На кабинете красовалась подтверждающая табличка: «Остеопат Золотов Игорь Витальевич». Ну, давай уже, быстрее освобождайся, Игорь Витальевич, очень достала эта противная ноющая боль.
Словно в ответ на Риткины мысли из-за двери раздался стон. Такой стон, что Рита невольно шагнула назад. Чем они там занимаются?! Раздался еще один стон, и Рита оглянулась, словно не веря тому, что слышит такие звуки в медицинской клинике. Из кабинета напротив как раз вышел огромный мужчина с закатанными до локтя рукавами белого халата. Он подмигнул Ритке.
— Да-да, у Игоря Витальевича еще и не такие звуки можно услышать из кабинета, — врач ухмыльнулся. — В основном, конечно, стонут. Но иногда и кричат.
— Кричат? — у Ритки округлели глаза.
— Это редко, — добросердечно успокоил ее собеседник. — А вообще, вы не бойтесь, Игорь Витальевич — он очень нежный. И руки у него прямо вот… волшебные.
— А вы откуда знаете? — подозрительно заинтересовалась Рита, ошарашенная этим внезапным панегириком. Опять же, когда один здоровенный дядя говорит про другого «нежный» — это…
— Он мне тазобедренный сустав в чувство приводил, — не дали додумать мысль Ритке. — Никто не мог помочь, а он раз — и… Ну, не раз, конечно. Но за две недели на ноги меня поставил.
— Вы тоже стонали? — улыбнулась Рита. А он забавный — этот большой небритый доктор.
— Нет, что вы, я — кремень! — тот в ответ тоже широко улыбнулся. — Но в отдельные моменты матерился — отрицать не стану.
Рита рассмеялась.
— До-о-о-кто-о-ор Ле-е-епеше-е-ев, — раздалось от стойки администратора звонкое. — Вас ждут.
— Бегу, Инночка, бегу! — доктор Лепешев кивнул Ритке на прощание и пошел по коридору, на ходу еще выше подворачивая рукава халата.
Едва фигура в белом халате скрылась за поворотом, за дверью послышались голоса, и Рита отошла в сторону. Из кабинета выплыла румяная дама в не до конца застегнутой блузке на объемистом бюсте. Почему-то недобро зыркнула на Риту и с придыханием пропела в проем двери: «До послезавтра, Игорь Витальевич!», после чего демонстративно закрыла дверь и подефелировала к стойке администратора.
«Ну и ладно, — подумала Рита. — Подожду немного. Наверное, ему надо продышаться после такой страстной мадамы. А, может, сам пригласит». Однако, когда спустя пару минут приглашения не последовало, сама нажала на ручку двери.
— Можно?
— Да-да, проходите.
У окна, спиной к двери, стоял мужчина. Почти такой же большой, как весельчак доктор Лепешев, только не седой. И, в отличие от Лепешева, он был одет не в белый халат, а в темно-бирюзовый костюм из рубашки с короткими рукавами и свободных штанов. На ногах у него были слайдеры, под которыми обнаружились носочки веселенького голубенького, какого-то детского цвета. Эти носки на весьма немаленьких ступнях почему-то развеселили Риту. А потом доктор Золотов обернулся, и веселиться Ритке резко расхотелось.
 
Стоя от нее примерно в трех метрах, на нее смотрел мужчина, с которым она провела сегодняшнюю ночь.
  
Глава 3. Заседание определенно состоится
 
 
Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже разлила. Так что заседание не состоится.
 
Рита не поверила своим глазам. Кажется, она даже беззвучно прошептала: «Этого не может быть!». Таких совпадений не бывает. Это ей кажется. Она про него думала сегодня, думала много. И вот он вам, пожалуйста. Мерещится ей.
Рита Колосова была достаточно здравомыслящей девушкой. И на этот спасительный самообман у нее ушло всего лишь несколько секунд. А потом она была вынуждена признать правду. Вопреки всем законам логики перед ней действительно стоял он. Тот самый, который…
Перед Ритиным внутренним взглядом прилетела череда образов — и как много она, оказывается, помнила! Вот она кладет руки ему на плечи. Вот целует — сама, первая, с языком! Вот спрашивает, большой ли у него член. Ой, мамочки… Вот снова спрашивает про член — как заклинило ее на этом. Вот развязывает полотенце и стоит голая перед ним. А вот — тоже голая, но уже под ним.
О, господи…
Резко повернувшись, Рита кинулась вон из этого кабинета, из этой клиники. Из страны, с планеты. Просить политического убежища в Гондурасе или на Юпитере. Она не думала — куда, она хотела убежать, скрыться, чтобы не смотреть в глаза человеку, который видел ее такой.
На Ритином пути встал дверной косяк, в который она, торопясь, влетела плечом.
Тем самым. Больным.
От боли потемнело в глазах, сбилось дыхание и подогнулись колени. Наверное, Рита даже упала бы. Но ее сзади подхватили. И аккуратно водрузили на стульчик.
— Что же вы неаккуратно так, Маргарита Николаевна, — сквозь горячий морок боли слышала Рита. — Нельзя в таком состоянии резких движений совершать. Вот, попейте. И подышите через нос.
Перед Ритиным носом, через который ей предлагали дышать, появился пластиковый стаканчик с водой. Она послушно взяла. Выпила. Подышала через нос. И решилась поднять глаза.
Он сидел напротив и смотрел — спокойно, доброжелательно.
Неужели не узнал?!
Вот эта мысль показалась Ритке настоящим спасением. А если в самом деле не узнал? Она вчера была накрашена «как на панель» — по выражению бабушки. Да и одежда была другая. Сегодня на Ритке ноль косметики, спортивные штаны и трикотажная кофта на молнии — потому что с больным плечом надевать что-то без застежки, то, что нужно протягивать через голову, оказалось настоящим мучением. Поэтому Рита была одета в вещи с максимальным уровнем комфорта. А вчера на ней было что-то вычурное: шелковая блузка, короткая юбка.
Мог. Мог не узнать. Учитывая фирменную мужскую внимательность.
Рита тихо-тихо выдохнула.
— Ну как, лучше? — поинтересовался доктор Золотов. Рита кивнула. В голосе она была пока не уверена. — Ну тогда рассказывайте.
— Что? — получилось почему-то лишь пискнуть.
— Все, — он раскрыл тоненькую медицинскую карту. — Сколько времени болит плечо, где болит, как болит, были ли травмы. В общем, все.
Риты еще раз выдохнула и потихоньку начала. С каждым словом говорить получалось все лучше, легче. Он не узнал. Не узнал. Не узнал! Это могло быть неправдой. Возможно, он просто прекрасно владеет собой. Но Рита вцепилась в эту так нужную ей спасительную мысль. И держалась за нее.
— Значит, травм не было, простудных заболеваний в последней месяц тоже, хронические заболевания отрицаем.
— Не отрицаем, а не знаем, — хмыкнула Рита. К ней понемногу возвращалась уверенность.
— Если бы были — знали бы, — ответно хмыкнул доктор Золотов. — А стресс?
— Вся наша жизнь — один сплошной стресс, — пробормотала Рита. А что, если и в самом деле из-за Ромы? А, может, она вчера и правда ударилась плечом — в один из тех моментов, о которых ничего не помнила? Нет, синяк должен быть тогда…