Анима 2 (СИ)
Представляю, как я выглядел в этот момент. Сначала она атакует темноту, но почему-то рапира не находит цели, а затем видит перед собой парня в поношенном худи, у которого из-под капюшона валит черный дым из глаз.
Впрочем, сориентировалась она достаточно быстро, всего за мгновение, но момент все равно был упущен. Выпад рапиры в лицо я отбил щелчком длани, подшаг и тычок кулаком в лицо. Путь Камня превратил мой кулак в удар молота, так что девчонка, сделав в воздухе красивую спираль, оставив за собой кровавый след из разбитого носика, упала прямо в песок арены, пропахав лицом еще около метра.
Короткая оценка ситуации. Ликантроп валяется на песке, рядом разорванная на куски туша червя. Три оставшихся летучих мыши продолжают пикировать, обдавая обуглившуюся тушу струями пламени.
Похоже, огонь в их маленьких телах заканчивается, атаки стали слишком редкими. Ликан, к моему невероятному удивлению, еще жив. Но прикинув его состояние, решил, что не выкарабкается, даже если скастовать на него Живую Росу.
Регенерация не может перебить кровопотерю и лишь оттягивает момент смерти. Но Кровавая Ярость дает максимальный баф, так что к монстру лучше не приближаться. Вот в один момент из этой кучи мяса выстреливает лапа и неосторожная мышь, спикировавшая слишком низко, превращается в фарш.
Я даже вздрогнул от этого зрелища. Шестой потенциал выживания, но даже я не сумел бы среагировать на подобную атаку. К сожалению или счастью, на этом мой миньон окончательно издох.
Я же спокойно подошел к парню, что дрожащими руками пытался вколоть себе шприц регенерации в вену. Ну что за неженка, это же артефакт Анимы. Ударил иглой под сердце и все дела. Да, больно, да колбасит немного от такого. Зато эффективно.
Я пинком выбил шприц из руки, рывком поднял худосочное тело в воздух и нанес еще один удар. Каменная стена за его спиной пошла трещинами, я увернулся от потока крови, хлынувшего у него изо рта.
— Я предупреждал, — спокойно повторил ему. — В настоящем бою ты меня даже не заметишь.
Еще один удар и я слышу треск ребер. А он оказался довольно крепким, похоже вкладывался в выживание. Короткий тычок превращает его лицо в кровавую кашу. Все, как учил Эзотерик. Сначала выбить дух, чтобы не мог сопротивляться, затем треснуть по голове, чтобы мозги превратились в кашу и противник ничего не соображал.
Так он не будет хитрить и юлить. Теперь можно приступать к полевому допросу.
— Что это за место? Как вы сюда меня затащили? Что происходит?
Надавить на грудь, пока изо рта не пойдет новая порция крови. По голове бить нельзя, может отключиться. Поэтому я огранчился парой легких пощечин, чтобы засранец сосредоточился. Но, судя по вылетевшим зубам, немного перестарался. Да и щеки как-то странно посинели.
— Говори, быстро, — я давил голосом, выпуская ауру Анимы, как учил наставник, но последнее мне трудно давалось. Энергетические каналы войдут в полную силу на пятом ранге, а сейчас я даже не могу их толком ощутить, чтобы использовать для подобных манипуляций.
Поэтому давил эмоциями ярости пополам с гневом, и это сработало.
— Артефакт… — прохрипел парень, чьего имени я даже не знаю. — Карманный разлом, пустой.
— Почему за мной отправили вас, а не кого-то нормального?
— Сам… Вызвался… Задержать. Такой приказ.
Вызвался? Ладно, это я еще могу понять. Но зачем меня задерживать?
— Как отсюда выбраться? Где выход? У тебя ключ?
— Никак, — голос парня стал совсем сиплым. Кажется, он вот-вот вырубится. — Мама… Вытащит… Когда…
Он не успел договорить. Я немного потерял бдительность и поздно заметил, что пламя от летучих мышей за спиной стало каким-то слишком уж ровным.
Рывок в сторону, рапира со звоном выбивает каменную крошку из стены. Чуть было своего не задела.
Я отскочил в сторону и понял, что летучие мыши давно развеялись, похоже их призывал парень, который ушел в отключку. Что за слабый контроль миньонов? Мой ящер бы вытащил мою тушку из разлома, даже если бы я впал в кому. Наверное.
Но сейчас все мое внимание было сосредоточено на фехтовальщице. Похоже, у нее не было способа повторно вернуть себе возможность видеть в темноте. Вместо этого она призвала Люмос — шарик света над головой, только состоящий из аспекта пламени.
И ее движения. Новые бафы? Нет, что-то другое. Она стала передвигаться иначе. Не быстрее, а именно иначе. И тут до меня дошло очевидное. Малахит и киноварь, это не яд и усиление тела. Это стиль Змеи.
Что-то вроде получения особых свойств существа. Похоже, у нее в покровителях Сет или как там ту гадюку-переростка звали. И рисунок боя у нее разительно изменился. Вместо острых отточенных движений она начала перемещаться плавно и рывками одновременно.
Сложно объяснить словами что я видел, но это было похоже на слайд-шоу, где медленные перетекания из стойки в стойку сменялись стремительными движениями, которые даже моя реакция не всегда успевала отследить.
Взмах рапиры оставил в воздухе светящийся пурпурный след. А это что-то новенькое. Какая-то разновидость яда? Что-то явно магическое.
Три выпада с разных сторон ушли в пустоту, но четвертый оказался совсем неожиданным. Девчонка как-то извернулась, припала к земле и нанесла удар снизу-вверх. Пришлось отбивать атаку дланью и в этот момент ладонь прошибло болью.
Фехтовальщица довольно облизнулась, заметив мою растерянность.
— Энергетическая атака, значит. Игнорирует броню, — усмехнулся я. — Ну, давай поиграем.
Скорость мне тут не поможет. В целом я и так быстрее нее, но эти рывки в момент атаки все портят. И вряд ли дело в краткосрочном ускорении, это больше похоже на пространственную магию.
Поэтому… Путь Ручья. Аквамарин в длани блеснул в свете пламени, монах довольно поклонился в ответ.
Мое тело мгновенно стало невероятно гибким и послушным. Я чувствовал себя так, словно мои кости стали резиновыми. Рапира бьет в сердце, но я лишь поворачиваю корпус, взмах — отклоняюсь назад. Подсечка и выпад — отрываю ногу от земли, изгибаюсь и делаю сальто с места, ловко приземляясь на ноги, тут же пропускаю удар в сантиметрах от тела.
Идеальный баланс, легкость, гибкость, рефлексы. Мне даже не нужно было думать о бое, я словно стал водой, которую невозможно ударить.
Очередной выпад и я просто бью двумя пальцами в подмышечную область. Рапира рассекает воздух, ребром ладони бью в шею. Она снова бьет, атака сверху, обманка, рывок и удар сбоку. Я просто стою все это время на месте, в последний момент отклоняю корпус, пропуская смертоносное лезвие.
Выбрасываю вперед ладонь. Даже не знаю, я ударил ее или она сама налетела переносицей на мою длань, но девушка отшатнулась, растеряв всю скорость. И совершила финальную ошибку. Вместо того, чтобы разорвать дистанцию и вновь нарастить темп, она попыталась атаковать из сверхближней стойки.
То же самое, что и с парнем. Камней в длани больше, отпечатки круче, ошибки все те же. Стоит чему-то пойти не так, как умелая, признаю, фехтовальщица, тут же теряется.
Удар вышел настолько слабым и медленным, что я не просто успеваю уклониться, но и перехватить ее за запястье.
— Ублюдок, — пацан пришел в себя.
Надо заканчивать, хватит этих игр.
Рывок на себя, чтобы выпрямить ведущую руку фехтовальщицы. Удар в локоть, слышится хруст, тут же сменяющийся воплем боли. Закрытый перелом, с ресурсами их клана заживет за два дня.
Разворот, не успеваю, энергетическое лезвие уже сорвалось с кончика меча ублюдка. В спину бил, понимаю.
Мы с фехтовальщицей крутанулись в замысловатом танце, росчерк энергии бьет ее в спину, девчонка стонет, у нее из глаз и ушей течет кровь. Явное повреждение внутренних органов, но сердце бьется, значит жить будет. Да и этот выпад был гораздо слабее предыдущих.
Отбрасываю тело в сторону и иду прямо на пацана. Он еле на ногах стоит, меч держит с трудом. Но все равно замахивается для атаки. Можно было бы и уклониться, но надоело. Срываюсь на бег, путь ветра дарует скорость.