Арагонская Ост-Индская Компания (СИ)

Взломав печать, магистр не сильно удивился, что само письмо лежало внутри пустой бумаги, в которую оно было вложено, так делал только маркиз и никто более.
Пробежавшись взглядом по крайне скупым строкам с просьбой о помощи, а также предложением выплат за неё, магистр поднял взгляд на терпеливо ожидавшую его ответа девушку.
— Маркиз упоминает вас, как того, с кем я могу заключить эту сделку, а также получить аванс, — задумчиво проговорил он, словно заново увидев перед собой хрупкую и нежную девушку, которая оказывается могла ворчать суммами до пятидесяти тысяч флоринов. Просто огромные деньги по любым меркам! Что показывало уровень доверия к ней самого маркиза, и дону Луису следовало быть с девушкой тоже более деликатным.
  
— Я знаю, что большинство послушников, сеньор Иньиго уже у вас забрал, дон Луис, — склонила голову Паула, — но он надеется, что рыцари могут послужить ему, в качестве защиты от наёмников, присланных герцогом Милана.
— Да, он указал причину возникших проблем, между ним и герцогом, — кивнул головой магистр, — и случившееся не делает чести последнему.
— И вы всё же медлите с вынесением решения, — поняла Паула, что мужчина тянет с ответом.
— Проблема только в том, дорогая сеньорита, — вздохнул Луис Деспуиг, — что формально, мы подчиняемся королю Хуану, и если выделение части рыцарей и послушников я ещё могу сделать, то полностью заняться делами маркиза, я не смогу в ущерб службе короны.
— Дон Луис, — Паула показала на письмо в его руках, — ни я, ни маркиз не хотим ссорить вас с королём, поэтому давайте поступим так — если король призовёт вас на службу, вы покинете нас, без всяких штрафов с нашей стороны.
Магистр изумлённо посмотрел на девушку.
— Вы можете мне обещать подобное, юная сеньорита? — удивился он, — в письме маркиза нет об этом ни слова. А что будет, если он не захочет подтвердить ваши слова?
— Дон Луис, — девушка тяжело вздохнула, поскольку сама не была в этом уверена, но, с другой стороны, Иньиго никогда не бил ей по рукам, когда она проявляла инициативу в делах, в которых нужно было проявить гибкость, — если маркиз выставит вам штраф, я оплачу его сама, поскольку у вас есть моё слово.
Старый рыцарь изумлённо посмотрел на Паулу, такое он привык слышать от рыцарей, а не от юных девушек, чьи умы обычно были заняты женскими делами.
— Я подпишу договор, — наконец решил он, — ваше слово там будет залогом того, что если король Хуан призовёт нас, пока мы будем помогать маркизу, мы уйдём и на нас не будет наложены никакие штрафы или вынесены обиды с его стороны.
— Да будет так, — Паула спокойно посмотрела на магистра.
— А вы очень интересная девушка, сеньорита Паула, — рыцарь задумчиво посмотрел на гостью, — вы с кем-то уже обручены?
Девушка легко улыбнулась.
— Обручена со службой своему сеньору, дон Луис, — пожала она плечами, — ну и ещё по его велению и по зову своего сердца строю вместе с одним священником собор и монастырь при нём.
— Такая хорошая хозяйка и не при муже, — задумчиво проговорил рыцарь, поскольку найти жену, которая самостоятельно ведёт хозяйство, да ещё и которой можно поручить такие суммы денег, было очень непросто и можно сказать везением, а тут прямо перед ним сидит одна из таких женщин, да ещё и писанная красавица при этом.
— Сеньорита Паула, могу я вас попросить остаться у нас на пару дней, — обратился он к ней, — у меня будет к вам ещё одно предложение.
— Конечно, дон Луис, — девушка если и удивилась, то не сильно, — я в полном вашем распоряжении.
— Благодарю вас, — он встал и подал руку, чтобы помочь девушке, которая в его глазах за всего один разговор выросла от простого проводника воли маркиза, до весьма интересного приобретения, если всё, что он сейчас задумал, выгорит.
* * *
16 октября 1460 A . D ., Генуя, Генуэзская республика
Неожиданно найденную монету всё же пришлось снять с шеи и убрать в шкатулку с драгоценностями, поскольку она действовала на меня подобно магниту, всё время хотелось чувствовать себя сильным, а что было более опасно для меня, ненароком это демонстрировать, причём это было настолько выше меня, что я понял, что просто однажды попадусь на этом. Поэтому волевым усилием я снял с шеи монету и спрятал её. Мне нельзя было привлекать внимание таким способом, поскольку уже и без этого дворяне и священники, слыша моё имя удивлённо скидывали головы. О награждении меня «Золотой розой» было оповещение по всем епископствам и приходам, так что было не удивительно, что моё имя стало известно во многих местах.
Вот и в Генуе, едва я переступил порог дома, который снимал, меня встречал крайне довольный граф Латаса, с ехидной улыбкой на губах.
— А кто это к нам приехал? Боже, да это же обладатель «Золотой розы», надежда и опора матери-нашей церкви! — трагично всплеснул он руками, при виде меня.
— Что уже и досюда новости добрались? — хмуро заметил я, подставляясь под руки Марты и Камиллы, чтобы сняли с меня плащ и дорожный камзол.
— Добрались, ещё мягко сказано Иньиго, — хмыкнул Сергио, дождавшись, когда с меня снимут верхнюю одежду и только затем обнимая, — все углы дома мне уже тут сбили, узнавая, не вернулся ли ты.
— Ничего, пусть ещё пооббивают, поскольку тебе придётся срочно уехать, — я показал ему на свою комнату.
— Что-то случилось? — сразу насторожился он, становясь серьёзным.
— Да, герцог Милана объявил мне войну и будет теперь гадить, где только придётся, — вздохнул я, проходя в комнату и показывая графу закрыть за собой дверь и сесть на стул, — я отправил всем предупреждение, но пока я здесь занимаюсь кораблями, тебе нужно лично проконтролировать, что в графстве, а главное в маркизате, всё идёт так, как я поручил.
— Понимаю, — нахмурился он, — ты уже что-то предпринял?
— Да, попросил Паулу отвезти письмо в орден Монтесы, — кивнул я, — будет хорошо, если рыцари придут нам на помощь и помогут с охраной дорог и деревень.
— Если в Аликанте Паула уже занимается этим, тогда мне лучше сначала отплыть на острова, — задумчиво проговорил Сергио, — помогу новоиспечённым баронам, если у них возникли проблемы.
— Согласен, это хорошее предложение, — подтвердил я его слова, — как дела у тебя тут?
— Как ты и просил, морально разлагал местных торгашей, так что члены про-миланской партии уверены, что едва Франческо Сфорца вышлет в Геную свои войска, как ты тут же в испуге уберёшься из города, оставив всех без своих заказов, — с улыбкой ответил граф, — так что не буду сильно удивлён, если уже следующим летом, как просохнут дороги, здесь будет войско герцога.
— Отлично, хоть что-то идёт по плану, — обрадовался я, похвалив его за старания.
— У тебя как? — поинтересовался он, — чем занимался, кроме римских бандитов? Купцы, прибывающие оттуда говорят отрубленные головы до сих пор не сняли со стен, хотя ты давно оттуда уехал, все боятся, что ты вернёшься и накажешь всех за самоуправство.
Я криво улыбнулся.
— Пусть боятся, меньше проблем доставят мне в следующий раз, — ответил я, и затем ответил на первый его вопрос, — а так, ещё съездил в Венецию, обзавёлся полезными знакомствами, кстати хорошо, что ты напомнил мне об этом…
— Иньиго! — Сергио тут же стал креститься, — только не снова, эти твои гениальные планы!
— Заедешь сначала в Неаполь мой друг, — задумчиво почесал я затылок, — нужно будет проследить за ещё одним крайне важным делом.
— Что на этот раз? — мужчина иронично посмотрел на меня, — понравилась торговля христианами? Или смотришь уже выше, на продажу христианских святынь?
  
— Выкуп пленных из Османского плена! — оскорбился я на его шуточки.
Мой ответ поверг его в шок.
— Что? Ещё раз повтори пожалуйста? — Сергио был явно сильно изумлён, — я точно говорю с Иньиго де Мендосой?
Я иронично на него посмотрел.
— Проконтролируешь, что Бенедетто Котрульи понял правильно мои распоряжения и галеры приходят в Неаполь и уходят из него по графику, — сказал я, — в Остии освобождённых пленных должны будут принимать монахи, мне обещал этим заняться кардинал Виссарион Никейский, так что туда можешь тоже заехать, но только чтобы убедиться, что эти договорённости выполняются.