Между семьей (ЛП)

— Консервы в вакуумной упаковке и бутылки с водой, — сказала она.
— В смысле, это не похоже на успешную попытку спасения, — сказала я. — Но только потому, что они спаслись сами. Мне нравится такая попытка спасения.
— Жаль, что я не могу сказать им, что кто-то придёт за ними, — сказала Сара, нахмурив брови. Иногда ей было трудно вспомнить, что ей всего двенадцать, но сегодня был не тот случай. — Они, должно быть, так напуганы!
  
— Думаю, они будут счастливы узнать, что ты в безопасности, — сказала я.
И Зеро, возможно, лишённый всех утешительных слов, которые он смог сказать за один день, сказал только:
— Если здесь ничего нельзя сделать, нам лучше уйти.
Я бы предпочла больше не возвращаться в дом мимика, но это всё равно был наш единственный путь домой через лабиринт. По крайней мере, на этот раз мы знали, как через него пройти.
Несмотря на это, мне всё ещё было страшно возвращаться в эту изгибающуюся белизну, и тот факт, что вестибюль всё ещё был таким же большим, как и тогда, когда мы впервые вошли в него, беспокоил меня.
— Дом должен был уменьшиться в размерах, не? — спросила я. — В смысле, с тех пор как мы убили мимика?
— Изначально здесь было много Между, — сказал Зеро. — Оно всё ещё существует: это может занять некоторое время.
— Лады, понятно, — сказала я. — Но тогда почему мой кухонный островок стоит прямо здесь?
Зеро уставился в направлении моего указывающего пальца, и Сара с благоговением в голосе произнесла:
— Это действительно твой кухонный островок!
— Ага, — сказала я. — И я хочу знать почему. Мои часы раньше тоже были здесь, но я думала, что они просто такие же, так что я не обратила на них особого внимания.
— Лестница тоже твоя, — заметила Сара. — Она не в том месте, но…
— Так и есть, если раскрутить завиток в комнате, — сказал Зеро. — Пэт, это твоих рук дело?
— Чёрт те что, — просто ответила я. Однажды нечто подобное уже случалось, когда я была в другом полуразумном доме; мой дом последовал за мной туда и почти захватил то место. Я не была уверена, защищал ли он меня или просто пытался следовать за мной; я всё ещё не была уверена.
— Ты хороший дом, — сказала я, нежно поглаживая столешницу. — Ты приводишь себя в порядок, когда я тебя об этом прошу, и всякий раз, когда у меня возникают проблемы в другом доме, ты стараешься меня выручить.
— Пэт, — сказал Зеро, его голос был почти безжизненным от шока. — Продолжай говорить.
— Ты это видел, да? — спросила я, не в силах сдержать улыбку, расползающуюся по моему лицу, так же как пол под нами покрывала кухонная плитка, которая определённо не соответствовала мрамору на полу мимика. — Ты очень хороший дом, который знает, где меня найти, когда я застряну в другом доме, так что давай посмотрим, как далеко мы сможем зайти и завладеть этим заведением!
Кухонная плитка покатилась по полу и превратилась в пару ступенек и ковёр; стулья выросли из пола, а стены вокруг нас поднялись ввысь, сливаясь с простором комнаты. Лестница раскручивалась сама по себе, обзаводилась перилами и становилась темнее и прямее. Теперь я чувствовала гул: прочность и эластичность моего дома плавно перетекают в этот и воплощают идею пространства и объёма на площадке испытаний, поглощая пространство так же, как и дом.
Я потянулась к этому гулу — потянулась к нему всем своим существом и потянула.
Не уверена, что именно сдвинулось с места: мы или дом. Возможно, ни то, ни другое. Что-то определённо сдвинулось, и я была склонна думать, что это была сама арена испытаний. Однако в тот момент думать было не так-то просто; что бы я ни сделала, чтобы помочь дому, это оставило меня в тумане усталости, столь же сильной, сколь и внезапной.
Голос Морганы произнёс:
— Пэт! Вы вернулись! — и внезапно в комнате снова появились другие люди.
— Ага, — неопределённо ответила я и устало села, прислонившись спиной к стене столовой, в то время как Зеро и Сара осматривали комнату с таким же удивлением, с каким оборотни смотрели на нас. — Нашла короткий путь. Думаю, с этого момента жизнь станет немного легче.
— Я думаю, что арена просто стала меньше, — сказала Сара, её голос был едва слышен.
Я прислонилась головой к стене, у меня слишком кружилась голова, чтобы самой её поддерживать.
— Да? Что ж, это будет бонусом, если так оно и есть. Кто-нибудь хочет пойти и проверить? Потому что прямо сейчас я не думаю, что смогу встать.
Кто-то действительно пошёл и проверил — кто-то даже принёс мне кофе, — но к тому времени я ещё не настолько проснулась, чтобы понимать что-либо, кроме кофе, поэтому выпила его и заснула.
Я снова резко очнулась от этого сна, когда кто-то раздражённо спросил:
— Где этот чёртов вампир?
— Его не было здесь последние два дня, — послышался голос Морганы. — Это в самом деле первое, что ты хочешь узнать после того, как возникла из ниоткуда, уменьшила площадь арены вдвое и выпила две чашки кофе, прежде чем отключиться?
— Есть кофе? — спросила я и на этот раз узнала свой собственный голос.
— Дай ей кофе, — раздался голос Зеро. — Она его заслужила.
— Чертовски верно, — пробормотала я, изо всех сил пытаясь открыть слипшиеся глаза.
— Я знаю, что это так, — холодно и с достоинством произнесла Моргана. — Я уже приготовила немного. Если тебя не беспокоит тот факт, что она первым делом спросит про вампира, когда проснётся, я…
— Я говорила тебе, что Зеро — мой дядя? — спросила я её, наконец-то моргнув настолько, чтобы видеть больше, чем узкую щель в комнате — как раз вовремя, чтобы злобно ухмыльнуться при виде разинутого рта Морганы. — Нет? Для меня это тоже было новостью. Узнала буквально на днях.
— Мы поговорим о вампирах, когда жизнь станет более спокойной, — сказал Зеро ледяным голосом.
Моргана перевела взгляд с Зеро на меня и обратно, затем повторила то же самое, не открывая рта.
— Подожди, ты её дядя, и тебя не устраивает, что она встречается с вампиром? Почему? Это сбивает людей с толку!
— Вампиры — любовный интерес с высокой степенью риска, — сказал Зеро. — И нет никаких гарантий относительно продолжительности жизни в других отношениях.
— Я не обсуждаю любовные увлечения или продолжительность жизни, — сказала я. — Я собираюсь обсудить кофе и какой-нибудь завтрак, вот и всё. Ты сказала, что Джин Ён не вернулся сегодня утром, а что насчёт прошлой ночи?
— К сожалению, его нигде не видно, — сказала она. — Но вместо этого прошлой ночью у нас на заднем дворике сидел скелет — Зеро впустил его.
Так вот в чем заключалась та слабая голубизна, которую я ощущала в комнате.
— Это ты, Ральф? — спросила я.
— Твой дом раздавил меня, — послышался тоненький, раздражённый голосок, который я хорошо знала. — Мой дом тоже раздавило, и теперь мне некуда идти.
— Хочешь кофе? — спросила я его, садясь, немного пошатываясь. И действительно, там виднелась бледно-голубая фигурка маленького мальчика в бриджах до колен и подтяжках, его слегка чересчур длинные вьющиеся волосы были аккуратно спрятаны под кепкой.
— Мне не разрешают пить кофе, — недовольно сказал он. — Мама говорит…
— Не начинай снова, — перебила его Сара. — Если не хочешь кофе, можешь взять молока, но не слишком много; у нас его хватит только на пару дней, учитывая, как в этом доме все пьют чай и кофе.
— Похоже, вы неплохо устроились, — сказала я, ухмыляясь, когда кто-то сунул мне в руки чашку горячего кофе. Теперь, когда я немного пришла в себя, я смогла разглядеть ещё несколько человек в комнате. Я не удержалась и тоже бросила быстрый взгляд на окно, хотя уже знала, что оно будет пустым. — Всё так же выпиваете, как и всегда. Что ты здесь делаешь?
  
— Я же сказал, — холодно произнёс он. — Твой дом раздавил меня и мой дом.
— Точно. Ну, в любом случае, это хорошая новость, — сказала я ему, делая ещё один глоток кофе. Теперь мой мозг начал спокойно работать, но у меня было такое чувство, что он делал это и во время моего сна.