Никогда не называй это любовью
Вилли не заметил внезапного огонька, вспыхнувшего в глазах Парнелла, ибо тот стоял к нему спиной, маленькими глотками отпивая шерри.
– Да, у меня возникла мысль, Парнелл, что неплохо бы сделать из этого дома штаб-квартиру. Сами знаете, как утомительно то и дело переезжать с места на место. К примеру, каждый раз успевать на почтовый. Да и как вообще можно работать, если каждую минуту прерывают, досаждая вопросами? Однако обсудим это позднее. Мы с Кэт очень хотим услышать о последних преобразованиях в Ирландии. Правда, Кэт? Моя жена все больше и больше проявляет интерес к политике, и, похоже, ей это очень нравится.
– Да, да, мы хотим узнать все, – сдержанно ответила Кэт. – Но только после ужина, Вилли. Мистер Парнелл, должно быть, не только устал с дороги, но еще и страшно голоден. Может быть, приступим к еде прямо сейчас?
Это были почти единственные ее слова на протяжении всего вечера. Вилли начал разговоры о политике еще до того, как они успели покончить с супом, и дискуссия продолжалась бы, наверное, до бесконечности: мужчины все больше погружались в нее, пока Кэтрин не извинилась, сказав, что ей, конечно, хотелось бы, поговорить о политике, но все же не в таких количествах.
Мужчины тут же вскочили со своих мест. Чарлз с сокрушенным, кающимся видом, Вилли – небрежно, чисто формально. Он поцеловал жену в щеку со словами:
– Прости, дорогая. Понимаю, наши разговоры чрезвычайно утомили тебя.
– Да, миссис О'Ши, вы были так терпеливы с нами! Как вы уже наверняка догадались, я слишком увлекся своими планами. Однако подготовка контрольных проверок, чтобы доказать ценность Земельного акта, когда он будет проводиться в жизнь, – это единственный способ убедиться, что этот акт справедлив и что Англия намеревается придерживаться его. Полагаю, у нас было бы гораздо больше шансов сделать этот акт справедливым, если бы только нам удалось связаться непосредственно с премьер-министром, когда акт будет находиться в подготовительной стадии. Однако господин премьер-министр никогда не станет совещаться с кем-либо из членов ирландской партии. Скорее он проклянет сам себя. Поэтому нам необходим посредник, а именно человек, не имеющий отношения ни к одной из партий.
– И предпочтительно, чтобы этим посредником была женщина, – сказал Вилли.
Чарлз метнул на него быстрый взгляд.
– У вас есть кто-то на примете?
– Моя жена.
Кэтрин испуганно вскрикнула.
– Это не так уж абсурдно, как кажется на первый взгляд, – продолжал Вилли.
И всем стало ясно, что и мистер Парнелл тоже не считает подобное предложение нелепицей, ибо он задумчиво посмотрел на Кэтрин, при этом она вспомнила его замечание о том, что он относится к людям как к оружию. Выходит, он и к женщинам относится так же? Даже к той женщине, которую любит?
– Кэт прекрасно знают в политических кругах, – продолжал Вилли. – Как-то на одном из званых ужинов она произвела неизгладимое впечатление на Джо Чемберлена.
– Она могла бы понадобиться только для того, чтобы передавать сообщения, – задумчиво проговорил Чарлз. – Как вы на это посмотрите, миссис О'Ши, если мы изыщем подобную возможность?
Вилли, довольный своей идеей, тут же вступил в беседу, заявив, что Гладстон, несмотря на то что все его считают рьяным пуританином, имеет тайную слабость к красивым женщинам.
– Да вы только вспомните, как он защищает проституток! Можно предположить, будто его интересует то, что находится в их заблудших душах!
– Если миссис О'Ши будет иметь с ним дело, все это примет строго политическую окраску, – холодно заметил Чарлз.
Нисколько не смутившись, Вилли сказал, что он лишь хотел подчеркнуть: Гладстон не откажет Кэт в приеме.
– Дело в том, – проговорил Чарлз, – пожелает ли миссис О'Ши заниматься этим. А то мы так легко обговариваем ее роль во всем этом, даже не спросив, хочет она этого или нет.
– Разумеется, я захочу, если это послужит полезной цели, – решительно отозвалась Кэтрин.
Эта идея начинала волновать ее. До чего возбуждающе – играть активную роль в будущей борьбе! Что бы ни говорили, женщина, обладающая незаурядным и действенным умом, будет себя чувствовать неудовлетворенной и разочарованной, если не станет заниматься ничем, кроме ведения домашнего хозяйства. Ей доставит огромное удовольствие встречаться с мистером Гладстоном, и это удовольствие постоянно будет только усиливаться от осознания того, что она тоже вносит свою лепту в дело Ирландии и тем самым помогает Чарлзу. Кроме того, тогда у них будут вполне законные основания часто бывать вместе.
– Благодарю вас, миссис О'Ши, – бодро произнес Чарлз. – На мой взгляд, это превосходная и очень полезная мысль. Мы будем весьма благодарны вам.
* * *Поднявшись к себе, Кэтрин разделась и легла в постель, но никак не могла заснуть. Когда спустя несколько часов она услышала, что мужчины тоже расходятся по своим спальням, она долгое время лежала почти не дыша, опасаясь, что Вилли в своем весьма деловом настроении вдруг решит испытать чувства своей супруги тем же самым способом, каким он намеревался испытать реакцию своих земляков на новый Земельный акт. Но, к превеликому счастью, он не пришел. Она поняла, что состояние «вооруженного нейтралитета» не может продолжаться вечно. Видимо, он по-прежнему надеялся, что рано или поздно она сама придет к нему, если захочет его опять. С такими мыслями она наконец погрузилась в сон.
Проснулась Кэтрин в очень радостном, приподнятом настроении, словно осознала, что впервые Чарлз ночует с ней под одной крышей. И хотя у нее нет возможности встретиться с ним наедине, он был здесь, с ней, под ее присмотром. Ей не придется волноваться насчет того, что он голоден, устал, простужен или одинок. Ей стоит только постучать к нему в дверь, услышать в ответ его голос и успокоиться оттого, что по крайней мере в этот краткий промежуток времени она сможет приглядывать, ухаживать за ним, как и за остальными своими домочадцами. Сейчас он был предоставлен ее заботе.
Однако ее счастье не ограничивалось только этим. Вилли, уходя на мессу и забирая с собой девочек, предложил: не взять ли Кэт мистера Парнелла покататься в экипаже по окрестностям. Ведь он нуждается в свежем воздухе! Он выглядит так, словно долгое время оставался без солнца, загорая не под солнечными лучами, а под лунным светом и светом масляной лампы. Тетушка Бен разрешит взять ее двухколесный экипаж, который она часто предоставляла Кэтрин, чтобы вывозить детей на пикник. Неужели Кэт не доставит удовольствия покататься вместе с Королем Ирландии, никак не меньше!
Кэтрин взглянула на мистера Парнелла, стараясь скрыть радостный блеск в глазах.
– Вы доверитесь мне, мистер Парнелл? Со мной вы будете в целости и сохранности. Принц такой спокойный и старенький, что даже Кармен может управлять им.
– Не надо меня ни в чем убеждать, миссис О'Ши. Не сомневаюсь, что вы способны управлять и более резвой лошадью.
Вилли помахал им на прощание рукой, благословляя на поездку. Кэтрин чрезвычайно разозлилась на мужа за его тупость. Неужели он до сих пор так и не понял, что с ним она действительно несчастлива и не намеривается вечно оставаться его собственностью? Наверное, именно потому, что Вилли был настолько недалек и слеп, огромная волна безудержного опьянения свободой окатила Кэтрин с головы до ног, и она, как следует стегнув Принца, с веселым смехом понеслась в экипаже прочь от дома.
– До чего же замечательно! Куда бы тебе хотелось поехать? – спросила Кэтрин, когда они с Чарлзом наконец остались одни.
– Туда, куда ты повезешь меня, дорогая.
Его голос тоже был переполнен счастьем. Она повернулась к любимому, и их взгляды встретились. Впервые с момента его приезда они смогли как следует посмотреть друг на друга.
– Это просто чудо! – воскликнула она. – Может быть, пустить Принца в галоп?
– Бедный старый Принц! Я думаю, не стоит особенно перенапрягать его, а то еще рухнет без сил где-нибудь по дороге – нам-то ведь лучше вернуться домой целыми и невредимыми. Как вы прекрасно выглядите, миссис О'Ши!