Наследница Дракона (СИ)

Когда страсть схлынула, Даша была далека от состояния покоя. Ее лицо стало красным, а вид растерянным. Быстро найдя ночнушку и нижнее белье в ворохе одеял и подушек, Дмитрий помог ей одеться.
— Хочешь поговорить об этом? — спросил он, поражая девушку спокойным видом.
Даша кивнула.
Следующие полчаса Дарья говорила без устали. Она искала покой в словах, скрывала за ними смущение, неловкость, смятение. Девушке хотелось видеть их будущее: нет ли там обречённости в отношениях, разногласий во мнениях, непримиримых противоречий, что их ждет в этом мире. Любовь ложится пеленою, туманом перед взором влюбленных. Когда грани отношений уже видятся более четкими, все становится сложнее. Сегодня ее любимый был другим. Душа Даши была взволнована этим, она переживала сейчас все потрясения жизни разом. Она не знала, как правильно выстроить линию поведения, чтобы оправдать свое смятение. Слова тоже вызывали неловкость, и потому после долгого монолога Даша несчастно вздохнула, она сама себя в конец расстроила. Сидя в кровати, девушка выглядела несчастной, измученной чувствами, раздавленной. Она вспомнила маму. Та тоже доверяла отцу, но он ее бросил, нашел другую. Как же ей самой не ошибиться? Или все эти сомнения излишни? Если человек, потерявший равновесие, не может обрести его самостоятельно, он ищет его в окружающем мире среди слов и действий других людей. Чуткость, понимание, способность видеть за чаяниями судьбу человека — чувства свойственные не всем. В юношестве большое значение имеет соревновательный момент бытия, потом нужен рост, достаток, вложение сил и средств в подрастающее поколение. Испытания жизни одних приводят к озлоблению, другие становятся бесчувственными и сухими, и только часть людей приобретает способность сочувствовать, видеть истинные мотивы и побуждения других.
Димкин отец держал его в ежовых рукавицах. Из-за этого парень быстро понял, что его не интересуют соревнования со сверстниками, более всего он просто хотел заниматься любимым делом. Видел он и совместную жизнь матери и отца. Они были чужими друг другу. Мама все время переживала и вот так же, как и Даша, все чувства обращала в слова. Отец имел более практичный взгляд на жизнь, он не терпел причитаний. Родители были до того разными, что удивлял даже тот факт, что союз этот свершился и держится до сих пор. Эти наблюдения породили в Диме вопросы и первые искорки того самого искреннего сострадания. Чтобы понять суть, он стал слушать и слышать людей. Росшее чувство скрывалось за молчаливостью, а ответом было: способность выслушать, помочь по силам. И только Даше он мог показать глубину души своей! Ему не нужно было над ней превосходство! Он видел, что сейчас она переживает волнительный момент, но никак не может передать суть своих волнений ему, не может справиться с собой.
— Даша?
Девушка повернулась, посмотрела на его спокойное лицо.
— Иди ко мне.
Даша легла, устроилась в его объятиях.
— Нам надо отдохнуть. Не бойся ничего, я тебя люблю, я рядом, все будет у нас хорошо! — спокойно говорил Дима, гладя девушку.
Сомнения вдруг пропали. Сердце, заходившееся в огне, от этих слов выдохнуло и обрело покой. Буквально зарывшись в объятья Димы, Даша быстро согрелась и уснула, чувствуя себя просто безмерно счастливой и спокойной.
Утром свет, проникающий в комнату, был холодным белым. Солнца на небе не было, однако первый снег приносил холодные оттенки и внутрь помещения.
Дима спал на боку. У него под боком была тепленькая со сна Дарья. Ее голова лежала на его руке, их ноги переплелись. «Как же хорошо!» — подумал Димка, плавно открыв глаза.
— Шмыг-шмыг! — Дарья потерлась носом об его грудь, плавно глубоко вдохнула и тихо выдохнула.
В дверь совсем не вовремя постучали и тут же открыли, не дожидаясь их ответа. В комнату вошла полная женщина с подносом. Она что сказала, не смотря в их сторону, поставила поднос с завтраком на четверых на стол и удалилась. Защелка, отпрыгнувшая сама собой при появлении дамы, опять закрылась. Надо было вставать.
 
— Скоро придут наши! — сказал молодой человек. — Надо подниматься!
Даша медленно села, отвела волосы назад и только после этого открыла глаза. Подперев щеку, девушка произнесла:
— Нам надо вести дневники, так мы сможем сберечь полученные знания!
— Согласен! Ты будешь умываться первой?
Даша нехотя слезла с постели, на носках босиком прошла по дощатому полу. В ванной комнате она быстро привела себя в порядок и вышла в гостиную уже одетая в повседневный костюм академии. Уступив место Диме, девушка потратила время до завтрака на уборку комнаты. Была застлана кровать, взбиты подушки и думки, их земные вещи убраны в шкаф. Когда Дима вышел из ванной, она аккуратно села около столика, взяла чашку со странным напитком, начала его пить. Точеные бровки девушки были приподняты, и это было свидетельством того, что в ее головке идет очередное сражение за правоту. Дима сел напротив.
Даша посмотрела на него прямо, склонила голову вбок, потом встала, подошла к нему. Диме стало интересно, что она придумала на этот раз! Девушка вдруг резко села на его колени, при этом она продолжала пить местный вид кофе. «Забавное начало! — подумал Дима. — Хочет показать, что стала более раскованной после этой ночи?»
— Все, что происходило этой ночью, очень мне понравилось! — начала Дарья, переведя взгляд на стену и краснея одновременно. — Одно «но»! Не хочу, чтобы ты считал, что я твоя. Семья по паспарту — это замечательно, конечно, партнеры по интересам еще лучше, однако такие союзы не редко распадаются. Мне нужно другое!
Даша на мгновение оторвала взгляд от невидимого объекта на стене и посмотрела Диме в глаза. Парень понял, что с него сейчас будут требовать все и сразу.
— Я хочу, чтобы мы были единым целым навсегда! Как будто душа у нас одна, и жизнь на двоих едина! Каждый раз, когда ты будешь принимать решения в своей жизни, ты будешь думать о себе, как о нас двоих. А я буду думать о нас, когда мне придется выбирать путь. Согласен ли ты?
Димка смотрел в теплые глаза, он полностью расслабился. Вот что ей надо было! Такое только она могла придумать! Дима почему-то вместо колебаний и сомнений почувствовал покой. Возможно, эта мысль в тот момент, когда его не будет рядом, убережет ее от опасности.
— Согласен! — спокойно сказал он.
Даша наклонилась и, улыбаясь, с полным ртом лишь слегка прикоснулась к его губам.
— Это был поцелуй?
— Ти — фа того! — сказала Даша.
Дима подпер щеку, облокотился на подлокотник. «Хорошенькая! Маленькая! Сложная и одновременно простая!» — выдохнул он, смотря на девочку, радостно ерзавшую на его коленях.
Стук в дверь подсказал ему, что покоя им более не дадут. Он помог встать Даше с его колен, и она опять села напротив него.
— Войдите!
Дверь открылась, в комнате появились Женя и учитель.
— Привет!
— Привет! — сказала Даша.
Дима кивнул.
— Вас уже предупредили? — спросил учитель. — Сегодня нас ждет занятие по языку араев!
Костя плавно сел в кресло с высокой спинкой, выставил вперед руки, согревая их у огня.
Женя устроилась за столом.
— Вчера мы были несколько выбиты из колеи, произошедшими событиями! — произнесла Даша. — Сегодня стоит поговорить о насущном. Этот год не должен быть потерян. Предлагаю вам записывать все, что мы можем понять, объяснить и применить в нашем мире!
— Не думаю, что нам просто так все расскажут! — сказал учитель.
— Ничего страшного, мы и сами сможем разобраться, нужны только книги!
Они спокойно позавтракали, и после трапезы к ним зашел Фортис. Он был не один, вперед в комнате появилась высокая дама. Ее наряд был более чем скромным, глаза серого цвета строги, волосы забраны в пучок.
— Доброе утро, дамы и господа, это Фрея! Она обучит вас языку араев, правилам и основным законам нашего общества, манерам. Учитесь прилежно!
Фортис вышел, не пожелав более общаться с путешественниками.
Фрея слегка присела, а потом обвела строгим взглядом присутствующих.