Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Сергей откинулся на мягкую постель из скошенной травы и, закинув руки за голову начал смотреть на звёзды. Снова уже привычно, над горизонтом, поднимался большой спутник Сиф, вскоре за ним вдогонку двинется по ночному небу малютка Сот.
Землянин закрыл глаза и попробовал мысленно окинуть взором их пятачок. Пока было тихо и никакого постороннего внимания к ним, он не ощутил. Пользуясь этим, он дал себе команду заснуть часа на четыре и провалился в сон.
Несколько часов пролетели как одно мгновение, он посмотрел на небо. Сиф уже зашёл за горизонт, Сот тоже был готов вот-вот последовать его примеру. Никитин мысленно прислушался и сразу почувствовал, что за ними пристально наблюдают.
Причем за ними наблюдало довольно много людей. После сна он почувствовал себя хорошо отдохнувшим и попробовал слегка приоткрыть «третий глаз», после сна это было сделать довольно легко.
По одной стороне дороги тусклыми красноватыми огоньками вспыхнули ауры спрятавшихся за высокой травой людей. Никитин бегло их подсчитал, — получилось около ста человек, это было очень плохо. Несмотря на то, что путешественников было раза в два больше, у основной массы народа оружия не было, если не считать булыжники.
Да и выставить совместно караван и «хвост» могли ну, от силы человек восемьдесят знакомых с военным ремеслом, остальные путешественники могли им только подсобить, против вооружённых, опытных воинов у них не было особых шансов. Землянин медленно встал и, подобрав свой посох, неторопливо побрёл по лагерю, проходя мимо Гранха, он наклонился и тихо сказал:
— Они уже здесь. — незаметно кивнув в ту сторону, где он видел дикарей — Их примерно десять полных рук воинов, скоро они нападут.
Гранх, выругавшись сквозь зубы, тихонько проверил свой кинжал и толкнул ногой храпевшего во сне Ухо. Тот вскинулся и стал очумело глядеть вокруг.
— А что уже! Где…
Ветеран прервал его лепет, вновь двинув того ногой в бок.
— Живо подкинь хворост в костёр да побольше! Не жалей его!
После этого он тихим голосом начал отдавать команды. Все в лагере уже проснулись, но лежали тихо, только дежурные медленно прохаживались вдоль зелёного барьера. Ухо взял хворост в руки и понёс его к костру на другой стороне, где дикарей не было.
Никитину крикнуть ему, что бы нёс в другую сторону, Ухо после сна ещё плохо соображал, поэтому он постоял несколько мгновений, обдумывая приказ, потом, не торопясь, пошёл к другому костру.
Перегнувшись за барьер, он небрежно бросил хворост в уже слабо горящий костёр. Пламя начало потихоньку разгораться. Ожидание затягивалось, дикари пока не нападали, чего-то выжидая. Гранх подошёл поближе к Никитину и тихо спросил его:
— Ты уверен, что они здесь?
— Да уверен. Они примерно на расстоянии броска копья от нас. Одно только радует, — добавил он — что они не все полезут на нас, примерно половина из них находится напротив караванщиков.
— Хорошо если так, иначе они нас сразу затопчут.
Говоря это, Гранх медленно поднялся, делая вид что, устал лежать, и сонно потягиваясь при этом. Неожиданно он быстро схватил лежавший булыжник и метнул прямо в степь, к удивлению Никитина попав в цель. Раздался одиночный вскрик боли и, тут же степь огласилась громкими воплями, поняв, что их, обнаружили дикари с ходу пошли в атаку.
Человеческая волна начала быстро приближаться к ним, в свете костра Никитин увидел, что это низкорослые чёрные люди, все они были обнажены, при свете звезд, тускло блестела натёртая жиром кожа нападавших. В лагере караванщиков громко, истерично завизжали женщины. Понеслось!
Тела чернокожих были густо раскрашены красной краской, в длинных чёрных волосах при беге гулко звучали, сталкиваясь между собой, маленькие кости.
Никитин низко присел, выставив перед собой свой рюкзак, используя его в качестве щита, вечером он предусмотрительно напихал туда деревянных веток. Сердце тревожно билось, землянин вертел головой, напряжённо вглядываясь в темноту. Разгоревшийся костёр одинаково мешал и оборонявшимся и нападающим, слепя их.
 
Дикари стремительно приблизились и швырнули в их сторону копья. Одно из них вонзилось в землю метрах в трёх от него и, задрожав, застыло. Ещё от одного он, быстро пригнувшись, уклонился.
В лагере послышались стоны и крики, немало копий нашли себе цель. Бросив копья, дикари яростно закричали и, выхватив ножи, стремительно бросились на них. В ответ им летели редкие копья и камни, пущенные из пращи и просто рукой, десятка два нападавших, на его глазах, со стоном упало.
Второй залп пращники не успели дать, чёрные воины легко перемахнули их барьер и очутились в лагере. Низкорослый воин с пронзительным криком, совершил длинный прыжок, легко перепрыгнул сразу через костёр и травяной барьер и, очутился рядом с ним. Приземлившись, он завертел головой, привыкая к темноте.
Воспользовавшись тем что, воин был ослеплён светом костра, Сергей подскочил к нему и, с силой ударил посохом в живот. С жалобным криком тот, взмахнул руками, налетел на травяной барьер и, повалив его, затих за ним.
Быстрый взгляд вправо и влево. По стоянке с воем катались сцепившиеся клубки тел и тускло мелькали зажатые в руках ножи. Со стороны караванщиков тоже доносились дикие крики и лязг оружия.
Неподалёку от него стояли Гранх и Пифат около них, на земле уже корчились два тела. Неожиданно Пифат схватил дротик, торчащий в земле, и с силой метнул. С тихим стоном одна из тёмных фигурок осела на землю, обхватив руками пронзившее её копьё.
Перед Никитиным, перелетев через барьер, неожиданно очутилось сразу четыре фигуры, одна из них была значительно выше, чем все остальные нападавшие, на поясе у нее висел большой кинжал.
С яростным криком все они бросились на него, вскидывая свои копья.
— Ну всё хана! — в долю секунды пронеслось у него в голове, он вскинул одной рукой свой рюкзак и тут…тут время замедлило свой бег.
В области живота у него вдруг как бы вскипело и, сразу же мгновения начали растягиваться. Языки костра как-то медленно и величаво начали, подниматься вверх и опадать, голоса нападавших сместились, куда то в сторону басов, зазвучав непривычно глухо. Движения сражающихся казалось, обрели, вдруг балетную грацию.
Двое из напавших на него, неторопливо вскинули свои копья и, синхронно метнули их в него. Несмотря на то, что расстояние между ними, было, метров десять Никитин, двигаясь в ускоренном темпе, легко увернулся от них. Рот нападавших начал медленно открываться от удивления, те, кто, кинули свои копья, медленно вытащили из-за спины запасные и бросились на него.
Сергей легко отбил направленное в него копьё своим рюкзаком, откинул его вместе с копьём и, перехватив обеими руками посох и ударил нападавшего в висок, прежде чем его тело успело осесть на землю, он другим концом посоха ударил второго в живот. Рядом с ним послышался глухой рёв, высокий дикарь, швырнув своё копьё и, промахнувшись, теперь бежал к нему, сжимая в руке длинный кинжал. Его глаза, на разрисованном красной краской лице, были жутко вытаращены, изо рта медленно капала пена.
— Только берсерка мне здесь не хватало! — промелькнула у него тревожная мысль.
Никитин резко крутанул посох. Пропустив удар в голову, верзила тяжело грохнулся на землю. Несколько мгновений спустя, он сделал попытку подняться, но землянин ещё раз добавил ему посохом по голове и тот затих.
Мимо плеча Сергея просвистел камень, который ударил прямо в распахнутое в крике лицо последнему воину, брызнула кровь, и с булькающим хрипом тот упал на землю. Ещё двоих перепрыгнувших из-за барьера Никитин успокоил двумя точными ударами в висок и оглянулся. По ушам резко ударили пронзительные крики. Время, рывком вновь обрело нормальное течение. Оставшиеся в живых дикари перепрыгивали через барьер и убегали обратно во тьму. Они победили! Все в лагере, включая Никитина, громко закричали, выплеснув в этом крике все, что у них накопилось. Громкий рёв победителей подстегнул убегавших дикарей, заставив их бежать ещё быстрее.