Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Первые ряды пехоты дошли до валяющейся груды тел и остановились, трупы лежали кое-где прямо по пояс дружинникам, не давая им пройти вперёд. Арбалетчики непрерывно стреляли в спины отступавших, выкашивая их десятками.
Толпа, избиваемая с нескольких сторон, шарахаясь из стороны в сторону, таяла на глазах. Из центральной части толпы только человек двадцать, вырвались их этого мешка, и теперь резво бежали по полям, топча посевы.
Отряд засады, тем временем врезался в отступавшую толпу, в первых рядах с рёвом крутил голубым топором Медведь. Каждый удар его топора становился фатальным для его противника. Спасения от него не было, щиты, доспехи, а частенько и само оружие противника разрубалось за один удар такого топора.
Сейчас его заместитель просто наслаждался жизнью, перед ним все в ужасе бежали, бросая оружие, лишь бы уйти от такого страшного противника. Арбалетчики, сбившись в плотную группу, непрерывно стреляли в убегавших.
— Давай вперёд по обочинам! — крикнул Сергей замешкавшимся бойцам.
Отряд разделился и стал пробираться по обочинам где трупов было поменьше, торопясь к кипевшей впереди схватки. Арбалетчики застыли позади, не зная куда стрелять. Никитин поспешил, вперёд стараясь не наступать на втоптанные в дорожную пыль руки убитых.
— В строй! В строй становитесь! — громко кричал он на бегу. — Десятники! Выстроить бойцов!
Впрочем, впереди всё уже затихало. Воины неприятеля, вдруг стали бросать оружие и становится на колени, признавая своё поражение и отдаваясь на милость победителя.
— Медведь! — Никитин махнул рукой, привлекая внимание сотника. — Наводи тут порядок! Всех наших раненых давай в госпиталь! Где этот Венда и всадники?
— Там! — махнул топором он по направлению к перекрёстку дороги — Там Росо со своими разведчиками попытается его перехватить.
— Так понятно! Давай наводи порядок, а я с бойцами пробегусь вперёд.
Никитин махнул рукой десятникам и побежал, вперёд перепрыгивая через валяющиеся тут и там тела. За ним с топотом и весёлым гиканьем бежало десятка два бойцов, десяток арбалетчиков, не долго думая, тоже присоединились к ним. Минуты через пять быстрого бега они достигли поворота.
Впереди них метрах в ста кипела схватка. Возле десятка фургонов, которые загораживали проезд по дороге, группа разведчиков сражалась с вражеским конным отрядом Венда, десяток тел валялся тут и там.
Судя по тому, с какой яростью наседали на них, рослые всадники Венды рубились с неполным десятком разведчиков, им приходилось несладко, они медленно пятились к лесу. Особенно опасны были двое из всадников, которые яростно размахивали топорами.
Если бы у разведчиков были не гладиусы и тяжёлые щиты, то их бы быстро изрубили.
В тыл разведчикам попытались зайти несколько пеших воинов, но увидев подмогу, они замешкались, не зная, что делать.
Заметив подкрепление, разведчики прибодрились, а обходившие было их воины, сначала застыли на месте, потом начали быстро отступать, невзирая на яростные окрики всадников, которые требовали, что бы те нападали.
Никитин немного поднажал, далеко опередив своих воинов, вынужденных бежать в тяжёлом вооружении. Один из всадников, вдруг соскочил с лошади и направился к нему, на ходу вынимая длинный кинжал.
Секунду спустя в другой руке у него появилось оружие, напоминающее серп. Но скрестить клинки им так и не удалось, разведчики, получив некоторое послабление, отпрянули и взялись за своё излюбленное оружие — арбалеты.
Противник Никитина громко застонал и стал заваливаться на спину, в боку у него вдруг возникла короткая стрела. Лицо этого разбойника показалось ему знакомым. Миг спустя землянин вспомнил, что это был тот бандит, который ему тогда грозил.
Уцелевшие всадники стали заворачивать лошадей. Двое из них пытались забрать с собой лошадь с раненым.
Но увидев, что они не успевают, отказались от своих планов и, нахлестывая лошадей, бросилась удирать. Разведчики дали им залп вдогонку, но промахнулись. Сергей подбежал к раненому, которого они пытались увести с собой, его внимание привлекли его богатые одежды. Рядом с пританцовывающей и скалящей зубы лошадкой на земле валялся большой разукрашенный молот на чёрной рукоятке. С правой стороны головы желтоволосого теро, свисало множество мелких косичек, перевязанные тонкой золотой проволокой. Раненый почти лежал на конской шее, охватывая её руками.
 
Сразу две глубоко вонзившиеся в тело арбалетные стрелы, вылезли сзади из пробитого насквозь панциря. Судя по всему, это и был знаменитый Венд, со своим молотом. Раненый был мощного телосложения, так не похожие на стройные фигурки представителей этой расы, сильные руки цеплялись за шею коня, который тревожно раздувал ноздри, и хрипел.
Венд хрипло с натугой дышал, лошадь напуганная приближением воинов Никитина вдруг резко шарахнулась вбок, одновременно мотнув головой, и всадник, взмахнув руками, тяжело грохнулся на дорогу, подняв клубы пыли.
Жёлтые глаза умирающего теро уставились на обступивших его бойцов, он, что-то пытался сказать им, но из его рта только вдруг плеснула струя крови и он затих. Пыль медленно оседала на тело разбойника, державшего в страхе всё государство.
Весёлые громкие крики бойцов заставили Сергея слегка вздрогнуть, все весело колотили друг друга, по плечам радуясь победе. Потом начали хлопать его по плечам, скандируя его имя.
— Саж! Саж! — гремело вокруг им вторили крики из-за поворота, откуда валила толпа воинов, потрясая арбалетами и мечами.
— Молодцы ребята! Я горжусь вами! — крикнул он. — Мы показали им, что мы лучше! Мы круче!
Раздались новые вопли восторга, воины в крике выплёскивали недавнее возбуждение, продолжая выкрикивать его имя.
— Так ребята! — он поднял руки. — Соберите здесь всё. Убитых и раненых в фургоны и пойдём обратно. Сегодня будем гулять!
Раздались новые крики восторга. Минуты две народ ещё радостно орал. Потом все принялись деловито грузить тела убитых и раненых в трофейные фургоны. Конники и пешие солдаты ловили разбежавшихся лошадей, один из бойцов торопливо поднял лежащий в пыли молот и протянул его Никитину.
— Тяжёл! Наверное, килограмм десять в таком! Этот Венд был крепким парнем — подумал Сергей с трудом ворочая молот.
Вскинув молот на плечо, он зашагал обратно в посёлок, время от времени вскидывая его вверх, под приветственные крики войска. Везде вдоль дороги дороге валялись трупы. Медведь и десятники строго следили, чтобы всё снятое с тел неприятельских воинов, попало в общую казну. Тела в одном исподнем укладывались на дорогу. В небе медленно нарезали широкие круги падальщики, ожидая, когда придёт их черёд. Никитин подошёл к повозке, куда сгружали трофеи, и кинул туда изукрашенный молот, вызвав весёлые крики окружающих. Большинство мертвецов к этому времени, уже были уже раздеты, один из фургонов был до верху заполнен оружием, второй был забит уже до половины. Около Медведя стоял небольшой сундук, куда складывали монеты и драгоценности снятые с убитых.
— Медведь пускай начинают рыть могилу. Бери своих и пленных пускай помогают! Трупы выложи в ряд и положи рядом с ними этого Венда в доспехах пускай все, видят, что он мертв. Его сейчас привезут в фургоне, посмотри что там. Да и этот молот положи ему в руки. И давай снимай оцепление, пускай караваны проходят и видят, какие мы!
На дороге сразу закипела суета, одни принялись стаскивать убитых с дороги и раскладывать их вдоль обочины дороги. Бойцы равнодушно таскали тела, перебрасываясь грубыми шутками, и небрежно кидали их на обочину, им помогали крестьяне.
Никитин, увидев в толпе десятника конной разведки, и помахал ему рукой, подзывая к себе. Тот улыбаясь во весь рот, подошёл к нему ведя за собой трофейного коня.
— Росо ты у нас герой! Лошадок можешь оставить себе! — глаза парня обрадовано заблестели — И подбери в свой отряд ещё десять человек! Скажешь Медведю, что я разрешил.
— Понятно командир!
— Теперь вот что! — Сергей махнул рукой в сторону полей — Туда убежало человек двадцать, глянь как там! Особо в сражение не вступать, стрелять из арбалетов издали! Понял?