Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Под стеной то тут, то там в чахлой серой траве валялось довольно много больших и маленьких булыжников. Он взял этот факт на заметку.
— После того как я спущусь, быстро бежать будет нельзя, ногу здесь можно было подвернуть очень легко — подумал он.
Осмотрев окрестности стены, Никитин перевёл свой взгляд на тёмном проходе в скальном массиве. Как ему удалось выяснить у местных купцов, этот проход был в длину метров двести. Примерно посередине он делал резкий зигзаг, поэтому вход в этот проход выглядел таким мрачным.
Метрах в ста от крепости неподалеку от кучи камней его взгляд остановился на лежащем теле. Чуть подальше лежало ещё несколько тел, были ли это жертвы эпидемии или просто путники, которые не знали, что им делать дальше, отсюда было не разобрать.
Со стороны прохода его внимание привлекла человеческая фигура в серой одежде, которая мелькнула и быстро исчезла в глубине. Из прохода неожиданно задул сильный ветер, заставив его поплотнее запахнуть куртку, хотя вокруг стояла жара далеко за тридцать. Больше ничего интересного он не увидел. Он ещё немного прошёлся по стене и остановился возле трещины.
— Значит, за стеной кто-то живёт. Может быть, бедолаги, которым некуда податься, а может быть и разбойники. Кто разберёт! — подумал он, спускаясь со стены и медленно считая шаги.
В случае если придётся сюда забираться ночью, это не будет лишним, что бы быстро найти трещинку и сунуть туда клин с верёвкой. Порасспросив стражников, он узнал, что с той стороны прохода нет уже вторую неделю, с тех пор как город закрыл ворота.
Стражники рассказали ему, что сперва там скопилось довольно много народа, которые умоляли их пустить в город. Кое-кто из них пытался ночью перелезть через стену, но сорвался.
Потом среди ожидающих вспыхнула эпидемия, и они разбежались кто куда, но человек десять-пятнадцать по-прежнему ожидали неведомо чего за скальным проходом.
Точное их количество они не знали, из ворот, с тех пор, никто не рисковал выходить и, когда их вновь откроют, было непонятно. Оба стражника сходились в том, что это событие произойдёт не раньше чем через два месяца. Кстати месяц здесь длился тридцать восемь дней.
Сольный храп в бараке тем временем прекратился и стражники, насторожились. Патрулирующий стену стражник резво полез на стену, а подпиравший ворота сделал знак Сергею, что тому пора идти.
Никитин быстро смешался с толпой и отправился к себе в гостиницу. Подойдя к большой калитке, куда проходили люди, животных сюда запускали в другом месте, он несколько раз стукнул. Пара чёрных глаза внимательно на него посмотрела, признала и, не задавая лишних вопросов, охранник открыл перед ним ворота.
Землянин кивнул ему головой и пошёл через большую площадь, где в изобилии торчали деревянные столбы. Все здешние свободные экономические зоны, были очень похожи друг на друга — прямоугольник или квадрат, примыкающих друг к другу двухэтажных зданий и один — два небольших прохода для людей и грузов.
Всего по городу было разбросано в разных местах, вдоль центральной улицы с десяток таких зон, где останавливались все иностранцы. Правящая верхушка всячески старалась не допустить полноценного общения пришельцев и местных жителей.
Кстати за все эти годы иностранцам не разрешали открывать в городе или его окрестностях храмы иным богам. Пришельцам разрешалось молиться только у себя в комнатах, прилюдно это не разрешалось, под страхом смерти, в этом жрецы были непреклонны.
Для того, что бы ещё больше обособить свою паству, жрецы всеми силами внушали им своё превосходство над другими смертными. В песнопениях жрецов часто повторялся мотив, что после смерти им избранным, даже нищим, на том свете все неверующие будут их рабами. Если конечно не попадут в местный ад.
Слушать подобные откровения здешних адептов было довольно скучно и противно, Никитин только диву давался, во что могут верить люди. Хотя, земной опыт показывал, что если подобную дурь внушать с самого раннего детства, то подавляющее большинство людей могут поверить во что угодно.
 
Наиболее зомбированным как всегда оказывались люди низкого эволюционного уровня, а поскольку они здесь были в абсолютном большинстве, то вера во всю эту чушь была тотальной.
За теми, кто общался с иноверцами, власти следили довольно пристально. За то время, которое Никитин провел вместе с наёмниками, он несколько раз наблюдал такую картину. Иногда когда мимо них проходили весьма неприметные, скромно одетые личности, купцы, до этого говорившие вполне нормально, как то вдруг сразу начинали в своих речах к месту и не к месту, начинали рьяно прославлять бога-паука.
Сергей немного побродил по лавкам, пока не приглядел себе толстую верёвку, несколько раз он с силой дёргал её, но она только пружинила у него в руках. Расплатившись и закинув бухту верёвку в рюкзак, он обошел ещё несколько лавок и в одной из них купил узкое бронзовое зубило с широкой шляпкой на конце.
За неё было удобно крепить верёвку. После чего он посчитал, что на сегодня с него хватит приключений, да и жара была в самом разгаре. Вернувшись на постоялый двор, он не торопясь, перекусил и пошёл к себе в комнату, захватив с собой кипяток и кувшин коты к которой уже успел здесь пристраститься.
Кота была одно из немногих вещей понравившихся ему в этом городе. Сок из плодов этого дерева, был по вкусу нечто вроде смеси черешен и граната и Никитин с удовольствием пил его литрами к неудовольствию трактирщика, который никак не мог понять, почему этот странный малый не заказывает вино или пиво, а пьёт такую дешёвую вещь.
Хотя сок был хорош, но под вечер он всё равно по старой привычке заваривал чай. Обычно эта чайная церемония приходилась у него к моменту когда над горизонтом величаво восходит Дабо. Здешние обитатели верили, что души грешников и иноверцами, попадают туда. Одно из самых популярных проклятий в городе звучало примерно так «чтоб ты попал на Дабо».
Чем не угодил этот спутник богу-пауку, было неясно, в местной космогонии мельком было упомянуто, что он ненароком повредил его паутину, божество за это разгневалось на него и стало ссылать туда грешные души.
Часа через два из-за горизонта должен был показаться Нату, те, кто имел хорошие зрение, могли разглядеть на его поверхности огромный кратер, по поверхности которого змеились трещины, отдалённо напоминающие паутину. Там жили верные почитатели местного божества, пристально наблюдающие за теми, кто живёт внизу и видящие все их деяния — добрые и злые.
Продолжая наблюдать над полётом спутника, Сергей обдумывал план побега из города. Днём это было опасно, даже если он прошмыгнёт мимо стражников, то он должен будет ещё закрепить верёвку в трещине, слезть по ней, и не подвернуть ноги, прыгая по камням.
Днём около ворот всегда болталась как минимум пара стражников, а на стене всегда было разложено десяток-другой копий, которые полетят ему в спину, как только он спустится на землю. Можно было конечно по быстрому оглушить их, но около ворот всегда толпилось много народу, да и барак со стражниками был рядом. Народ, наверняка подымет крик и тогда ему предстоит прыгать по камням под копьями, уже двух десятков стражей….
Можно было конечно подкупить стражников, ведь он не стремился в город, а наоборот хотел его покинуть, но стражники могли решить, что им выгоднее взять деньги, а потом схватить чужеземца. А можно было даже и убить, местная Фемида закрывала глаза на это, если убитый был иноверцем.
Так что, обдумав этот вариант, Никитин решил от него отказаться. Наиболее реальным ему показался побег ночью. Он как-то поздно ночью долго наблюдал за воротами и заметил только одного стражника, который лениво бродил вдоль ворот, лишь изредка поднимаясь на стену.
На город уже давным-давно никто не нападал, легенды гласили, что предводители вражеских войск, рискнувшие напасть на город, ночью оказывались мёртвыми от яда пауков. Страх перед этим оказывался достаточно хорошим сдерживающим фактором и уже лет триста, никто не нападал на город. Землянин надеялся, что его защитники окажутся не такими бдительными ночью и ему удастся спокойно перелезть через стену и удрать.