Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Удовлетворившись этим, он осторожно пригубил красную жидкость, напиток немного напоминал сок граната, но был менее терпким. Он одобрительно кивнул, и быстро осушив чашку, потребовал добавки.
Мальчишка принёс небольшой глиняный кувшин с напитком и поставил на стол. Зонтер с усмешкой глядел на Сергея.
— Я знал, что это тебе понравится.
— Да хороший напиток — согласился он.
Тысячник слегка перегнулся к нему через разделяющий их стол.
— Ты хороший парень Саж. После всех этих дел, я бы тебя взял десятником. Ну, как останешься с нами?
— Знаешь, Большерукий, открою тебе одну тайну, я там у себя уже был сотником.
— Ты! Да врёшь ты всё. — вскинулся было тот, потом подумал и добавил. — А может быть и, не врёшь.
Зонтер припал к чашке с вином.
— Не вру, я просто так молодо выгляжу.
— Тогда понятно. — протянул Зонтер — А я то всё дивлюсь, уж слишком ту мудрый и осторожный, для такого возраста. — он кивнул головой на компанию веселящихся юнцов — Ты на них ничуть не похож.
— Это точно. — согласился с ним Сергей.
— Жаль. Сгинешь ведь там! Оттуда из-за этих сокровищ никто не возвращался. Может, передумаешь?
— Поэтому я и иду! Не из-за сокровищ, а потому что эту тварь нужно убить. Помнишь, на меня тогда не подействовала магия мохначей.
Зонтер кивнул головой, не сводя с него тяжёлого взгляда. Никитин отхлебнул сок и продолжил:
— Так вот на меня не действует и та магия с помощью, которой, то существо убивает людей и не людей. Понимаешь теперь, почему я должен идти.
Тысячник с уважением посмотрел на него.
— Я сразу почувствовал, что в тебе есть нечто такое, — он пощёлкал пальцами, подбирая нужное слово — такое необычное.
— У меня задание такое — уничтожить это чудовище, вот почему я должен идти туда. Спасибо что помог мне добраться до этого города.
— Это тебе спасибо. — не согласился с ним тот. — Если бы не ты те мохнатые вырезали бы нас всех тогда.
Никитин махнул рукой, ничего особенного — пустяки.
— У меня к тебе будет просьба.
— Проси чего хочешь Саж!
— Мне нужно, что бы ты, когда будешь возвращаться взял с собой эту девку. Пускай она Лиме по хозяйству помогает. Потом может быть, приеду, подберу ей парня и, пускай живут.
— Ерунда! Доведу твою бабу и пригляжу, что бы в дороге не тронули. Мы ещё с собой их возьмем десяток-другой, не один ты здесь такой прыткий. У нас там, в городе, — он масляно улыбнулся — баб не так много, вот и приходится отсюда таскать. Здешние дурни сами от них стараются избавиться. Так что доведу в целости и деньги твоей Лиме отдам.
— Спасибо Зонтер.
Несколько минут они помолчали, не спеша, потягивая каждый свой напиток.
— Тебе сколько лет то тебе на самом деле Смышлёный? — внезапно задал ему вопрос собеседник.
— Да ты меня на десять сезонов постарше будешь… — хитро улыбнулся Никитин.
Ну не мог он сказать, что старше его. Как бы в этом случае тот не подумал, что у него не в порядке с головой. Поэтому он несколько занизил свой возраст. Тридцать с небольшим лет как раз то, что нужно. Уже не юноша, а зрелый муж, к словам которого надо прислушиваться.
Неподалеку от них послышались крики, местные юнцы уже изрядно набрались, и из-за пустяка вспыхнула ссора. Все пошло по обычному сценарию перекошенные от злости лица, угрозы и, наконец, первый удар и вскоре драка моментально охватила всю харчевню. Несколько человек с озверевшими лицами кинулись на них.
Никитин с силой толкнул свободную лавку им под ноги, когда они были рядом и драчуны с проклятиями повалились на пол. Тысячник с боевым кличем выскочил из-за стола. Первый из нападавших раньше всех вскочивший с пола, первым же и отправился в затяжной полёт, от удара могучего кулака.
Немного погодя вслед за ним отправился и второй, третий приложился головой об массивную ножку стола, и стонал на грязном полу, держась за голову. Из рассеченной брови, текла тонкая струйка крови.
— Ну, наконец, то, хоть размяться можно, а то сидим здесь уже, столько, дней и ни одной драки! Раньше здесь было веселее, гости то да сё! Каждый день народ двери, башкой вышибал! — тяжело дыша и радостно скаля зубы, сказал ему Зонтер. — Во-во как сейчас!
 
Он кивнул головой на дверь, которую в этот момент вышибал один из скандальных юнцов. Вслед за ним с криком выбежал мальчишка-разносчик. Большерукий с надеждой посмотрел вокруг, не хочет ли кто-нибудь размяться с ним, но желающих, померится с ним силой, больше не нашлось, драчуны были заняты между собой.
Спустя минуту, в гостиницу заскочили несколько здоровяков с короткими дубинками, которые быстро успокоили драчунов и, дав пару, раз дубинками по рёбрам, излишне брыкливым, выкинули их из таверны.
Окинув взглядом оставшихся и убедившись, что все нарушители повержены, здоровяки вперевалочку покинули заведение.
Тысячник проводил их задумчивым взглядом.
— А вот в позапрошлом сезоне, как мы здесь буянили! Мы таких десяток молодцов из дверей выкинули. — с гордостью заявил он, его лицо раскраснелось от выпитого вина. — Правда, мне тогда они зуб вышибли. — со смехом добавил он…
Никитин нейтрально пожал плечами, такого рода молодецкие забавы его не вдохновляли. Зонтер вздохнул, что-то пробурчал себе под нос и вновь заказал вина, Сергей распорядился, что бы ему принесли большой кувшин такого сока, расплатился и, попрощавшись с ним, отправился в свою комнату, прихватив с собой кувшин.
Гина стоило ему только войти, вскочила и начала радостно демонстрировать перед ним купленные обновки, стараясь при каждом удобном случае продемонстрировать ему и свои прелести, но он был достаточно искушён в этих женских уловках.
— И чего тебе Серёга надо? — сказал он сам себе, наблюдая за ухищрениями молодой женщины — Вот женщина, сама готова в твою постель запрыгнуть, заметь не за деньги, а просто из чувства благодарности, без всяких условий и претензий! Чего тебе ещё надо? Только вот чего-то не хочется. Дела!
Он проанализировал свои эмоции и грустно констатировал — действительно не хочется. От женщины исходило тяжёлые вибрации побуждающее мужчину схватить, овладеть и удовлетворить свою страсть.
Бедняжка только не понимала, то, что привлекательно для низкого и среднего эволюционного уровня, у высокого уровня вызывает уже несколько другие чувства. Его в последнее время, тянуло только к женщинам, как минимум, среднего уровня, высокий уровень, увы, был редок даже на Земле.
— Эх, Галчонок! — вспомнил он свою старую любовь.
Иное тело, иной мир, а любовь всё живёт в его сердце, хотя это по всем анатомическим показателям уже не его сердце. Конечно, он не был монахом, молодое тело требовало своего, а сердце, или вернее душа, по-прежнему требовало своего — высокого.
У здешних душ было ещё слишком мало инкарнаций, слишком мало ходок в этот материальный мир, что бы здесь было как на Земле достаточное количество людей среднего уровня. На средний уровень он ещё был согласен, а вот на низкий уже нет, похоже он уже его перерос.
— Уж лучше быть одним, чем с кем попало — пришли на память строчки Хайяма.
— Ладно, кончай вертеться… — махнул он ей рукой.
Гина с готовностью скинула верхнюю одежду, оставшись в тонкой ничего не скрывающей сорочке. Никитин подошёл к узкому окну. Уже стемнело далеко на горизонте, показался из-за изломанной гряды гор, показался краешек Дабо.
Робкие и немногочисленные огоньки города, одним за другим затухали, жизнь в городе после девяти вечера быстро затухала, улицы быстро пустели. Ночное время по поверью почитателей бога-паука принадлежало этим созданиям, которых не следовало беспокоить ночью. Горожане старались без особой нужды не выходить в ночное время на темные улицы.
Причина заключалась не, сколько в пауках оживающих ночью, сколько в разбойниках, которые выходили на свой промысел ночью и которые, сделав своё дело, быстро растворялись в запутанных городских лабиринтах.
Никитин отошёл от окна. Гина выжидательно поглядывала на него.