Любовь против (не)любви (СИ)

— А ещё какие висячие сады ты тут собралась устроить? Я хоть оборонить-то всё это смогу? — усмехнулся он, помогая ей подняться.
— Куда денешься? Сможешь…
После ужина Катерина помогла Робу помыться, выдала чистую рубаху и отправила спать, а сама привычным образом обошла двор и постройки — всё ли в порядке. Всё было в порядке — часовые тихо переговаривались на стене, ночные звери шуршали где-то в траве, домашние мыши разбежались с кухни, куда она зашла налить воды во фляжку.
Зашла-то она с улицы, а вышла в другую дверь, чтоб сразу подняться к себе наверх. И упёрлась в Дороти, которая стояла на коленях перед Джейми, а он с хозяйской ухмылкой намотал её косу на кулак. Дороти тихо хныкала, по лицу её текли слёзы.
— Замолчи, дура! — негромко сказал Джейми. — И делай, что сказано.
Катерина аккуратно закрыла за своей спиной дверь кухни и оперлась на неё, скрестив руки на груди. Участники жанровой сцены даже не сразу поняли, что у них появился зритель — Дороти рыдала, а Джейми терял терпение. Но всё же воевал из них двоих он, он и опомнился первым.
— Чего встала? Проваливай!
— Мой дом, где хочу, там и стою. А ты — проваливай. Сдаётся мне, твоя спальня совсем в другой стороне, — и добавить силы в повеление. — Отпусти её и убирайся спать.
За подобные действия Бранвен Катерину в последние дни похваливала, говорила — молодец, у тебя выходит. Вышло и сейчас. Джейми отпустил волосы Дороти и попятился к двери. Катерина давила до тех пор, пока его шаги не затихли вдали, и потом только посмотрела на Дороти. Может быть, ей не придётся приказывать, сама уберётся?
Ох нет, не уберётся. Поднялась на ноги, смотрела на Катерину, разевала рот, будто рыба.
— Иди уже, что ли, — Катерина просто показала взглядом на лестницу, и ту мгновенно всё равно что ветром сдуло.
Дура, прости господи.
Правда, наутро она подошла и не глядя, поблагодарила. Ну и то ладно, вдруг что-то поняла?
  
37. Парней так много холостых, а я люблю женатого (с)
 
Лето клонилось к осени и на полях убирали урожай, когда проведать Роба и Катерину приехал Джон.
Первым делом его расспросили об Анне с младенцем и о делах в Солтвике, и он охотно рассказал, что дела в порядке, Анна и младенец — тоже. Скотты не смогли нанести большой урон, а лето нынче довольно неплохое — засухи не случилось, дождей можно было бы поменьше, но уж как выпало. Роб изумился.
— Надо же! А у нас, не поверишь, всё отлично. Я-то не разбираюсь, а люди говорят — всего ровно столько, сколько надо, и воды, и тепла. А вроде рядом живём.
Уж конечно, рядом. День пути. Ладно, если придёт атмосферный фронт и накроет всё, а мелкие-то тучки могут туда-сюда гулять легко, тем более, здесь невысокие, но горки, за горки, как известно, погода цепляется, а у Джона а Солтвике — больше равнина. Катерина начала высказывать эту мысль, а потом задумалась — а что она вообще знает про здешние атмосферные фронты? Это дома Володя скинул ей ссылку на специальную карту, и она следила, потому что дача же, и там посадки и урожай, а тут?
А дома бы уже картошку молодую ели, а тут о картошке и не слыхивали. И о помидорах с огурцами. Эх, как Катерина скучала по салату из огурцов с помидорами вперемешку, да со свежим лучком и укропчиком! И сметаной заправить. И можно даже не солить…
Ладно, что об этом теперь. Но вообще нужно узнавать — вдруг это только здесь картошки нет, а где-то уже есть? И огурцы с помидорами? Она бы и рассаду вырастила, и теплицу бы устроила… Ну, может быть, на будущий год. Хью Айви говорил, что осенью ярмарка в Прайорсли и ещё кое-где, куда тоже можно доехать, надо будет предметно посмотреть — какие овощи продают и что с семенами, можно ли купить.
Но зато капуста определённо уродилась, и можно будет её по осени засолить. Здесь-то и не слыхивали о таком деле, а зря. Ничего, научатся. Хоть какая-то привычная еда будет!
На следующий день по прибытию Джон отправился с Робом и Хью посмотреть поля. Роб был готов отправить одного Хью, а сам — заняться тренировками либо поехать куда-нибудь с Джейми, так и болтавшимся в Торнхилле, но Джон сказал — ты хозяин, тебе и рассказывать. Катерина посмотрела — и не стала напрашиваться с ними, всё же о глобальном сельском хозяйстве она успела узнать меньше, чем знал Хью, и чем ей самой хотелось бы. Поэтому — Хью и рассказывать, а Роб пусть слушает, Джон его правильно с собой зазвал.
 
Вернулись к вечеру, и Джон за ужином знай, нахваливал и Роба, и Хью — мол, он и не думал, что здешние поля способны давать такие хорошие урожаи, и стада тоже заметно приумножились. Катерине было приятно это слушать — будто сама те поля засевала и тех овец с коровами пасла. Значит, зима не будет голодной.
А на следующий день Джон захотел осмотреть замок — как происходит ремонт.
— Я отлично помню, как главная башня выглядела весной. Если б я верил в чудеса, то сказал бы, что это совсем другая башня, — улыбался он Катерине.
Роба звали с собой — но он честно пробурчал под нос что-то вроде «я и так этот замок каждый день вижу», подхватил Джейми и пару десятков своих ребят, и — только их и видели.
— Знаешь, Джон, а ведь не поддайся мне, наконец, магическая сила, я бы не смогла провернуть эту работу, — сощурившись против солнца, говорила Катерина.
Интересно, что он ответит. Роб предпочитал обходить молчанием её способности — сам он таковых не имел, и Катерина подозревала, что её силы слегка побаивался. Но она старалась никак не дать повода думать, что может применить силу ему во вред. Согреть воды и почистить одежду — пожалуйста. А как она призывает к порядку Джейми — ему знать не обязательно.
Вроде бы Дороти подключила соображение и старалась не попадаться Джейми под ноги и на глаза, и то хорошо. А вот девочки, ученицы и набранные в деревне горничные — попадались, и на прошлой неделе даже Роб сказал брату, чтобы отстал от девушек, которые служат Катерине. Правда, Катерина думала, что болевые импульсы в разные части тела от неё помогли лучше — она вспомнила, что когда-то Мэгвин учила её чему-то подобному, и Бранвен тоже немного объяснила — как смогла. Старший народ причинял вред ближнему как-то иначе, не так, как люди, и объяснить эту разницу Бранвен не удалось. И ладно — на Джейми хватает, а дальше посмотрим. Джейми же плевался и называл Катерину ведьмой.
Ну да, ведьма. Вон какую махину сама отчистила!
Но Джон только в восхищении трогал камни башни, и они вместе обошли её снаружи, и потом ещё посмотрели внутри, из двора, и наверх поднялись — где как раз завершали покрывать крышу черепицей.
Попробуем ему поверить. Джон должен был знать, как выглядел Торнхилл до прошлогодней войны, и во что он превратился после пожара, тоже отлично знал. Нет, он искренне восхищён, и Катерина хорошо видела это его восхищение — и зеркалила его в ответ. Просто потому, что ей была приятна его похвала, и его искренний интерес ко всему, что она здесь делала.
Дальше пошли внутрь — а там уже были готовы перекрытия между первым этажом и вторым, и новая лестница на второй этаж, и сейчас как раз отделяли второй этаж от третьего.
— Сестрица Кэт, и в какой же части башни ты хочешь жить? — спросил Джон.
— Я не решила пока. Если окно на север — то из него видны горы. Если на юг — то наоборот, равнина и наши поля. В восточное окно будет смотреть рассветное солнце, а из западного можно любоваться на закат. Не знаю. Робу всё равно, он уже сказал — что как я выберу, так и хорошо.
— Не представляю, что нужно сделать с Робом, чтобы он любовался на закат, — усмехнулся Джон.
— Да наверное, и не нужно с ним ничего делать, — вздохнула Кэт. — Он хорош на своём месте. Кто другой, мне кажется, не справился бы с нашими кошмарными соседями — даже Джеймс, у него как будто не хватает терпения, ему бы только убивать.
— А что за история со скоттским шпионом, которого ты достала из подвала и отпустила восвояси?
— В промежутке между первым и вторым он ещё успел побыть моим телохранителем, — усмехнулась Катерина. — Да, я отпустила его. Он оказался родичем графа Сэнд-Рока, и меж ними вражда. Вот пусть и не даёт ему скучать, графу-то, потому как никакого покоя с самой весны.