Играя с огнём

Ненавижу это состояние!
— Убирайтесь! — злобно зарычала на родственников, но те и не подумали даже сдвинуться с места. — Убирайтесь! — повторила, осматриваясь по сторонам, и запустила в их сторону стоящий на тумбочке цветочный горшок с фиалками.
Снаряд упал и разбился у их ног.
Селена обречённо вздохнула и шагнула мне навстречу, и тут же оказалась перехвачена рукой Доминика.
Правильно, сейчас я не в том состоянии, чтобы выслушивать успокаивающие слова.
— Но ведь она любит его, — промямлила жалобно сестра, уставившись на свою пару с безграничной надеждой. — И парой своей выбрала его ещё в детстве, — дополнила совсем тихо. — Так нельзя, Ник…
И вот тут моя ярость достигла апогея…
— Ты! — рыкнула, двинувшись в сторону Селены, которую её пара сразу задвинул себе за спину. — Это ты виновата! — выпустила когти, мечтая вонзить их в незащищённое горло. — Если бы не ты… — сделала ещё один плавный шаг вперёд. — Ты всё знала! Знала с самого начала! И молчала! — перешла на угрожающее рычание. — Более того, решила, что имеешь право вмешиваться в чужую жизнь, переворачивать её с ног на голову! Посчитала, что знаешь, как лучше для всех! Для меня и Рафаэля! Вот только ты не богиня, сестричка! Совсем не она! И ты не имела права, зная о моей слабости, так поступать! За моей же спиной! Но ты же у нас самая умная, да?! Самая мудрая! — снова сделала шаг вперёд, готовясь к нападению.
Сейчас я при всём своём желании не смогла бы остановиться. Да, опять поддалась своим волчьим инстинктам, хотя и обещала Рафаэлю этого не делать. Только иначе не выходило.
— Да кто ты такая, чтобы решать за остальных, как им жить?! — рявкнула, всё же бросившись вперёд, и теперь уже сама оказалась перехвачена Домиником за талию. — Кто?! Да никто! Лишь зарвавшаяся волчица, которая посчитала себя выше всех! Как и её отец в своё время! — продолжила кричать, не обращая внимания на то, что мне ещё и руки завели за спину. — Правильно говорят, гены ничем не вытравишь! — съязвила. — Ненавижу тебя, сестричка! Слышишь? Ненавижу! Этого ты добивалась?! Ах, нет! — продолжила язвить. — Я же тебе "спасибо" должна была сказать! Точно! Спасибо, дорогая! Я так счастлива! — снова скатилась на озлобленный рык, дёрнувшись в руках пустынного волка в надежде достать стоящую передо мной. — Убила бы!
— Да причем здесь “самая умная” и “довольная собой”?! Я ничего не решала! И ничего не добивалась! Ты со всем и без меня прекрасно справилась! — вспылила в ответ Селена, а в карих глазах полыхнуло расплавленное серебро. — Ты же сама хотела себе истинную половинку! Ты!!! Я всего лишь дала тебе такую возможность! И я не заставляла вас заходить дальше, чем просто знакомство! Вы сами! — сорвалась на громкий крик. — И то, что ты, вместо того, чтобы уберечь своё счастье, сама оттолкнула его… Нет здесь моей вины! Ты же слышала Рафа, он бы тебя никогда не оставил! Ты сама его прогнала только что! — замолчала резко, тяжело дыша. — Можешь меня сколько угодно ненавидеть, но это не отменит тот факт, что ты жестоко заблуждается. А мой отец… — запнулась, прикрывая глаза, а по щекам потекли слёзы. — Я хотела, как лучше. И я не такая, как он… — прошептала почти беззвучно, резко развернувшись на выход, после чего банально сбежала.
Даже дверь за собой не закрыла.
— А я не ты! — продолжила кричать ей вслед. — Я — не ты! Я не могу, как ты, заставлять кого-то быть со мной! Не могу чувствовать страдания своей пары и успокаивать себя тем, что так и надо ради нашего с ним счастья! Пусть это действительно так и есть! Не могу. Не могу так… — закончила совсем тихо, опустившись на пол к ногам Доминика, обняла себя за плечи и стала раскачиваться из стороны в сторону.
Правда, как оказалось, тот уже ушёл, а рядом со мной присела мама.
— Ну, что же вы так, девочки, — прошептала она расстроенно, крепко прижав меня к себе, одарив успокаивающей волной полной нежности и любви.
Только это не помогло. Сейчас, наверное, ничто не могло мне помочь избавиться от одолевающей всё моё существо боли.
 
Вцепилась в маму, как в спасательный круг, громко разревевшись в ответ на её слова.
ГЛАВА 44
ГЛАВА 44
Рафаэль
Солнце клонилось к линии горизонта, а этаж был практически пуст. Только референт и осталась. Да и то, даже отсюда, из своего кабинета я слышал, как она то и дело суетилась перед дверью, не решаясь, наконец, войти и сообщить о том, что уходит, потому что рабочее время давно закончено.
Впрочем, банально плевать…
Сидя в кресле, я уже который час гипнотизировал ампулу с фиолетовым раствором, мыслями пребывая больше в том дне, когда лишился своей пары, нежели в реальности. Как и тогда, в голове тогда царил настоящий раздрай.
Отчаяние, безысходность и дикая тоска выжигали нутро безграничной болью. Потребность в своей паре — как самый смертельный яд разливалась по венам, с каждым проходящим мгновением всё больше и больше отравляя сознание. Но, несмотря на собственное состояние и то, что утолить разрывающую изнутри звериную жажду было возможно лишь одним единственным способом, я ничего не делал… Просто сидел и продолжал смотреть на стекляшку с раствором.
А невидимый поводок затягивался на моём горле всё крепче и крепче…
В какой-то момент интересно даже стало, когда же он затянется настолько, что я дышать вовсе не смогу? Наверное, именно поэтому, не взирая на необходимость справиться с пагубным воздействием тяги к одной единственной, я продолжал с упорством заядлого мазохиста отсчитывать новые секунды и минуты.
Вот такая вот насмешка Лунной.
Или наказание?
Может быть…
Счастьем такое точно не назовёшь!
А ведь даже в какой-то момент решился отречься от собственного статуса, лишь бы только вернуться к своей паре. На этот раз по-настоящему. Пусть и паршивый, но выход же? Не буду альфой, не будет компании — не будет и тех, кто охотится на меня из-за территориальной грызни. Но брат мне быстренько мозги вправил. Уйду я — он один не справится. И тогда Рио снова утонет в крови. И никто не гарантирует, что её количество не разольётся в таких масштабах, что заденет всех и вся, даже если и оснований никаких на то не будет. Так что сдерживать эту клоаку — моя судьба. Хочешь того или нет. По крайней мере, пока не подберу себе достойную замену.
А где ж её найти?!
Замкнутый круг…
Так задумался, витая в иной реальности, что даже на входящий по внутренней линии не сразу обратил внимание.
— Синьор Оливейра, к вам тут брюнетка в красном и на каблуках, — промямлила референт с ноткой вины. — Говорит, назначено. Пропустить?
“Что за бред?” — промелькнуло в мыслях тоскливое.
— Какая ещё… — рыкнул машинально уже вслух, но не договорил. — На десять?
— Д-да, — огласила она всё с той же неуверенностью.
Вдохнул как можно глубже, пытаясь уловить в воздухе хоть что-нибудь, что поможет со вспыхнувшей догадкой, да только то ли мозги у меня окончательно расплавились, то ли я банально неправильно расценил ситуацию. И всё же…
— Ну, пропусти тогда, — сказал, а сам уже поднялся с кресла.
Даже трубку правильно укладывать не стал, бросив ту на стол, как попало.
Не прошло и пары секунд, как дверь открылась и в кабинет вошла… Ангелина. К слову, во всём красном и на каблуках. Только вот распущенные волнистые волосы — не чёрные. Привычного серебристого инея. В руках она держала чёрную папку.
Правда, я больше завис на разглядывании наряда — очередном провокационном платье с открытыми плечами. Только на этот раз одеяние было явно свадебным, несмотря на алый оттенок и необычный фасон.
Плотный корсет из переплетённых между собой тонких полос алой ткани призывно обтягивал увеличившуюся за последние недели грудь, а на линии бёдер превращался в излишне короткую спереди юбку, состоящую из множества полупрозрачных воланов, переходящую в длинный широкий шлейф сзади.
В горле моментально пересохло и в груди запекло, будто уже не на верхнем этаже небоскрёба находился, а в самый низ — настоящее адово пекло зашвырнули. Невидимая удавка на моём горле тем временем затянулась почти до предела. Дышать стало практически невозможно. И это при том, что всё должно быть с точностью до наоборот! Ведь вот она, моя пара! Только руку протяни…