В гостях у сказки, или Не царевна лягушка (СИ)

— Помощь ваша нужна, — не согласилась Марья. — Квалифицированная, — заставляя мужа предстать перед Ягой во всей красе, выпалила она.
— КрасавЕц, — восхитилась Яга, оглядев воспитанника. — Кто ж тебя рак разукрасил?
— Споткнулся, — скромно моргнул тот, подбитым глазом. — И об угол…
— Надо же, — резво подбежала к нему ведьма, ловко усадила несопротивляющегося Аспида на лавку и осмотрела пострадавший глаз. — Сейчас подмогнем, следочка не останется, — пообещалась деловито, чмокнула змея в лоб и повернулась к одному из многочисленных стеллажей. — Сейчас, — обещалась Яга, — сейчас, — шуршала всякими сверточками. — Да где же оно?
Таинственное оно все никак не находилось, но Ягишна не сдавалась. Наконец она радостно вскрикнула, стукнула себя по лбу и полезла в окованный серебром сундук, откуда и вытащила расписной горшок, из которого торчала какая-то сухая камышина.
— Вот он, красавец, — похвастала она. — Видала? — Яга требовательно повернулась к Маше.
— Ага.
— Дальше гляди, — потребовала ведьма. — Сейчас самое интересное начнется.
Слова у Ягишны не расходились с делом. Она поставила горшок аккурат Аспиду под ноги, ловко выдернула засохший стебелек, купнула его в чашу с водой, омывая корешки от налипшей грязи. Убедившись, что сухостой чист, Яга стала тихонько тыкать им в зажмуренный глаз присмиревшего змея и приговаривать.
— Пойду по красной кровушке, разгоню все хворушки. Пусть уходят все боли и недуги: ломотица, щипотица, костяной, жиляной да ушибной родимцы. Пусть слезою утекают, боли, раны забирают, плакун травой прорастают.
Повинуясь ее словам, из поврежденного глаза потекли кровавые слезы. Кап, кап, кап… Падали они в горшок с землей, таяли в нем, а вместе с ними таял, выцветал синяк.
— Ну вот и все, — три раза повторив целительный заговор, заявила довольная Яга и с размаху ткнула коренюшку в горшок. Едва оказавшись в земле, та позеленела и пустилась в рост, прямо на глазах вытягиваясь, выпуская листики и набирая радостно наливающиеся цветом бутоны.
— Что это? — пораженно спросила Маша.
— Плакун трава, — гордо ответствовала Ягишна, — сиречь дербенник. Очень пользетельная травка. Его еще кровохлебкой называют.
— Красиво.
— Одной красоты мало, — не согласилась ведьма, — еще и толк нужен — лекарственные али еще какие свойства.
Марья спорить не стала, хотя по поводу красоты и пользы имела свое собственное мнение, но навязывать его древней как мир ведьме? Увольте. Лучше поскорее убраться от нее подальше, пользуясь тем, что чародейка увлеклась осмотром вымахавшей с хорошей фикус кровохлебки. Судя по тому, как подобрался Аспид, он думал о том же самом.
Не сговариваясь, супруги намылились на выход. С самым невинным видом они взялись за руки и…
— Далеко это вы? — моментально очнулась Ягишна.
— Завтрак готовить, — радостно отозвалась Маша.
— Дело хорошее, — одобрила ведьма. — Иди, милая. Не забудь, что ты мне давеча ленивых вареничков обещала.
— Помню, а как же, — улыбнулась берегиня и потянула мужа за руку. Пошли, мол, скорее. Того и упрашивать не надо было, ломанулся только так.
— Аспид, а ты-то куда? Никак стряпать наловчился? В бабской науке преуспел?
— Воины еще и не тому обучены, — буркнул Подколодный, чуя близкую свободу.
— Вообще-то, — вступилась Марья, — в нашем мире самыми искусными и прославленными поварами становились исключительно мужчины. Имена некоторых из них известны уже несколько веков.
— Скажите, пожалуйста, — покачала головой ведьма, но судя по хитро прищуренным глазам особо не поверила.
— К тому же сегодня мне без Аспида не обойтись, — уперлась Маша.
— Да? — хором удивились нянюшка и змей.
— А хотя да, — тут же исправился гадюк. — Марьюшке без меня никуда.
— Мы просто поспорили, — пустилась в объяснения та. — Я говорю, что яйца без скорлупы сварить можно, а Аспид не верит.
— Правильно делает, — согласилась Яга. — Лоскуты получатся, а не яйца, лохмотья одни да и только.
— А вот и нет, — заспорила Маша. — Есть способ сварить яйца всмятку без скорлупы.
 
— Врешь, — подалась вперед Яга.
— Выражения выбирайте, — обиделась Марья.
— Не ссорьтесь, девочки, — выступил в роли миротворца Подколодный, но поддержки не нашел ни у одной из сторон.
— Погоди, милок, — остановила его Яга. — Стало быть, можешь ты безо всякого чародейства яйцо без скорлупы сварить?
— Могу.
— А ежели я захочу на это глянуть?
— Смотрите, — разрешила Маша.
— Договорились, — подхватилась Яга.
— Э, нет, — остановил ее Аспид. — Так дело не пойдет. Не будет тебе Марьюшка за так диковинные фокусы показывать.
— Не буду? — моргнула фокусница.
— Нет, — отрезал змей. — А вот ежели нянюшка согласился кое на что… — он замолчал, выжидающе глядя на Ягишну.
— Чего ж тебе надобно, милок? — купилась та.
— Хочу, чтобы ты никому про синяк не сказывала и нам расспросов не устраивала, — выдвинул требования Аспид.
— Легко, — с готовностью согласилась ведьма, подхватила под мышку горшок с плакун-травой, и первая вышла из лаборатории.
По дороге на кухню Марья убедилась, что от царской семейки ей не издыхаться никогда. Надо с этим смириться и не нервничать понапрасну. Как в том анекдоте — расслабиться и получать удовольствие. Нет, ну правда, как можно в одно утро, между прочим, ранее столкнуться в теремных коридорах с Кащеем, Горынычем, Василисой, Любашей и новгородским воеводой, по которому словно мартышки по баобабу скакали счастливые близнецы?
И ладно бы просто повстречаться и поздороваться, ан нет. Все они увязались следом за берегиней варить яйца без скорлупы. Вот что им делать нечего? Получается так.
Потому-то, но во время приготовления яиц-пашот Маша чувствовала себя Игорем Кио. По меньшей мере.
— Креке, пеке, фекс, — не удержалась она, выкладывая на блюдо иномирные яства. — Прошу.
— Благодарствуйте, — вперед как самая любопытная сунулась Яга.
Вооружившись вилкой, она ткнула яйцо в бок и восхищенно ахнула. — Ты глянь, и правда жидкий желток. Надо же, — полюбовавшись немного и продемонстрировав диковинку близким, ведьма приступила к дегустации. — Фу, — скривилась недовольно, — уксусом отдает.
— Дай, попробую, дай, — загомонили родственники.
— Я не обещала, что подам блюдо неземной вкусноты, — напомнила Маша. — Просто говорила о таком способе приготовления.
— К тому же обычно яйца пашот подают с салатами, — подтвердила Люба.
— Так ты знала? — накинулись теперь на нее. — Чего ж не сказала?
— Чтобы спор не нарушать.
Азартная нечисть переглянулась и вздохнула.
— А мне нравится, — в воцарившемся молчании бодрый голос Василисы прозвучал как гром среди ясного неба. — Очень вкусно. Спасибо тебе, Машенька.
— Че? — переспросила пораженная Яга, наблюдая за тем, как царица-матушка собственноручно вылавливает из кастрюльки следующее яичко и алчно поедает его вприкуску со вчерашней луковой булочкой.
— Угодила ты мне так, что ни в сказке сказать, ни пером описать, — нацелилась на третий пашот Василиса.
— Хватит, погоди, — остановил ее Кащей. — Пусть усвоится сперва.
— Жадный ты, — легкомысленно улыбнулась сытая царица. — Сваришь мне завтра такого яичка, Марьюшка?
— Угу, — заторможенно моргнула та, думая, что в лесу издохло какое-то редкое животное и видимо не одно. Если Василиса на добрые слова расщедрилась, то дело пахнет керосином.
Очевидно, что-то подобное пришло на ум и всем остальным.
— Ну что вы на меня так смотрите? — рассердилась царица. — Можно подумать, что я чудо-юдо беззаконное! Угодила мне Маша, я и радуюсь. Вам бы на манной каше месяц просидеть, небось до потолка сейчас скакали бы.
— Вот именно, — первым поддакнул битый жизнью зять. — Мы очень рады, мама.
— И очень хотим кушать, — согласилась Люба.
— Тогда всем манной каши, — в качестве жеста доброй води предложила Маша. — Быстро и вкусно.
— Аспиду тоже морковочки подложи, — наблюдая за тем, как Маша оделяет близнецов тертой морковью, проскрипела Яга, — с яблочком и сметанкой.