Вторжение на Землю

– Тогда давайте так и планировать. А с президентом я сам об этом поговорю.
  
Глава 11
 
Военная реформа
 
Обсуждение Военной реформы президент решил провести в узком кругу. Кроме министра обороны, начальника Генштаба и главкома ВМФ на него были приглашены только двое из начальников главных управлений Генштаба: организационно-мобилизационного и кадров, командующий воздушно-десантными войсками и Петров.
Николай в таком окружении чувствовал себя немного не в своей тарелке. Нет, не только у него в этом кабинете имелось по одной звезде на погонах, но у двух остальных они были заметно большего размера. На всю ширину погона, так сказать. Тем не менее внешне он ничем этого не показывал, уже привычно поддерживая «шлем» на голове. В принципе, тут можно было не опасаться «прослушки», так как из всех присутствующих некоторые сомнения внушал только кадровик, но закрываться у Николая уже стало такой же обыденностью, как чистка зубов. И это абсолютно не было паранойей – нулевая группа допуска обязывала.
Открыв совещание, президент предоставил слово для доклада начальнику Генштаба. Николай слышал о Герасимове разные отзывы. И резко негативный, от человека, знавшего его ещё в бытность генерал-майором, и восторженные, в том числе от врагов. Сам он встречался с ним редко, но склонялся к мнению, что Валерий Васильевич по праву занимает своё место. Сейчас генерал армии его тоже не разочаровал. Начальник Генштаба начал своё выступление:
– По данным экспертов, – тут он посмотрел на Петрова, – до следующего визита инопланетян нам осталось от тридцати до тридцати пяти лет. Это означает, что нынешние двадцатилетние мальчишки к этому времени уже разменяют шестой десяток. Им будет от пятидесяти до пятидесяти пяти лет. Те из них, кто останется в армии, будут иметь воинские звания полковников и генералов, командовать частями и соединениями. Поэтому сейчас мы должны обратить основное внимание не на рядовой и сержантский состав, которому, скорее всего, не придётся вплотную участвовать в предстоящих схватках, а на будущих офицеров. Сегодня нам нужно определиться, как и чему мы будем их учить, в какой последовательности станем менять программы военных вузов, на что обращать наибольшее внимание. А также определиться с критериями отбора будущих офицеров.
Герасимов отпил воды из стакана и продолжил:
– Военные, так уж сложилось, всегда готовятся к прошедшей войне. Мы в этом ещё раз убедились во время проведения Специальной операции на Украине. Эту традицию надо ломать. Полгода назад нам повезло – войны в сущности не было. Это мы воевали, а инопланетяне просто выполняли свою задачу, практически не реагируя на наше противодействие. И поплатились за это. В следующий раз всё будет иначе. Они постараются нас уничтожить. А с учётом того, что цивилизация Альфа Центавра стоит на более высокой ступени развития, имеют на это все шансы. В прошлый раз они практически не применяли никаких систем вооружений. А теперь наверняка будут. Среди четверти миллиона человек, которых они забрали с Земли, скорее всего найдутся те, кто разбирается в оружии. Телепаты легко извлекут сведения о нём из их голов. И явятся к нам вооружёнными до зубов. Нам придётся противостоять нескольким миллионам живых бойцов и практически неограниченному количеству беспилотных аппаратов с искусственным интеллектом. Мы, конечно, встретим их на орбите и постараемся уничтожить. Но надо исходить из того, что часть всё-таки прорвётся на Землю. Сейчас почти невозможно предсказать, какие именно системы появятся у нас на вооружении через тридцать лет, но понятно, что в той или иной степени будут задействованы все виды и рода войск. Поэтому резать сейчас мы ничего не станем. В теперешних условиях, когда вероятность большой войны снизилась, но локальные военные конфликты всё ещё возможны, целесообразно проводить изменения не путём замены, а наращиванием сверх имеющегося. Заменять будем тогда, когда появятся принципиально новые вооружения. На сегодняшний день армии в полтора миллиона человек нам вполне достаточно, поэтому будем увеличивать её постепенно, с таким расчётом, чтобы к пятидесятым годам военный опыт получило большинство мужского населения страны и некоторая часть женского. Наши специалисты считают… – Герасимов сделал паузу и, выразительно посмотрев на начальника главного организационно-мобилизационного управления Генерального штаба, продолжил: – Имеет смысл вернуться к двухлетнему сроку службы срочников и проведению регулярных военных сборов, которые позволят прошедшим срочную службу не только не растерять старые навыки, но и своевременно приобретать новые. И, разумеется, вернуть начальную военную подготовку в школы. Маленькая контрактная армия хороша в мирное время. А в случае глобальной войны на уничтожение целесообразно, чтобы военную подготовку имела весьма существенная часть населения. Для обеспечения этого жизненно необходимо сделать службу в армии не только уважаемой, но и престижной. Чтобы не приходилось гоняться за уклонистами. Это желающие служить в армии должны осаждать медкомиссии, чтобы получить разрешение, и военкомов, требуя призыва. А те будут отбирать лучших. Только в этом случае мы сможем к пятидесятым годам довести армию до двух с половиной миллионов человек и боеготовый резерв до пятидесяти миллионов. Разумеется, это возможно только при осуществлении благоприятной демографической политики, улучшения здоровья и благосостояния населения.
 
Начальник Генштаба сделал паузу и, переведя взгляд на генерал-полковника Теплинского, произнёс:
– Начать реформу мы предлагаем с так называемых «Войск дяди Васи». Конкретные предложения озвучит командующий воздушно-десантными войсками. Прошу вас, Михаил Юрьевич. Можете докладывать с места, не вставая.
Генерал-полковник Теплинский из пятидесяти пяти прожитых лет прослужил в армии тридцать восемь, участвовал в Приднестровском военном конфликте, двух чеченских войнах, специальных операциях в Сирии и на Украине, до назначения командующим ВДВ успел покомандовать разведвзводом и разведротой, батальоном, полком, дивизией и армией, а также штабами двух военных округов. Поэтому он спокойно кивнул, принимая сказанное к сведению, закрыл папку, содержание которой перед этим просматривал, оглядел присутствующих серыми, чуть сощуренными глазами, остановил их на президенте и начал своё выступление, обращаясь непосредственно к нему:
– Товарищ президент, я начал свою военную службу в Рязанском высшем воздушно-десантном командном училище имени Ленинского Комсомола. На настоящий момент, если не считать десантный факультет Михайловской артиллерийской академии, это единственный военный вуз, который готовит офицеров-десантников. Именно с него мы решили начать реформирование воздушно-десантных войск, переводя их в космодесантные. На первом этапе, пока мы можем использовать для тренировок только единственный десантный транспорт пришельцев, этого хватит. В дальнейшем, по мере поступления в войска отечественной антигравитационной техники, целесообразно развернуть сеть высших командных космодесантных училищ на базе десантного факультета Михайловской артиллерийской академии, Ульяновского гвардейского Суворовского военного училища воздушно-десантных войск и Омского кадетского военного корпуса ВДВ. При этом Суворовское училище и кадетский корпус продолжат функционировать и в сегодняшней ипостаси, готовя подростков к поступлению в эти военные вузы. Двести сорок второй учебный центр ВДВ преобразовывать во ввуз не будем. На его основе вновь сформируем учебную дивизию для подготовки сержантского состава. Переформирование частей и соединений воздушно-десантных войск в космодесантные начнём через пять лет, когда пройдёт первый выпуск офицеров-космодесантников. И будем вести эту работу постепенно, по мере выпуска офицеров. На сегодня у нас имеется четыре воздушно-десантные и две десантно-штурмовые дивизии, а также три отдельных десантно-штурмовые и одна специального назначения бригады. Все они будут постепенно преобразовываться в космодесантные, при этом бригады будут укрупняться до дивизий. Таким образом к две тысячи сороковому году мы планируем довести группировку космодесантных войск до десятидивизионного состава.