По праву сильного (СИ)

На меня накатывает облегчение. Лешка поправится. А еще я малодушно думаю о том, что наконец смогу узнать правду об этих мифических долгах. Что бы ни говорил Гордеев, а я не могу поверить, что брат настолько безрассуден.
Пока я перевариваю эту новость, мне приходит сообщение: «Заеду за тобой в девять. Жди курьера, он привезёт всё, что нужно».
  
Глава 12
 
Уже вечером я снова буду с Гордеевым.
Что мне привезет курьер?
Я вдруг начинаю волноваться. Честно говоря, моей фантазии не очень хватает на то, чтобы представить себе, что мне может быть нужно. В памяти снова всплывает это «отрабатывать».
Дурные мысли гоню от себя прочь.
К моменту, когда появляется курьер я изнываю от смеси любопытства и беспокойства.
В переданном мне пакете без опознавательных знаков несколько коробочек и записка, она лежит на самом дне, и до нее я добираюсь уже после того, как распаковываю посылки.
В первой коробочке, глянцевой черной, обнаруживается комплект нижнего белья из белого невесомого кружева и комплект чулок. На первый взгляд я бы назвала его вполне закрытым, но стоит мне его примерить, как я понимаю, что скромность – этот не про него. Да, в нем я выгляжу как хорошая девочка, очень плохая хорошая девочка.
Во второй плоской бархатной коробочке длинная нитка крупного жемчуга.
А к самой маленькой третьей и прикреплена записка: «Если не решишься, я сделаю это сам».
Не решишься? Что там? Кольцо в пупок?
Подрагивающими руками вскрываю ее и замираю. В плюшевом ложе уютно покоится украшенная жемчужинкой анальная пробка. У меня сердце заходится от волнения.
Мамочки!
На нервах лезу в гугл. Читаю информацию по тематике и пугаюсь еще больше. Многие жалуются на боль и ужасные ощущения. Среди некоторых анонимных отзывов, правда, есть те, что должны меня успокоить. Но неизвестность все равно пугает. И то, что я не могу отказать Ящеру. Видимо, Гордеев решил попробовать меня везде.
Следуя инструкциям из интернета, я решаю подготовиться, но, выполнив все рекомендации, действительно не решаюсь вставить в себя эту штуку. Хотя при мысли, что Гордеев это сделает сам, меня бросает то в жар, то в холод. Может, вообще обойдется…
В глубине души я понимаю, что нет. Не обойдется. И Ящер возьмет меня везде, где захочет. Я представляю себе, как он берет меня снова, как его член заполняет мою дырочку, и закусываю губу. Даже про минет я думаю без неприязни. «Пососи как следует. Надо привыкать». Я буду привыкать отсасывать у него. Ужас.
Но главное, что он поможет.
Гордеев скоро уедет, и все останется позади.
Сладкий спазм в киске, подсказывает, что она будет скучать по Ящеру.
Пока мне остается только смириться и ждать вечера, до которого не так уж и далеко.
Ничего не могу с собой поделать: откровенный намек Гордеева меня будоражит. Его незавуалированное желание заниматься со мной сексом мне даже немного льстит. У такого, как Ящер, нет проблем с женщинами. Чего стоит только Татьяна, которая в прямом смысле слова готова была стелиться. Если бы я не нравилась Гордееву, он бы ни за что не предложил мне такой вариант расплаты за его помощь. Возможно, я не такая уж и Моль.
Нет, я нисколько не приукрашиваю свое нынешнее положение, но, что ни говори, чувствовать себя желанной, сексуально привлекательной, да еще и для такого мужчины приятно. Красивого мужчины. Непростого. Привыкшего к женскому вниманию.
Около шести вечера звонит Гордеев.
– Ксюша, я во дворе.
Бросаю на себя последний взгляд в зеркало. Роковой женщиной мне не быть, но выгляжу я достойно и, надеюсь, привлекательно. Опускаться до того, чтобы надевать пальто на белье я не стала и выбрала любимое кашемировое платье, довольно элегантное, но и уютное, подчеркивающее мою женственность.
Как будто на свидание собираюсь, хотя… Будем считать, что это такое стремительное свидание.
Спустившись, вижу Гордеева, курящего возле машины у дверцы водителя.
Что? Неужели мы без дуэньи? Где же Коля? Как он отпустил Ящера без своего пригляда?
 
– Хорошо выглядишь, – делает мне комплимент Гордеев, открывая пассажирскую дверь передо мной. Он разглядывает меня так, словно рентгеновским зрением пытается под мягким кашемиром разглядеть тот разврат, который он мне прислал.
Ящер не особо разговорчив.
Когда я усаживаюсь в салон, перед тем, как захлопнуть дверь, он рукой проводит по ноге, заныривая под платье, добирается пальцами до резинки чулка, поглаживает кожу над ним, глядя мне в глаза. Гордеев длинно выдыхает, но выше руку не поднимает. Завершив проверку, он отправляется на водительское место, а я сижу, вцепившись в сумочку на коленях, в которой лежит пробка, и мысленно ругаю себя за слабость, потому что стоило грубоватым подушечкам добраться до нежной кожи, как у меня увлажняется киска.
Опустившийся рядом Ящер обдает меня своим парфюмом, и я отчетливо вспоминаю, как пахнет его разгоряченное во время секса тело.
Впервые в жизни я понимаю, что означает фраза «тело ее предало». Это когда мозг скептически и даже с опаской относится к тому, чем мы будем с Гордеевым заниматься, а чем конкретно, сомнений быть не может, и в то же время тело уже на все готово.
Правда, я немного теряюсь, когда Ящер выруливает не на дорогу в сторону из города, по которой он меня сегодня привез домой, а поворачивает на магистраль к центру.
– А мы куда? – робко спрашиваю я.
Если это будет какая-то гостиница, мне будет неприятно. На мне сейчас, конечно, есть условный ценник «она дает ему за решение проблем», но вот так в гостинице, как клиент с проституткой или как женатик с любовницей… Мерзко совсем.
– В ресторан, – шокирует меня Гордеев, и я радуюсь, что идею с пальто на голое тело я отбросила.
Молчу, не зная, что сказать.
Оттягивание неизбежного действует на меня странно.
Внутри меня ворочается ожидание завершения сегодняшнего вечера, вызывая приливы возбуждения, и сдается мне, Ящер знает, что я испытываю, потому что то, как он на меня поглядывает темнеющими глазами, говорит о том, что не одна я жду десерта.
Я кошмарна.
Просто ужасна.
Распутна.
Он взрослый, опасный, расчетливый.
И он будет меня трахать, вскрывать мою невинную попку, учить делать минет, а я таю. Сейчас я пожираю его глазами, хотя мне хочется делать вид, что я жертва обстоятельств, а не та, в ком Ящер с одного перепихона разбудил похоть.
Господи, когда это все, кончится, я буду вести себя как монашка и обходить Гордеева стороной, если жизнь нас снова столкнет…
Я не успеваю додумать эту вне всякого сомнения здравую мысль, когда Ящер притормаживает в темном переулке. Черты его лица становятся резче, глаза совсем темные, губы сжаты.
– Ксюша, покажи мне себя.
  
Глава 13
 
Я непонимающе смотрю на него. Ящер кладёт мне одну руку на колено, а у меня сердце пропускает удар. Неужели он хочет попользовать меня прямо в машине?
Но нет. Гордеев просто смотрит на меня выжидающе, пока его ладонь обжигает мою кожу через чулок.
Сглотнув, я кладу сумочку на приборную панель и, чуть расставив ноги так, чтобы колени не были сомкнуты, медленно подтягиваю подол платья выше.
Ещё выше.
До тех пор, пока не показывается резинка чулка. Пальцы Гордеева чуть сжимаются на моем колене, но он продолжает гипнотизировать край платья. И я задираю его ещё чуть выше так, что становится видна молочно белая кожа.
Слышу, что дыхание Ящера чуть тяжелеет, хотя лицо он контролирует.
И тут меня словно черт дёргает.
Мне внезапно хочется выбить его из колеи, хочется почувствовать свою женскую власть, потому что, кто бы что ни говорил, над всеми нами властвуют инстинкты. В особенности над мужчинами. Тем более над такими.
Дразня, я приподнимаю подол еще немного, если Гордеев чуть вытянет шею, ему будет виден белый треугольничек трусиков.
Я вся замираю и задерживаю дыхание. Для меня сейчас очень важно увидеть его реакцию. А Ящер неосознанно поддаётся на провокацию, он разворачивается и впивается жадным взглядом туда, где белеет десерт, который он получит после ресторана.