Я великий друид которому 400 лет! Том 7 (СИ)

Вскоре мы добрались до кухни, где уже сидел Ингвар, а Любава с близняшками колдовали над завтраком. Вот только…
— Ох! Моё сердечко покорено, Со Ён, Ён Хи, вы прелестны, как никогда! — восхищался Ли, глядя на полторашек в нарядах горничных. Даже белые чулки были.
— А я, пожалуй, промолчу и не буду задавать вопросы… — умение держать язык за зубами крайне важно, когда имеешь дело с женщинами. Один неуклюжий вопрос или фраза, и готовься к часу или двум бесконечной женской болтовни…
  
— Ой! А чего близняшки такие красивые сегодня? — на кухню вошла Аква и всё испортила…
— Любава нам купила наряды, — ответила беловолосая.
— Это всё Кристина виновата… — обернулась виновато улыбающаяся девушка. — Мы ходили по магазинам, я увидела их и влюбилась…
— Милота, — закивала Аква.
В итоге женщины разговорились, а минуту спустя пришли Амерта с Игнатом и с ними…
— Киса! — воскликнул Ли, а Яша быстро подбежала ко мне и залезла на ручки.
— Я голодная… — заявила она.
— Тревога! — воскликнул я. — У нас кошка голодная!
— Если даст себя погладить, покормлю, — заявила Любава, и Яша вырвалась, а миг спустя уже сидела перед Любавой и позволяла себя гладить… Предательница. Её ещё и полторашки принялись гладить, а только подошёл Ли, как получил хвостом по ноге и сердитый рык.
Пришлось нахалу отступать.
Кошку же покормили сырой курицей. А та, став выглядеть довольной, разлеглась на диване и позволила себя погладить даже наглому китайцу. Но профилактики ради, он получил кусь.
Ну а мы завтракали своей большой компанией.
— Это невероятно сильно отличается от того, что было в Городе Героев, — заговорила Ночь в самый разгар завтрака. — Там мы все смотрели в рот Джеймса и едва ли не молились на него перед едой. Ну и кто к нему ближе, тот превозносился и получал силу. Каждый в городе мечтает встать подле Джеймса…
— Мы же смотрим в рот лишь Яше, — хохотала Любава.
— Мяу? — из-за дивана выглянула кошка.
— Говорю, ты самая красивая!
— Мяу! — согласилась ягуарша и легла на диван. По телевизору показывали «В мире животных». Ну или что-то такое.
— Боюсь, сейчас все в городе хотят быть подальше от него, — хохотал я. Думаю, там сейчас все меня ненавидят. Точнее, ещё сильнее, чем раньше.
Ночь улыбнулась в ответ и продолжила завтрак. А после еды мы встали перед деревом, где Ночь произнесла клятву.
— Принято, — рядом появилась Аля и села чернокожей на голову.
— Добро пожаловать в семью. Теперь мы вместе до самого конца, — заявил я.
— Угу, — кивнула Ночь и удивилась, уставившись на нас. — Что вы так на меня смотрите?
В ответ Любава указала на свои щёки. Ночь коснулась своих щёк и опешила.
— А? Почему?.. — она недоумевала от того, что по щеке текли слёзы.
— Просто поплачь, — Аква подошла к темнокожей и, прижав к груди, начала гладить по спине. — Ты можешь положиться на нас и жить без страха.
Ночь ещё сильнее разревелась, и нас прогнала Любава. Остались лишь она и Инди. Так что пришли мы к круглому столу. Ну и раз все здесь… Значит, пора работать! А то расслабились, пока меня не было!
Но сделаем всё по порядку. Сперва нужно закончить с частоколом. Шиповник — это, конечно, хорошо, мощно и смертельно, но он уже не справляется со своей главной функцией. Слишком много маны в саду, и она просачивается.
Деревья тоже на пределе, так что я заказал дополнительные брёвна. А из тех, что у нас ещё были, мы начали делать внутренний частокол. Ну как делать… Я его улучшал!
— Иван, это жульничество! — восхищался Ли.
Он стоял на частоколе и держал бревно, а я коснулся его концом посоха, и новое бревно приросло к бревну старого частокола. Да, я решил увеличить высоту частокола с трёх до шести с половиной метров. Ну что поделать, если есть лишь бревна в три с половиной метра…
— Второе, — Вика подала второе бревно, и, когда Ли поставил его, я прирастил и это бревно. Так и работали, пока не приехал Фёдор. Он привёз первую партию семиметровых брёвен.
— Вань, это… а ты можешь дать пилюль? — спросил он после того, как руку мне пожал.
— Снова болеют?
— Да. Эпидемия вроде затихла, а теперь что-то вновь все разболелись. Половина бригады слегла…
— Вот как… Минутку.
Я сбегал в дом и вернулся с небольшим глиняным горшочком, где-то на сотню круглых конфеток.
— Забирай.
— Всё? Спасибо! Спасаешь!
— Да, и я скоро буду санаторий строить, нужна будет помощь.
— Сделаем, всё сделаем, — кивал тот, а потом указал на свой грузовик, полный брёвен. — Только это, поможете с выгрузкой?.. У меня крановщик заболел…
Я посмотрел на ребят и… Мне было искренне жаль Фёдора.
— Да что ж вы за терминаторы такие? Сопьюсь! Точно сопьюсь! И ладно вы, два качка, но Виктория-то куда!
— А я? — возмутилась Любава, закинувшая на плечо семиметровое бревно и потащившая в сторону.
— А ты — медведица! Наверное, и два осилишь!
— Сейчас как дам. Бревном…
— Да оно килограмм сто весит! Если не сто пятьдесят… — сокрушался мужчина, а для нас оно лёгкое. А вот Игнат с Амертой вдвоём тащили одно.
— Ой всё, — научилась у меня Любава.
— Это всё сила кунг-фу! — хохотал Ли и потащил своё бревно.
— Или вы всё же рептилоиды, ну или вас заменили на роботов… — ворчал строитель.
Когда мы всё выгрузили, Фёдор уехал за новой партией, а я, повелев их установить, направился в деревню. Занн уже неделю была в лесу, искала Места Силы, а Марг патрулировал лес. Медведь возмужал и, теперь словно король леса, охранял его. Так что ехал я на Вай.
Ехать на Лае это бег на скоростях и легко оказаться на земле, пропахав лицом эту самую землю… Так что на его сестре ехать безопаснее. И вскоре я доехал до заправки. Дорога была расчищена от снега, а на заправке стояли три машины. Две заправлялись, а владелец третьей закупался в магазине.
Вижу бывшего дружка Константина. Ранее я его со всей компашкой заразил, чтобы здоровье было слабое. И сработало, парень смог взяться за ум и вот теперь работает на заправке. Так что я ещё два месяца назад заставил его «болячку» рассосаться.
Увидев меня, он виновато опустил голову и продолжил работать. Я же не останавливался и вскоре мы с Вай влетели в село. Здесь уже закончили дорогу, аккурат к первому снегу, а само село было не узнать: установили фонарные столбы, обновили заборы вдоль главной улицы, сделали пешеходные переходы, и даже остановку вижу.
Ну и самое главное: дорогу у нас и раньше чистили, но вот снег ещё никогда не вывозили. А сейчас и снег вывезли, и дорога чистая, но вот копоть… Газа у нас нет. Точнее, нефти и газа навалом, их тут добывают, но газификация местного населения не проводится. Так что многие в селе пользуются углём.
Скоро новогодние каникулы, сюда приедут городские, и в селе снова будет шумно. Но и сейчас хватает суеты. Люди убирают снег на участках, занимаются делами, ну и на меня смотрят.
Я ехал по улице, удивляя людей и собак, пока не наткнулся на бабу Машу.
— Ох, Иван, вот же у тебя медведь, а не пёс!
— Медведица. И да, Вай у меня крупная, — я погладил волчицу, и она по-волчьи заулыбалась.
— Ой, прости, малышка, — бабуля подошла и тоже погладила волчицу. — И ты давно уже не заходил лечить нас.
— Дела, бабуль. У меня ж работа даже зимой не останавливается.
— Да слышала. Говорят: «Ласточкин настолько с жиру бесится, что землю обогревает зимой».
— Ну а как иначе бабуль? Если земля замёрзнет, умрёт и урожай. А я как раз заморских трав привёз.
— Ох как! — ахала старушка и закивала. — Ну тогда оно понятно. А эти дураки из зависти наговаривают.
— Да бабуль. И ещё. Если вдруг ОРВИ подхватите, приходите к отцу. Я новую партию лекарства везу.
  
— Спасибо, милый, уже брала. Думала, помру, а нет, мигом ожила после конфетки медовой.
— Вы и для близких можете взять. Но без фанатизма только, хорошо? Сейчас люди болеют, зима же, если лекарство закончится, то всё, придётся ждать лета.