Огненная буря (ЛП)

— Гвен! — крикнула я, захлопывая дверь в нашу квартиру и бросая кучу пакетов на пол. — Эй, Гвен? Я так чертовски опаздываю — мне нужно одолжить твои туфли от Джимми Чу.
Я сбросила туфли и стянула платье через голову, пытаясь сэкономить время, пока мчалась в спальню Гвен. Не глядя, я раскидывала вещи в разные стороны со смутным намерением собрать их позже. Когда дело доходило до такого дерьма, Гвен кипятком писала.
— Серьезно, не понимаю, почему моя мать заставляет меня ходить на эти дурацкие мероприятия, — крикнула я. — Она знает, что я скорее съем фольгу, чем пойду на свидание с каким-нибудь придурком с трастовым фондом, которых она вечно мне подсовывает, не успею я переступить порог. Если бы я собиралась уйти домой с кем-нибудь, то, вероятно, это был бы бармен, учитывая, что именно с ним я провожу больше всего времени. Кстати, о барменах, помнишь того… — я прекратила болтать, когда, войдя в гостиную, обнаружила там незнакомого мужчину.
Очень сексуального незнакомого мужчину с короткой стрижкой, волевым подбородком и самыми удивительными глазами, которые я когда-либо видела. Но речь не о том. Я определенно не оставляла его здесь этим утром и не заказывала высокого, темноволосого и аппетитного мужика, что означало, что он был незваным гостем.
Боже, грабители стали такими сексуальными. У этого даже хватило наглости ухмыльнуться мне, не сводя зеленых глаз с моего тела в нижнем белье. В спешке я забыла, что разделась.
Дерьмо.
Я не закричала. Я, в принципе, не была из тех, кто кричит, по крайней мере, за пределами спальни. Что я сделала, так это схватила со стола тяжелый подсвечник и угрожающе им замахнулась.
— Ладно, приятель, у тебя двадцать секунд, чтобы убраться из моей квартиры, прежде чем я огрею тебя этим массивным серебряным подсвечником.
Я сжала свое оружие, желая попытаться сделать так, как сказала. Я не думала, что добьюсь большого успеха, учитывая чертовски впечатляющие мышцы, выпирающие из футболки злоумышленника, и того факта, что уродовать такую картину мужского совершенства было бы преступлением против человечества.
Вор продолжал ухмыляться мне, будто какому-то забавному ребенку. Я не оценила того, что он не считал меня достойным противником, несмотря на то, что он был примерно на два фута выше меня и на пятьдесят фунтов тяжелее, а я стояла перед ним только на каблуках и в нижнем белье La Perla.
Я уставилась на него.
— Полагаю, ты — Эми, — заявил он, бесстыдно разглядывая мое едва одетое тело.
Я стояла прямо, отказываясь прикрываться, в конце концов, я находилась в своей долбаной квартире. Я также отказывалась признавать искру желания, вспыхнувшую в его взгляде. Завестись от мужика, который только что вломился в твою квартиру?
Это пи*дец, Эми, каким бы горячим этот мужик ни был.
— Откуда ты знаешь мое имя? — рявкнула я.
Черт, может, он приперся, чтобы похитить меня и удерживать ради выкупа. Самый горячий парень, которого я видела в своей жизни, и он не приглашал меня на свидание, а похищал. Супер. Но, опять же, его акцент показался мне знакомым.
Красавчик скрестил руки на груди, и я не смогла не оценить, как при этом вздулись его вены.
Я мысленно встряхнулась. Надо сосредоточиться. Незнакомый мужик у тебя в доме, — это нехорошо.
— При каждом нашем разговоре с Гвен, она упоминает тебя, по меньшей мере, раза четыре. Хотя ее слова даже не близки к реальности. — Его голос был полон мужской оценки, как и пристальный взгляд, из-за которого мои соски угрожали прорвать тонкий материал лифчика.
Это не должно было быть моей главной заботой, учитывая, что мозг контролировал эту ситуацию, хотя мои яичники боролись за возможность познакомиться с ним поближе. Что-то вспыхнуло на краю сознания, пока я боролась с тем, чтобы не иметь странных сексуальных фантазий о грабителях.
— Ты брат Гвен, — медленно произнесла я, мысленно хлопнув себя по лбу.
Я совершенно забыла, что он приезжает сегодня, несмотря на то, что Гвен говорила мне об этом только утром. Но в свою защиту скажу, что тогда я выпила всего одну чашку кофе, а это означало, что мозг был способен лишь на ограниченные двигательные функции. Обдумать и запомнить информацию я могла только после третьей чашки.
 
«Эми, не забудь, сегодня приезжает Йен. Я оставила ключ у швейцара, так что не пугайся, когда вернешься домой и увидишь незнакомого мужчину — он не насильник и не убийца. И постарайся не разгуливать голышом».
Дерьмо.
— Йен. — Вернул меня в настоящий момент очень сексуальный брат Гвен.
— Чего? — тупо спросила я, пытаясь сообразить, найдется ли что-нибудь в непосредственной близости, чтобы прикрыть наготу. Я незаметно огляделась в поисках халата, пледа… черт возьми, я бы согласилась даже на ковер. Мне не повезло. В любой другой ситуации я была бы счастлива оказаться раздетой перед сексуальным божеством, но первая встреча с братом лучшей подруги требовала одежды. А в его случае — пояс целомудрия.
— Меня зовут Йен. Я бы пожал тебе руку, но, полагаю, ты, вероятно, захочешь убрать смертоносное оружие и накинуть что-нибудь на себя, прежде чем мы обменяемся любезностями. — Он кивнул на мое тело, раздевая до конца глазами. Мои трусики увлажнились от скрытого сексуального голода в его взгляде.
Неуместно, Эми.
— Не то чтобы я не оценил вид, — дерзко продолжил он.
Я вспыхнула, подумав, что мое лицо может подойти по цвету волосам. Не отрывая взгляда от Йена, я со стуком шлепнула подсвечник обратно на столик.
— Хм, да, полагаю, это разумно. Я, э-э… — пятясь, я указала большим пальцем в сторону своей комнаты, совершенно не желая делиться тем фактом, что на мне стринги.
— Пойдешь оденешься, — ответил за меня Йен, сверкая глазами.
Под пристальным наблюдением Йена я добралась до дверей гостиной, хотя в его случае, было бы вежливо отвести взгляд или извиниться и отойти в угол. Но, нет, он просто криво ухмылялся своими привлекательными губами, а зеленые глаза одновременно лишали меня дара речи и разжигали пламя желания, заставляя хотеть наброситься на него прямо здесь и сейчас.
Я была не из тех женщин, которую можно лишить дара речи. Особенно с мужчинами. Я всегда думала об этом как о своей суперсиле. Я могла бы нещадно флиртовать и пускать в ход женские уловки, чтобы превратить мужчин в своих марионеток. Не хотелось бы показаться тщеславной или типа того, но это правда. Кто-то был математическим гением или выдающимся художником, а я — заклинательницей мужиков.
Но только не этого. О, нет, я бы не удивилась, если бы всю дорогу до своей спальни прошла с отвисшей челюстью и пуская слюни. В этом парне чувствовалось присутствие, нечто такое, что кричало о мужчине. Голодный взгляд самца не отрывался от меня, пока я не вышла в коридор и не бросилась в свою комнату.
В безопасности спальни я собрала свои спутанные мысли. Первая из них заключалась в том, что брат Гвен был горячим. Не стоило удивляться, учитывая, что Гвен была настоящей красоткой, и я видела его фотографии. Сексуальность царила в их семье. Но фото оказались блеклым отображением реальности.
Его темные волосы сбриты по-армейски коротко, что не делало его похожим на скинхеда или жертву педикулеза. Нет, он казался нереально крутым. Ченнинг Татум времен «Броска кобры» помноженный на тысячу. Квадратная мужественная челюсть и чертовски удивительные зеленые глаза, как у Гвен. Его лицо не было классически красивым, оно было дьявольски суровым и мужественным.
А тело.
Я не могла слишком долго зацикливаться на этой мысли, иначе растеклась бы по полу слюнявым месивом. Как же он был сложен. Широкие плечи и безумно рельефные руки выглядели так, словно отжаться на одной левой для него — это детский лепет. К сожалению, футболка не давала мне увидеть его пресс, но я знала, что он там был. Как и, вероятно, мышцы в виде изумительной буквы V, указывающей на самую важную мужскую часть. К сожалению, я не успела рассмотреть его, без сомнения, потрясающую задницу в джинсах, но держу пари, я могла бы съесть с нее стейк.