Старые Враги (СИ)

Он исполнил просьбу Хадрута и дал ему в руки [ Путеводный огонь]. Толстые, мозолистые пальцы гнома аккуратно прошлись по огненной глади медальона.
— Невероятно, — полным восхищения голосом произнес древний творец, — такое сложное сплетение чар. Такая огромная сила, способная охватить взором весь мир. Гнур иногда рассказывал мне про своего старого приятеля. Честно признаюсь, я всегда скептически относился к подобным речам и все же они оказались правдой. Никогда не думал, что человек сможет создать что-то столь невероятное.
— Гнур был знаком с братом Асфеда?
Это удивило даже Торбара.
— О ещё как! — усмехнулся Хадрут, услышав в голове слова своего бога, — Более того, они были соперниками. Многому друг у друга научились. Гнур рад узнать, что его друг ещё не забыл своих самых ценных навыков, — древний гном вернул медальон владельцу, — тебе нужно многое мне рассказать.
Тарас усмехнулся и уже в третий раз за день пересказал произошедшие на поверхности изменение и свою роль в них, а в конце перешел к тому, зачем он собственно и пришёл.
— Так значит ты хочешь, чтобы мы делали оружие для твоих союзников? Я согласен. Только как это будет выглядеть? Как это было с вами? Они будут участвовать в создании?
Вольный отрицательно покачал головой.
— Нет, такое они не потянут. Мне нужно только право для них получить оружие. Они заплатят за работу и материалы, если не принесут их сами, как положено. Но это должно быть оружие, сделанное для них. Я знаю, что гномы могут сделать качественно оружие. Однако, на поверхности хватает тех, кто тоже способен это сделать. Оружие гномов, именное, сделанное по заказу, учитывает способности и недостатки владельца, стараясь по максимум раскрыть первое и сгладить второе. Этим вы и знамениты и именно этого я хочу.
Дугор немного прищурился:
— Такое оружие стоит дорого, очень. Уверен, что бессмертные смогут такое потянуть?
— Если не смогут, значит они его ещё не заслужили. За работу нужно платить как положено.
Кузнец весело крякнул, услышав такой присущий гномам тезис из уст человека-бессмертного, в очередной раз убедившись в том, с кем они имеют дело.
— У тебя уже есть кто-то на примете?
— Пока только один, — ответил Вольный, — мой брат, глава гильдии наёмников Северный Ветер.
— У тебя появился ещё один брат⁉ — рассмеялся Торбар, — Он как эти или как тот?
Несмотря на отсутствие имён, Тарас понял, о чем говорит гном.
— Как тот, только уже полностью повзрослевший. И раз уж зашла речь о родственниках, я уже рассказывал почему помогаю Первому Ордену. Дугор уже делал моим сестрам экипировку, но они кажется уже из нее выросли.
— Считай, что мы договорились. — сказал Хадрут, — Твоей семье я сделаю всё сам. Этот медальон пробудил во мне желание сделать что-нибудь достойное. Ты ведь хорошо знаешь, что им нужно?
Получив утвердительный кивок в ответ, древний гном продолжил:
— Что же касается остальных, как ты планируешь давать такую награду? Лично?
— Боюсь это будет слишком неэффективно. Мы часто подолгу пропадаем. Я думал о каком-нибудь знаке, который нельзя будет подделать. Карак-Удан работает с Домами Бессмертного. Я знаком с их владелицей и могу ей доверять. Она передаст их кому я скажу.
— Дугор, — обратился к ученику Хадрут, поднимаясь со своего места — позови Монрака и Крода. У нас много работы.
  
Глава 239
 
Вольный вышел из «Дождя», ставшего им домом на целых три игровых сессии. В магии сотворенной Хадрутом было нечто невероятно притягательное: небольшой отголосок поверхности, здесь, глубоко под землей, где дождей никогда не было и не будет. Для гномов, что жизни за пределами подземелий не знали — это новое, диковинное чувство, навсегда врезающееся в память вместе с посещением заведения, а для тех, кто успел пожить на поверхности, напоминание о тёплых моментах, пережитых там.
Он достал из инвентаря полученный от Крода предмет. Этот ученик Хадрута был специалистом по рунному зачарованию и смог сделать именно то, о чем думал бессмертный. В руках у него была каменная пластинка, размером с игральную карту, только толщиной в полсантиметра. На ней, в одном ряду, располагались четыре переливающихся золотом руны. Но главная ценность этой штуки не в красоте, а в уникальной идентичности, привязке к зачарованному предмету, расположенному здесь в Карак-Удане. Это подобие принципа, используемого Менгиром, для удаленной детонации взрывчатке, только более сложный, не ключ-замок, а скорее отпечаток. Каждая пластина хранит на себе отпечаток специально зачарованного предмета в мастерской Крода. Это гарантирует, что подделать такой знак — невозможно. Даже если кому-то удастся повторить чары знака, то вот отпечаток — никогда. Это своего рода печать на предмете, повторить которую без самой печати не представляется возможным.
  
Крод дал ему несколько штук с собой, на случай если представиться возможность наградить кого-то лично. Ещё с десяток он отправил на будущую передачу в Дома Бессмертного. У ученика Хадрута всё это заняло не больше дня работы и, самое главное, ему теперь не нужно заниматься этим самому, ведь при наличии «печати» любой другой хороший мастер зачарования сможет сделать такой знак.
Вольный бросил на предмет ещё один, последний взгляд и тот растворился в воздухе, помещенный в инвентарь. Поездку в Карак-Удан уже можно считать крайне удачной: право на оружие гномов действительно крайне привлекательная вещь. За гномьими мастерами стоит такая репутация, что игроки готовы заплатить втридорога, чтобы выкупить подобный предмет. Более того, появилась целая россыпь неписей с поверхности, занимающихся подделкой таких предметов рады выгоды, что конечно же незаконно. Тем не менее появление бессмертных (совсем уж неразборчивых покупателей) и нового города гномов (правдоподобного повода роста объемов поставок), увеличили количество подобных махинаций в разы. Проблема настолько массовая, что добралась даже до самих гномов: Торбар рассказывал, что один идиот накупил такого барахла, а когда понял какого оно качества, приехал на границу с требованием компенсации. Гном с хохотом говорил, как один из легионеров, что тогда сторожили границу, вышел и сломал руками каждую игрушку, что тот человек привез и отправил его восвояси.
Но у него в инвентаре лежало право на покупку реальной экипировки, сделанной гномами, здесь, в Карак-Удане. И это право станет ещё одним пунктом для привлечения игроков в сообщество Долго и Больно и Культ Асфеда в котором то по большей части уже состоит. Конечно, такое право получат не многие, но у ребят, обладающих настоящим стремлением и волей стать лучше, будет на одну причину больше добиться успеха. Открытие «Стоянки» точно станет большим событием.
Тарас дошёл до нужного дома и зашёл внутрь, встреченный ничуть не изменившимся беспорядком и пылью. Свет горел только в кабинете Бибитага, где происходил разговор двух гномов на родном языке. Бессмертный аккуратно заглянул внутрь.
— Вольный! — взъерошенный исследователь обрадовался приходу столь полюбившемуся сердцу бессмертному, что уже во второй раз радовал его неспокойную душу потенциальными находками, — Заходи мы как раз обсуждали твою находку.
Кабинет Бибитага был захламлен ещё больше, что казалось практически невозможным. Десятки книг и древних фолиантов вокруг стола лежали раскрытыми, дюжина карт висели на стенах или просто лежали на стопках книг. Сам исследователь выглядел так, будто не спал уже пару дней, что судя по всему было так. На самом краю стола Вольный учуял котомку с едой, которую Торбар наверняка принес с собой, на случай если увлеченный братец вспомнит о том, что он живое существо.
Бибитаг подозвал его к себе, быстренько убрал пару стопок книг, чтобы освободить рядом место для ещё одного разумного. На столе лежала карта, даже сразу несколько, одна на одной. Бибитаг отвернул все в сторону, продемонстрировав самую первую, реплику очень старой, на которой кажется был показан весь континент.