Старые Враги (СИ)

На большую часть у Вольного не было ответов, но он постарался рассказать о каждой мелочи и детали, что сумел запомнить за те секунды, что ему давал [Путеводный огонь]. Как, по его мнению, статуя выглядела изначально, что её сломало, как давно это случилось. Он даже описал ему растения, которые он увидел в том месте, что казалось совсем не в пору для подгорного жителя. Тем не менее у того нашелся даже не один, а целых три справочника о растениях с поверхности! В конце концов Бибитаг обложился книгами и начал собирать по кусочкам принесенный ему пазл, а Тарас молча ожидал результатов сего действа.
Он быстро заметил самый примечательный элемент интерьера в кабинете неугомонного исследователя, поддерживаемого гномом в чистоте. Им оказался большой каменный шкаф, до самого потолка, состоящим сплошь из полок для книг. А примечательным было то, что несмотря на захламленность помещения книгами, все полки за исключением одной пустовали. На ней было четыре книги, две обычные, из бумаги, обтянутые кожей, и две гномьих, металлических и, судя по повторяющимся надписям, книг было всего две, просто исполнены они были в двух вариантах. Не нужно было долго думать, чтобы понять на что именно он смотрит — эти книги написал сам Бибитаг.
Может быть над ним и подшучивают из-за его неряшливости, но в Карак-Удане, а возможно и во всех поселениях гномов, не найти того, кто видел и исследовал больше забытых поселений и производств подгорного народа, чем Бибитаг. Все окружающие его книги он читал или хотя бы кратко изучил и результатом всех этих знаний стала возможность найти утерянный город по осколкам одной единственной руны. В городе нет никого кто знал бы об истории гномов больше, чем бурчащий себе сейчас что-то под нос исследователь. А история — это одна из важнейших достояний любого народа. Это повесть их побед, их достижений, что вызывают гордость, рождают чувство сплоченности, причастности к чему-то большему. Это же и напоминание обо всех неудачах, благодаря чему потомки могут избежать неправильных решений с печальными последствиями.
«Кто забывает уроки истории, обречен на их повторение».
Тарас не помнил откуда именно он узнал это изречение, но в нем заключена большая мудрость. У гномов была огромная, процветающая империя, по ряду причин канувшая в небытие, оставив от себя один крохотный осколок в виде Союза Трёх Городов, который тоже медленно загибается — в Карак-Удане не было бы столько жителей, будь там всё так радужно. Бибитаг, как знаток истории, не зря занимает своё место в Совете Старших, что управляют новым вольным городом гномов. Он лучше любого другого знает, как много его народ потерял и в этих книгах, что он собрал у себя, изложены многочисленные причины такого падения.
Входная дверь заскрипела, открываясь и Тарас тут же сконцентрировался на слухе. Один, гном, заходит спокойно, не крадучись. Через пару секунд приоткрылась дверь кабинета и внутрь заглянул Торбар. Изгнанный принц глянул сначала на своего кузена, заметив, как тот сосредоточен, перевел взгляд на Вольного и махнул головой в сторону зала. Бессмертный медленно поднялся со своего место и вышел из кабинета.
— Рад видеть, Вольный, — сказал гном полушепотом.
— Взаимно.
Они пожали руки. Торбар огляделся в поисках места, где можно было бы присесть. Он выбрал стул у стола в углу. Когда он на него сел, то вокруг него поднялось небольшое облачко пыли.
— Вунгнир милостивый. Надо попросить кого-нибудь здесь убраться.
— Вряд ли ты переживешь последствия этого решения, — усмехнулся Вольный, облокотившись на квадратную колонну рядом, — Бибитаг своими руками задушит того, кто тут что-нибудь передвинет.
— Это правда, — Торбар взял со стола кружку, понюхал содержимое, скривился и быстро поставил кружку обратно, — Для него это не дом, а склад для книг. Я последний раз видел, чтобы он ел что-то дома… — гном нахмурился, — я уже и не помню было ли когда-нибудь такое. — Тут он снова сосредоточился на собеседнике, — Ну, какими ветрами тебя к нам принесло? Я уже понял, что ты пришёл не просто так.
  
Тарас кратко пересказал ему историю заключения соглашения с Даийлен и их путешествие в домен Асфеда, где Таам передал ему медальон и назначил миссию по поиску реликвий.
— Значит Асфед наконец решил выйти из тени, — Торбар почесал густую чёрную бороду, — Наверху сейчас будет неспокойно?
Вольный кивнул.
— У вас получилось сделать то, о чем я говорил?
— Да. Хадрут с учениками смог собрать это орудие. Мы уже испытали его и… — Торбар замялся, вспоминая результат испытаний, — страшный вы народ, бессмертные. Сейчас она у Бролога. Легион Думрока проводит испытания.
— А как ваш арсенал?
— Почти полностью укомплектован. После того как Хадрут вернул себе силы, работа пошла в разы быстрее. Что, думаешь нам скоро придётся защищать город?
Войны очень опасны даже для тех, кто в них не участвует, ведь этот статус всегда может измениться и очень быстро, особенно если ты — город-кузница.
— Нет, всё не настолько плохо. Я спрашивал из собственного интереса. Мне нужно оружие. Точнее, мне нужна возможность обеспечивать право получить оружие у здешнего мастера, тем, кого я посчитаю достойным такой чести.
Карак-Удан с момента своего восстановления по большей части работал на обеспечение собственных нужд. Торбар и его соратники из Совета Старших понимают, что город сильно уязвим: он обладает очень желанным активом — первоклассными ремесленниками, и в тоже время у него нет такой большой силы как у Союза Трёх Городов, попытка завоевания которого обойдется дороже любых последующих выгод. Да и сам союз, если найдет путь по подземелью, может попытаться захватить Карак-Удан силой. Из-за этого одним из первых указов совета было создание арсенала с доспехами, оружием и боеприпасами для всех способных держать оружие горожан на случай агрессии извне. И раз эти производственные мощности частично освободились, у гномов появилась возможность работать на экспорт.
А Тарасу такая возможность очень пригодится. Оружие от кузнеца из Карак-Удана, вполне может поднять боеспособность владельца на следующую ступень. Как минимум оно будет достаточно прочным чтобы не ломаться достаточно долго, чтобы игрок смог к нему привыкнуть и научиться хорошо с ним обращаться. Про легендарные ранги речи не идет, но даже эпическая экипировка, как цепи Крюка или наруч-щит Мрачного Клинка обладают опциями, способными выиграть сражение. Его союзникам будет полезно обзавестись такой.
— Я, в целом, не против. — сказал после недолгих раздумий Торбар, — Мы тебя знаем. Ты не будешь злоупотреблять таким правом. Учитывая сколько ты сделал для города, это меньшее, чем мы можем тебя отблагодарить. Но теперь за ремесленников отвечает Хадрут. Я не думаю, что он тебе откажет, но получить его одобрение всего ровно нужно.
— Тогда, когда мы тут закончим, то спущусь вниз.
Торбар встал, тихонько подошел к двери кабинета кузена и аккуратно заглянул в полуоткрытую дверь:
— Не, это, кажется, на пару дней. Ты ему здесь не нужен. Я уже видел такое, не раз. Ему сейчас только воду нужно иногда носить чтоб не помер от истощения. Видимо ты нашёл что-то очень занятное, раз он так с головой окунулся в дело. Пошли отсюда.
Вольный не стал противиться и пошёл за Торбаром, что повёл его вниз, глубоко под Холм Ремесленников, где находилось главное сокровище города и её древний страж. За наковальней стоял Дугор и сосредоточенно работал молотом, с одинаковым интервалом выплескивая звон металла о металл. Хадрут наблюдал за его работой со стороны, краем глаз заметив гостей, он, не отрывая взгляда от ученика, подозвал их к себе. Но когда Вольный подошел ближе, Хадрут резко дернул головой в его сторону и стал внимательно изучать.
Тарас остановился на месте и подождал, пока Хадрут закончит. По неслышному сигналу Дугор остановил работу и отложил инструмент с заготовкой.
— Ты принес с собой очень интересную вещицу, Вольный. Гнур ею заинтересовался. Судя по лицу, ты знаешь, о чем речь. Могу я на неё взглянуть?