Часовня "Кловер" (СИ)

Желая узнать больше о моем новом красивом знакомом, я спросила:
— Где ты живешь?
— В Колорадо.
— О, — я нахмурилась. Колорадо и Коннектикут находились на противоположных концах страны.
— Что ты изучаешь? — спросил он.
— Маркетинг и связи с общественностью.
— Это то, чем ты хочешь заниматься?
Сделав глубокий вдох, я рассказала ему кое-что, что знала только Стеффи.
— Нет. Но мой отец ожидает, что я пойду работать в его политическую компанию по сбору средств. На самом деле, я это ненавижу. Такое чувство, что я учусь быть фальшивой и уговаривать людей отдать мне свои деньги. Я всегда хотела быть учителем. Я действительно люблю детей, но для меня это просто невозможно.
— Жизнь коротка, Эмми. Делай то, что делает тебя счастливой.
Принятие моего отца сделало бы меня счастливой, и единственный способ добиться этого — подчиниться его желаниям.
Не желая углубляться в это, я сменила тему.
— А как насчет тебя, Ник? Ты делаешь то, что делает тебя счастливым?
Его тело напряглось, и ему потребовалось мгновение, прежде чем ответить.
— Вроде того, — его тон был окончательным, и дальнейших объяснений не последовало.
Остаток нашей прогулки до казино прошел в молчании, но Ник ни разу не отпустил мою руку. Чем дольше мы шли, тем крепче становилась его хватка, и к тому времени, когда мы сели за стол для игры в блэкджек, мы оба справились со своим настроением и снова улыбались и смеялись. Триста долларов спустя я имела смутное представление о правилах и могла добавить «очень, очень плохо играю в блэкджек» к своему резюме.
Азартные игры превратились в еще большее количество выпивки, а затем и в еще большее количество прогулок по стрипу. Мы остановились перед «Островом сокровищ», где мы с Ником наблюдали, как пираты-отступники сражаются друг с другом среди пиротехнических взрывов.
Стоя посреди толпы, Ник обхватил меня обеими руками, надежно прижимая к своей груди. Я держалась за его мускулистые предплечья. Несмотря на то, что мы разделили поцелуй, это казалось более интимным. Это было не так возбуждающе, как когда наши губы соприкоснулись, но, когда наши тела прижались друг к другу, я почувствовала связь с Ником, которую никогда не хотела бы прерывать.
Мы идеально подходим друг другу. Его большое тело баюкало мое маленькое, как будто его руки были созданы для того, чтобы обнимать меня и только меня.
Мои щеки болели от улыбки. Ник за одну ночь заставил меня смеяться больше, чем я могла припомнить за многие годы. Может быть, даже за всю жизнь.
И у нас впереди была целая ночь вдвоем.
От этой мысли у меня мурашки побежали по коже. В кои-то веки мне не нужно было действовать определенным образом или вести себя в соответствии с установленными моей семьей стандартами. Я могла бы просто хорошо провести время с красивым мужчиной, стоящим позади меня. Без правил. Без стресса. Без ожиданий.
Находясь с Ником, я чувствовала себя свободной. Его уверенность и непринужденная грация были заразительны. Я могла бы просто быть самой собой. Делать все, что хотела. Говорить все, что хотела. Эта Эммелин была расслаблена. Счастлива.
— Давай поженимся, — прошептал Ник мне на ухо.
— Что? — ахнула я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него широко раскрытыми глазами. Откуда это взялось?
— Давай поженимся. Ты сказала, что хочешь сумасшествия. Нет ничего безумнее, чем два человека, которые только что познакомились и поженились в Лас-Вегасе.
— Мы не можем пожениться!
Его живые глаза заблестели, а рот сложился в самодовольную ухмылку.
— Я бросаю тебе вызов.

— Тебе не нужно покупать мне это кольцо. Оно слишком дорогое, — сказала я.
Я перевела взгляд на украшения. На бархатной салфетке лежал бриллиант в два карата. Кольцо бриллиантов меньшего размера окружало его ореолом, а множество меньших прямоугольных бриллиантов разбегались по бокам подобно солнечным лучам. Окантовка образовывала шестиугольник в стиле Гэтсби, оправленный в розовое золото.
 
Оно было восхитительным.
И дорогим. Слишком дорогим.
Я не знала о финансовом положении Ника и никогда бы не поставила его в положение, при котором он бы потратил все свои деньги.
— Слишком дорогое? — повторил он как попугай. — Говорит девушка, живущая в пентхаусе «Белладжио», которая разъезжает на частном лимузине и только что выложила пять тысяч за кусок металла для меня.
— Мне не нужно ничего особенного, Ник.
Обхватив мою челюсть своими большими руками, он наклонился и поцеловал кончик моего носа.
— Купить тебе кольцо, от которого твое лицо сияет, как солнце — это то, что я хочу сделать. Я бы сделал практически все, чтобы видеть это выражение на твоем лице каждый день. Я не разорюсь, Эмми. Я могу позволить себе это кольцо. Но даже если бы я был беден, я бы нашел способ купить его.
Вау, это было приятно.
Мое лицо расплылось в лучезарной улыбке. Это длилось недолго, потому что Ник наклонился и завладел моим ртом. Прямо посреди ювелирного магазина наши языки сплелись в глубоком поцелуе. Мои руки исследовали очерченные выпуклости его груди, в то время как его руки обхватили мою поясницу и крепко прижали мои бедра к его.
Когда он, наконец, оторвался, у меня перехватило дыхание, и мое сердце с грохотом выпрыгивало из груди. Его твердость терлась о мое бедро, и я была в огне. Покачиваясь из стороны в сторону на трясущихся коленях, я вцепилась в рубашку Ника, чтобы не упасть.
Я хотела, чтобы до конца моей жизни все поцелуи были такими.
Чей-то кашель разрушил наш счастливый пузырь. Ник повернулся к продавщице, но продолжал обнимать меня за талию, чтобы удержать на ногах. Он взял кольцо из руки продавщицы и медленно надел его мне на палец. Покалывание распространилось от моей ладони по всей руке, когда оно идеально село на моем пальце.
Я восхищалась драгоценностями и тем, как идеально они смотрелись на моем пальце. Как идеально моя рука смотрелась в руке Ника.
Глядя в его живые глаза, я знала, что Ник был единственным мужчиной для меня. Я нашла того единственного. Судьба, в которую я не верила до сегодняшнего вечера, свела нас вместе. Мы были друг с другом всего несколько часов, но я, несомненно, была влюблена.
— Когда вы двое собираетесь пожениться? — спросила продавщица.
— Сегодня вечером, — сказал Ник, не отрывая своих глаз от моих.
— О, поздравляю! Какую часовню вы выбрали? — спросила она.
— Мы еще не выбрали.
— Что ж, если я могу дать рекомендацию…
Час спустя Ник помог мне выйти из машины перед часовней Кловер.
— Вау, — мои глаза пробежались по очаровательному квадратному зданию.
Белые оштукатуренные стены были усеяны замысловатыми витражами, выполненными в синих и зеленых тонах. На небольшом шпиле на вершине крыши висел медный колокол. Виноградные лозы с маленькими белыми цветами карабкались по стенам, покрывая штукатурку.
Продавщица не ошиблась. Это место было невероятным.
Я почувствовала тепло Ника рядом с собой, и мои пальцы, естественно, нашли его. Я поспешила затащить его внутрь, едва сдерживая свое волнение при виде интерьера часовни.
Воздух испарился из моих легких в тот момент, когда мы прошли через светлые деревянные двери с крошечным четырехлистным клевером, прикрепленным к верхней части рамы. Красота этой часовни превзошла все мои самые смелые мечты.
Через арочный проем прямо перед нами был короткий проход, вдоль которого стояли маленькие деревянные скамьи. В конце его была беседка, увитая зеленью, сверкающими веточками, гирляндами и белыми цветами магнолии. Свисающие белые цветы глицинии заполняли открытый потолок.
Мы только что попали в страну чудес. Кто-то проник в мой разум и создал обстановку для свадьбы моей мечты.
Магия.
— Привет! Добро пожаловать в часовню Кловер, — сказала секретарша. — Чем я могу вам помочь?