Драгоценная жертва
* * *– Как топорно и примитивно работает наша полиция! Обвинить того, кого им удобно! Понятное дело, что прямых доказательств у них нет, одни только домыслы, но все равно неприятно. – Высокий крепкий парень, примерно нашего возраста – лет тридцать или чуть старше, по имени Михаил Жданов, смачно прихлебывая, пил чай с настойкой и громогласно возмущался.
– Это нормальная практика, не стоит так реагировать, – спокойно ответила я.
– Но я все равно возмущен! – продолжал негодовать Михаил. – Я так переживал о пропаже Бориса, особенно когда не обнаружил его дома и выяснил, что он не заходил к Нюрке-самогонщице. Тогда-то я и понял, что с товарищем что-то случилось. Я еще в предрассветных сумерках потащился на кладбище, обнаружил его мертвым на могиле, позвонил участковому, а они… Сразу записали меня в подозреваемые.
– И меня, заметь, тоже, – фыркнула девушка невысокого роста с короткой стрижкой черных волос – это была Маша Новикова.
– Маш, а как отреагировал наш Иван Сергеевич, когда ты показала ему селфи на фоне его крыльца, да еще и посреди ночи? – веселым тоном спросил другой молодой мужчина, коренастый, вихрастый и с носом-картошкой на простецком лице. Это был Николай Лыков, который приехал в Сельцы вместе с супругой Ольгой, которую он сегодня же с утра отправил домой в Липецк – к ребенку и свекрови.
– Ой, Коль, лучше не спрашивай. – Маша зарделась и напряженно улыбнулась. – Он замер, посмотрел на меня, как удав на кролика, а потом хлопнул себя по лбу и произнес: «Вот идиоты! Выросли, а ума как не было, так и не прибавилось». Тоже мне интеллектуал-мудрец нашелся.
– То есть вам пришлось рассказать все вашему участковому как на духу про свою странную игру, – скорее утвердительно произнесла я и слегка при этом улыбнулась.
– Пришлось, – вздохнула Маша. – Ир, у тебя такая офигенная настойка, сама делаешь?
– Нет, это муж промышляет.
– Шикарный муж! И шикарная настойка! – восхитилась подруга.
– Хочешь добавки?
– Да, только чуток и так же с чаем. Да… пришлось пошагово все рассказать и Полозову, и следакам из города. Что делали у озера, что за игру затеяли и зачем я залезла к участковому в палисадник, и вообще… Стыдобища!
– Получается, у вас есть видео- и фотоподтверждение, что в определенное время вы были там-то и там-то, – сказала я. – Интересно, время смерти Бориса и этой женщины уже установили?
– А кто нам об этом скажет, – раздраженно ответил Михаил. – Полозову, наверно, известно. Тебе, Татьян, надо с ним обязательно познакомиться.
– Я обязательно это сделаю. Завтра… – Я на некоторое время задумалась, потом обратилась с интересующим вопросом: – Ребят, вы говорили, что у вас есть еще один друг, кажется, Андрей, правильно?
Ребята кивнули.
– Андрюха Сурков, – ответила Маша. – Он заболел и не пришел на нашу встречу.
– А сюда на встречу со мной вы его приглашали? – спросила я.
– Конечно, – кивнул Михаил. – Я лично ему звонил, он все еще лежит с температурой. И вообще, он в шоке от происходящего. Подожди… – Он выразительно посмотрел на меня. – Не хочешь ли ты сказать…
– Я вообще пока ничего не хочу сказать, – твердо ответила я, перебив его. – Я просто общаюсь с вами и собираю информацию. Но скажу честно, для следствия этот ваш Андрей Сурков должен представлять огромный интерес. Думаю, не стоит объяснять почему? Все взрослые и догадливые, детективы читали, фильмы смотрели…
– Ох, блин… – Михаил схватился за голову. – А ведь мы про него как-то и забыли со всей этой суетой. И полиция к нему не заявлялась, как я понял…
– Ну нет, это полный бред! В чем-то подозревать Андрюху? Да вы совсем, что ли?.. – возмущенно высказалась Маша.
– Он местный? – спросила я.
– Уже нет, – ответила Ирина. – Перебрался в Москву. Здесь у него родители.
– Вот! Значит, у него есть тот, кто подтвердит его алиби! – почти выкрикнула на одном дыхании Маша.
– Не так уж и сложно улизнуть ночью из дома от пожилых родителей, – развеяла я ее радость.
– Ага! – не сдавалась Маша. – А как же он узнал, что Борька в это время на кладбище?
– Здесь может иметь место сговор, – спокойно ответила я. – Ему сообщили, и он пошел.
– Да что за бред! – в сердцах выкрикнула Маша.
– Мы сейчас так начнем подозревать друг друга! – следом ответил Николай.
– Согласна, – кивнула Ирина.
– Так, стоп! – Я выставила перед собой ладони. – Я ни в коем случае не хочу сейчас кого-то из вас в чем-то обвинить. Я просто рассуждаю и строю версии, ведь для этого вы сюда меня и позвали. И не стоит забывать еще про одну важную деталь. – Я сделала интригующую паузу. – На кладбище убили двоих человек. Возможно, главной целью убийцы была именно та женщина, Лидия Петрова…
– Да кому она вообще нужна, старая карга? – с легким пренебрежением в голосе сказал Михаил.
– И что она, интересно, делала ночью на кладбище? – вмешалась в наш разговор Ленка-француженка, доселе сидевшая молча и смотря на всех удивленно-вопросительным взглядом.
– А с чего ты взяла, что она туда пошла именно ночью, – ответила я ей. – Нам пока еще неизвестно точное время ее смерти.
– Одни только предположения… – со вздохом ответил Михаил.
– Господи, у меня голова от всего этого идет кругом, – нервно ответила Маша и отпила из чашки чая, заправленного настойкой.
– Какие планы, детектив? – спросил меня Николай, глядя на меня подозрительно веселым взглядом.
Это говорило о том, что особого доверия к моей персоне пока еще нет. Ну, ничего, скоро у меня представится возможность показать ребятам, кто такая Татьяна Иванова и на что она способна. И, чувствую, мне придется немалый шухер навести в этом селе Гадюкино.
Я выдержала на себе слегка тяжелые с оттенками сомнения и недоверия взгляды своих собеседников и ответила:
– Смею предположить, что ваш друг Борис просто оказался не в том месте не в то время. Как говорят – роковое стечение обстоятельств. Да, такое бывает в жизни, поверьте моему опыту. Возможно, он увидел то, чего ему совсем не следовало бы видеть. И за это он поплатился жизнью. Это на данный момент пока мое единственное предположение. С завтрашнего дня, уже с самого утра, я начну основательно свое расследование.
– Татьяна справится! Уж поверьте мне! Я знаю ее не один год, она и не такие преступления раскрывала… – поддержала меня моя верная подруга Ленка, за что я ей в глубине души была очень благодарна.
* * *Мне для сна разложили большое удобное кресло, где рядом со мной, у противоположной стены, спала Ленка – только на диване. Мне, как ВИП-гостье, изначально был предложен этот самый диван, на котором до сего времени почивала Ленка, но я скромно отказалась, решив разместиться на разобранном кресле.
Моя подруга уже вовсю спала, слегка похрапывая, и, судя по всему, видела десятый сон – бессонная ночь, проведенная на природе, и напряженность всего дня давали о себе знать. Я же лежала на спине и уснуть пока никак не могла, потому что моя голова была занята предстоящим расследованием. И поразмышлять было о чем.
Итак, компания старых друзей, уже будучи слегка навеселе, решила разбавить свое времяпрепровождение игрой в «смельчаков», которой они часто забавлялись в юности. Кто предложил игру? Насколько я поняла из общения с Ириной – Михаил Жданов. А убитый Борис Лиходеев, как мне сообщили, с радостью эту затею поддержал.
Даже если предположить, что это был чей-то заранее спланированный замысел, то как объяснить то, что именно Борис вытащил бумажку с надписью «кладбище». Заранее никто этого предвидеть не смог, поэтому версию о некоем заговоре против Бориса можно смело отмести. Даже отсутствие их друга Андрея Суркова по причине болезни тоже мало о чем говорило. Если только не рассмотреть версию о спонтанности. Например, когда ребятам стало известно, что Борис идет на кладбище, кто-то из них сообщил об этом Андрею, и тот… Но для этого должна быть веская причина, возможно, некая тайна или затаенная обида, чтобы вот так спонтанно затеять убийство. Интуиция мне подсказывала, что эта версия слабовата и притянута за уши и не стоит ее рассматривать как первоначальную и важную.