Драгоценная жертва

– Предположительная причина смерти известна? – сухо спросила я, словно заправский следователь на допросе.
– Да… – так же сухо ответила Ирина. – Его убили.
Я продолжала вопросительно смотреть на нее, ожидая пояснений. Через несколько секунд Ирина продолжила:
– Миша сначала подумал, что Борис просто чего-то испугался, ибо его лицо было перекошено, словно от ужаса, но потом… Увидел рядом валяющийся ремень от его джинсов и характерную красно-синюю полосу на шее. А в области затылка запекшуюся кровь.
  
– То есть следует предположить, что Бориса стукнули по голове, а потом еще и задушили его же собственным ремнем, – заключила я.
– Да, – со вздохом ответила Ирина.
– Какой кошмар, – тихо отозвалась Ленка, сидя на своем месте с широко раскрытыми глазами. – Татьян, ты теперь понимаешь мои слова и мое волнение, когда я тебе звонила. Тут столько возникает вопросов: кто убил Бориса среди ночи на кладбище? Кто там был в это время и для чего? За ним следили? И главный вопрос: за что его убили?
– Да, вопросов много, – согласилась я и обратилась к Ирине: – Какие были дальнейшие действия Михаила? Он сообщил в полицию, участковому?..
– Да, он тут же позвонил нашему участковому Ивану Сергеевичу Полозову, обрисовал ему ситуацию и… пошло-поехало. Приехали из Рязани «скорая», опергруппа, начали опрашивать, допрашивать… потом уехали. Пока вся эта возня тут происходила, наша замечательная подруга, – Ирина кивнула на Ленку, – воскликнула: «Я знаю, кто нам нужен!» И рассказала про тебя. Мы с ребятами недолго думая согласились, чтобы ты приехала к нам и провела свое частное расследование, коли уж Ленка так тебя расхвалила и расписала. Ситуация действительно… загадочная и ужасная. А у следствия сразу легли подозрения на Мишку и Машку, мол, они это организовали, а потом Миша якобы нашел труп… Как это узнаваемо и очевидно для наших… Ладно. – Ирина махнула рукой. – А надежды на нашего участкового вообще никакой. Увалень тупоголовый. А следакам из Рязани, думаю, вообще нет никакого дела до нашей глуши, им самим работы там хватает. Готовы будут повесить убийство на первого попавшегося или вообще оставить в висяках… А так им, беднягам, пришлось дважды к нам в Сельцы приезжать. Вот переполох сегодня у нас тут был. Кто бы мог подумать…
– Смею предположить, мы подошли к разговору о втором трупе, – произнесла я. – Вы говорили, это какая-то пожилая женщина. Неужели тоже убийство?
– Ох, да… – Хозяйка дома устало потерла свои виски. – Буквально после полудня обнаружили труп некоей Лидии Петровой. Я ее шапочно знала, странная была женщина, я бы сказала – немного не в себе, ну это ладно… Самое интересное, я думаю – самое страшное, заключается вот в чем. – Ирина сделала интригующую паузу и расширила свои и без того немаленькие глаза. – Эта Лидия Петрова была обнаружена рядом с кладбищем, недалеко от входа, и ее тоже задушили и, судя по всему, огрели по голове. Но подробности мы не знаем, нам никто не докладывал.
– Какой ужас! – снова в сердцах произнесла Ленка.
– Так-с… – задумчиво протянула я. – Что тут за ужасы у вас происходят в вашем «селе Степанчиково и с его обитателями»! Да, подруга, ты права, – я глянула на Ленку, – дело действительно неординарное, загадочное… уверена, расследование обещает быть необычным и интересным. Хорошо, продолжим… Кто, как и когда обнаружил труп пожилой женщины?
– Ее обнаружили примерно часов в десять. На кладбище пошли какие-то две женщины, они и… Точнее, не они, а сначала труп обнаружил пес, принадлежащий одной из женщин. Не доходя до ворот кладбища, собака залаяла, заволновалась и побежала чуть в сторону. Хозяйка пса поплелась за ним, узнать, что так взволновало ее питомца. Когда они подошли ближе, то увидели там мертвую женщину. Татьян, подробностей я не знаю, при желании и необходимости ты сама можешь встретиться с этими дамами… Слухи идут, что Лидию Петрову тоже убили, она была задушена. Вообще, в поселке сейчас такой переполох из-за этого. За одну ночь два трупа, обоих явно убили. А место и время убийства просто вызывают дрожь во всем теле.
– А что, уже точно известно, что эту Петрову убили именно этой ночью? – решила уточнить я.
Ирина лишь пожала плечами и выпятила губы.
– Я не знаю, но так говорят… Нам о результатах экспертизы никто не докладывал. Это надо с нашим Иваном Сергеевичем общаться, – думаю, он уже в курсе. Труп этой Петровой тоже забрали и увезли в морг в город. Думаю, завтра снова приедет опергруппа и начнет тут свои разыскные мероприятия. А участковый, бедняга, совсем чуть с катушек не слетел. Ходит весь взлохмаченный, суетной, нервный, говорят, у него давление, у бедняги, подскочило и он весь вечер лежит и пьет таблетки. Ну еще бы… – Ирина усмехнулась. – В тихом спокойном поселке, где всегда была тишь да благодать, вдруг такие вещи случаются. Да уж… у меня у самой чуть давление не подскочило. А Борьку жалко, конечно.
– А Рязань находится далеко от вашего поселка? – решила уточнить я.
– Примерно километров сорок.
– Поняла. Скажи, Ирина, у Бориса кто-то остался тут из родственников? Как я поняла, он жил здесь, в Сельцах?
– Он всегда здесь жил. Окончил учхоз и вернулся в родное село. Работал в лесничестве, плотником он был неплохим. Часто с ребятами ездили по области то строить, то кому-то крышу подлатать и тому подобное… Рукастый был парень. А насчет родни… Да никого у него не осталось. Отец спился и умер, когда тот еще в старших классах учился. Жил в одном доме с матушкой своей. Несколько лет назад и она померла. Борис отчий дом подлатал, веранду пристроил и жил себе спокойно. Последнее время все о женитьбе поговаривал, мол, пора уже, за тридцатник стукнуло – надо бы и жениться. Присматривал себе все невесту, то в соседних селениях, то в самой Рязани. Вроде даже и в интернете знакомился, но все никак не мог определиться с выбором. А теперь вот… – Ирина не сдержалась и смахнула с глаза накатившуюся слезу. – Жаль парня. Да и смерть такая… страшная и нелепая. Господи, да кто же это мог сделать? И за что? Кстати, когда похороны, пока не известно, труп из морга не отдают, пока будет идти следствие. А так… Мы с ребятами решили похоронить его рядом с могилой… его матери, где он… Ой, ладно… Девчонки, может, еще по кружечке чая-кофе? Или, может, что покрепче? У меня есть хорошая настойка.
– Ирина, кофе у тебя отменный, но делу к вечеру, так что оставим кофе на утро…
– Тогда чай и настойка, – перебила хозяйка дома, даже не уточнив у нас, будем мы или нет.
Но возражать никто не стал.
После получасового общения на отвлеченные темы я снова вернулась к сбору информации, которая мне в дальнейшем сможет помочь в намечающемся расследовании.
– Что вообще известно об убитой женщине? – обратилась я к Ирине как к местной жительнице.
– Лидия Петрова. Я даже не знаю ее отчества. – Ирина на несколько секунд впала в задумчивость. – Я, кажется, говорила недавно, что женщина она была весьма странная. Я бы сказала, слегка помешанная…
– В чем это выражалось?
– Ну, как сказать… Лично я с ней знакома не была, но несколько раз сталкивалась в поселке, особенно в центре. Один раз, примерно пару недель назад, видела ее у центрального магазина. Она шла, что-то бормотала себе под нос, увидела меня, зачем-то перекрестилась и семенящей походкой затрусила прочь, прижимая к груди болоньевую сумку. В общем, по первому впечатлению весьма странная особа.
– Поняла. Это все, что ты можешь рассказать?
– Увы, больше ничего про эту тетку не знаю. Но собрать нужную информацию, думаю, будет несложно. Есть знакомые, соседи, кто с радостью тебе расскажет все, что нужно. Еще и отсебятину приплетет. Так что тут надо еще суметь отфильтровать зерна от плевел.
  
– К этому я привыкла, – улыбнулась я. – Тогда, как и договорились ранее, поступим так: сейчас постепенно собираем всех ребят, кто был на встрече у озера, я знакомлюсь с ними, общаюсь, задаю интересующие меня вопросы и тэ дэ и тэ пэ… А потом… а потом уже пора будет спать, и, как говорится, утро вечера мудренее. Или, как говорит один мой знакомый, – утро вечера дряннее. То есть с завтрашнего дня я начну конкретно свое расследование.