Одно незабываемое путешествие в Тартарары
Я не настолько сентиментален, чтобы прослезиться от увиденного, зато навострил уши. Мы же не просто так тут, верно? Водитель кивнул. Я, кажется, не привыкну к тому, что он читает мысли.
Поймав момент, когда я вот-вот начну перебирать в голове варианты на вопрос: «Зачем мы тут?» – он заговорил.
Глава 13
– События из прошлого становятся опытом, когда мы придаём им значение. Если же нет… что ж, жизнь заставит обратить на себя внимание в более жёсткой форме. Взгляни-ка вот сюда…
Водитель подошёл ближе к кристаллу, сел на корточки и положил ладонь на его острую вершину. Световое шоу закончилось, и пещера снова обросла тёмными пятнами.
– Что, по-твоему, тьма?
– Вы меня спрашиваете?.. – я смутился, не рассчитывая на игру в угадайку.
– А кого?
Чешу висок:
– Эм… с физической точки зрения?
– Да хоть с какой, не умничай. Я тут не буду с тобой весь день сидеть.
– Ну… эээ… тьма – это отсутствие света.
Водитель одобрительно кивнул:
– Вот именно. – он убрал руку, дав лучу проникнуть в грани кристалла. – Сознание устроено схожим образом: истина видна там, куда попадает свет.
Пауза. Откуда-то я услышал, как капает вода.
– А как это связано?.. Да погодите вы губы кривить, я ещё не задал свой вопрос.
– Ты забыл, что я читаю твои мысли и уже прекрасно знаю, что ты скажешь?
– Кто вы по знаку зодиака?
Бам! – подзатыльник прилетел слева.
– Эй!.. – потираю ушибленное место.
– Ты не это хотел спросить. Хитрить вздумал, ишь ты, умник.
Я отполз на корточках чуть дальше, в более безопасное расстояние.
– Ладно, ладно… Вопрос в том, как это связано с тем, что вы говорили в автобусе?
Водитель приподнял одну бровь. Не бровь, а дуга – грация лицевых мышц. Чарли Чаплин бы позавидовал.
– Напрямую. Вот говорят: «Есть полезный опыт». Это что, по-твоему?
Ещё один подзатыльник я не хотел получать, поэтому пораскинул мозгами:
– Это когда выносишь что-то полезное?
– И?..
– Что – «и»?
– Дальше что?
Я скользнул взглядом по солнечному лучу – от кончика кристалла до отверстия в скале, откуда он сюда проникал.
– Меняю жизнь?
– Близко.
– Давайте вы мне уже сами всё растолкуете и двинем отсюда… Я уже околел тут сидеть.
Водитель пропустил мои слова мимо ушей и ждал…
Я вздохнул:
– Что ж вы от меня хотите?
– Мыслительный процесс. Тебе это о чём-то говорит? – он встал с корточек, хрустнув коленями.
– Где-то я про это слышал… Ага… Ладно. ЛАДНО. – Я встряхнул кистями, как пианист, уставший исполнять музыку. – Если мы тут не случайно, значит, один опыт может привести к разным выводам?
Он щёлкнул пальцами:
– В точку.
– …и чем больше выводов, тем лучше?
Кивнул:
– Совершенно верно. В повседневной жизни большинство людей не замечают уроки опыта. Те, кто повнимательнее – выносят вывод. Но один.
Водитель начал расхаживать вокруг кристалла, точно заведённая юла. И даже это казалось не случайным. Меняя положение тела в пространстве, он ловил отблески лучей, что натолкнуло меня на другую мысль, которую я озвучил с традиционного «ээ»:
– Эээ… вы, типа, клоните к тому, что, чтобы вынести больше выводов, нужно двигаться?
Водитель остановился:
– Ещё раз скажешь слово «типа» – и я вырву тебе язык.
Я издал глухой неловкий смешок. Аж в горле запершило. Надеюсь, он шутит. Он же шутит… Он же шутит?.. Чёрт, по лицу не видно, шутит он или нет.
– И не повторяй слова. Одного раза достаточно. – подойдя к кристаллу, он вытянул указательный палец, перекрыв часть светового луча. – Двигаться нужно во времени. То есть событие из прошлого и размышления о нём – скажем, год назад и сейчас – это и есть движение. А значит, могут открыться новые грани выводов.
Я прищурился:
– Слушайте, раз вы не сказали, как вас зовут, буду звать вас… эм… философ. Или просто Фил. Идёт?
Фил закатил глаза:
– Я не давал согласия.
– Ну так… дайте. Иначе придумаю что-то похуже.
Он махнул рукой:
– Лучше, чем «водитель».
– Хорошо, Фил! Спасибо за урок, Фил. А теперь, Фил, валим отсюда?
Сморщив лицо, будто только что опрокинул стопку лимонного сока, Фил пошёл к выходу из пещеры.
– Не повторяй слова так часто!
– Хорошо, Фил. Не буду, Фил.
Он обернулся, и в полутьме я увидел, как заблестели его глаза. Нет… этот мужик не может быть ангелом. В нём было что-то ещё. И это «что-то ещё» меня настораживало.
Обратно шли молча. Я насвистывал мелодию из Пиратов Карибского моря и смотрел под ноги. Лишь бы не вспоминать ещё раз те события с Зеней. Я знал, что поступил как мудак… но выйдя из пещеры, понял: с этим можно работать. Это ли не грань опыта? Я определённо делаю успехи. Спасибо, Фил.
Водитель шумно выдохнул – специально, чтобы я его услышал, – и вышел из пещеры на свет.
Автобус был на месте. Приключения продолжаются.
Глава 14
– Фил?
– Да.
– Фил?
Вздох.
– Да?
– ФИЛ?!
Слышу скрежет зубов…
Фил.
– Я СЕЙЧАС ИЗ ТЕБЯ ФИЛе СДЕЛАЮ.
– Но я ничего не говорил… эм… в смысле последнее «Фил» – я только подумал, но не говорил «Фил», честное слово!
Он сжал руль, и кожа под его ладонями заскрипела.
– Я вот что хочу сказать, – усаживаюсь на кресло за ним. – Вам не хватает аромаёлочки с надписью «Секс наша работа» или «АК-47». У вас тут слишком чисто, будто не в автобусе сидишь, а в музее на колёсах.
Мотор одобрительно заурчал, и мы тронулись. Прижавшись к стеклу, я взглядом проводил пещеру.
Возвращаться к теме с опытом мне не хотелось – мозгу требовалась пауза-разрядка. Как и тебе, ФИЛ. Да, Фил? Фил, ты же слышишь? Ку-ку. Филли…
Автобус резко затормозил, и я долбанулся тазом о поручень.
– Ууууух… – схватившись за бок, я зыркнул и выпалил: – МОГ ЖЕ ВЛЕТЕТЬ В ЛОБОВОЕ! О чём ты думаешь, ауч… теперь синяк будет.
– Я думаю о том, что ты дал мне хорошее имя. У тебя прям интуиция развита. Знаешь, почему?
Нет. Я не попадаюсь на эту удочку и не буду спрашивать в духе «Да, Фил, расскажи, оооочень интересно». Игнорирую. Игнорирую. И ещё раз игнорирую. Вот лучше в окно позалипаю.
– Везёт тебя Фил, а направляемся мы в ФИЛиал ада! – сказал он и разразился смехом.
Вот это его фирменное АХАХАХАХХА… пауза – чтобы в лёгкие воздуха набрать – и опять АХАХАХА. Не смех, а очереди из автомата: гласная «А» и согласная «Х». До тех пор, пока не высмеет из себя всю дурь. Пока патроны не кончатся.
Давай, завязывай уже… Ну вот, теперь «АХАХА» выдохлись и перешли в «ха-ха».
– Дурацкая шутка, – буркнул я, чувствуя в середине лопаток холодок.
– Так это не шутка.
Я повернул голову в тот самый момент, когда он смахивал с щеки слезинку.
– Чего?..
– Не шутка, говорю. Ты вот загадывал-загадывал и дозагадывался до «Пропади всё пропадом», что, собственно, и является жарким местечком Тартарары.
– Тартарары? – зачем-то переспросил я.
– Ну.
Мы вновь взбирались по серпантину, и на этот раз звуки мотора, шуршание колёс по гравийке и стук моего собственного сердца разделились. Я слышал всё по отдельности. И в то же время – всё вместе. И что-что, а стук набирал обороты…
– Фил, скажи мне, что это розыгрыш. Ну ты же просто шутишь, да? Давай заводи свою «ха-ха-машину» и сообщи мне, что это просто хохма!..
– Парень, на тебе лица нет. Ты как-то враз побледнел.
Я отвёл глаза от зеркала заднего вида.
– С чего это вообще «пропади всё пропадом» приравнивается к Тартарам? Кто эти ваши карты территорий рисует?
– Кто-кто? Мы, обычные клерки бюро путешествий… Вот скажи мне, Гриша, где по-твоему гиена огненная? Или царство теней? М?