Училка для олигархов (СИ)

— Мария Ивановна, где вы? Что-то случилось? — в голосе Борова сквозь визгливое недовольство всё же слышалась обеспокоенность. — Урок уже десять минут, как начался!
— Я заболела, Дмитрий Анатольевич! Простите. Надо было позвонить раньше, но у меня сильный жар, я словно в бреду, не смогла проснуться, даже будильник не услышала! — хрипло стала оправдываться, понимая, что в одном шаге от увольнения.
— Вы хоть понимаете, как подвели весь коллектив? Вы работаете в элитной гимназии! А ведь дети сегодня расскажут своим родителям, что у них не состоялся урок рисования, а те придут ко мне. Вы же понимаете, что у нас непростые ученики?
— У нас учатся обычные дети, а то, кто их родители, не делает малышей «непростыми» или какими-то особенными! — заметила я, но тут же прикусила язык, пожалев о сказанном.
— Мне кажется, вы не цените своё место в нашем учебном заведении. Пожалуй, я подумаю о том, может ли педагог с таким отношением к образовательному процессу продолжать работу в моей школе!
— Простите, я не хотела сказать…
— Надеюсь, что вы догадались вызвать врача и оформить официальный больничный? Будьте добры сразу направить мне на электронную почту скан документа!
Кажется, только что всё же лишилась работы, причём без всяких усилий со стороны Владлена Олеговича. На подкашивающихся ногах доползла до кухни и стала искать таблетки. Парацетамол столетней давности и аспирин, покрывшийся пылью, были единственными лекарственными препаратами в доме. Мама учила, что организм должен самостоятельно справляться с болезнью, но сейчас был явно не тот случай. Запив горькие пилюли подогретой водой, отперла замок на входной двери, чтобы Таня смогла войти, позвонила подруге и попросила собрать мне аптечку и привезти витаминов. На этом запас сил резко закончился, и я вновь провалилась в горячечный бред.
Во сне меня вновь преследовали братья Волковы: их жаркие поцелую обжигали тело, заставляя плавится в сильных руках. От крепких объятий было сложно дышать, а голова кружилась. Вновь и вновь жадные губы скользили о груди, животу и бёдрам, разжигая огонь внутри. В этот раз я почему-то не стеснялась, а сама тянулась и подставляла тело умелым ласкам, смело прикасалась к огромным членам, наслаждаясь их твёрдостью. Мои движения доставляли мужчинам настоящее удовольствие, что чувствовалось по их учащённому дыханию, и это сводило меня с ума. Вновь прозвучала пожарная тревога, но я не торопилась отпускать взволнованных боссов, продолжая сжимать в ладошках их достоинства. Внезапно звук сирены превратился в школьный звонок, и наша троица очутилась на диване в кабинете Борова. Мой эротический сон превратился в настоящий кошмар.
— Мария Ивановна, что с вами? — директор поднял на меня недовольный взгляд, оценивая представившуюся ему картину: мои ножки были широко разведены в сторону, рука Кира настойчиво ласкала возбуждённый клитор, а Владлен облизывал твёрдый бугорок соска.
— Мария Ивановна, что с вами? — вновь повторил директор, но сон уже уползал из моего сознания и я распахнула глаза.
Сперва мне показалось, что я ещё не окончательно проснулась или у меня бред из-за температуры, но на краю кровати сидел Боров собственной персоной и пялился на мою обнажённую грудь, периодически облизываясь.
— Я пришёл вас проведать, звонил в дверь, а она оказалась открыта. Как вы себя чувствуете? Температура высокая? — он приложил влажную ладонь к моему лбу, но потом резко скользнул рукой вниз, грубо схватив за полушарие груди.
  
Глава 21
 
— И что это было? — я не очень понимал, что делать: то ли бежать с членом наперевес за Мышью, то ли выводить посетителей, то ли истерично ржать.
— Я прибью этого крокодила Гену! — Кир быстро натягивал одежду, матюкаясь так, что даже у меня уши загорелись.
— Какого крокодила? — что-то я туго соображал.
— Безопасника нашего! Сколько раз ему говорил, что новые датчики дыма в туалете надо настроить! Опять кто-то в кабинке покурил, а сигналка орёт, будто пожар начался.
 
Брат выскочил за дверь, а я лишь продолжал ошалело хлопать глазами. Порой завидовал его решительности и стремительности. Натянув трусы, налил вискаря и плюхнулся на диван. Что за непруха такая? Вот уже второй раз училке удалось сбежать от меня, когда она почти была на моём члене. Хотя не только на моём… Неожиданно ощутил укол ревности. А ведь эта девчонка была готова к тому, чтобы отдаться нам с братом обоим. Неужели Кир поверил, что эта шлюшка может быть девственницей. Но что-то подсказывало, что это правда. Мышь была настолько робкой и зажатой, что у меня создалось впечатление, что до этого её никто так не ласкал, как мы.
Наконец-то сигнализация заткнулась, а взлохмаченный Кир ввалился в випку.
— Налей! — он кивнул на бутылку. — А ты чего расселся, как король? Нет желания посетителей и персонал успокоить? А то там такой курятник!
Он опрокинул залпом половину стакана и шумно втянул воздух.
— Ну ты же всё разрулил сам? Я в тебе не сомневался. Ты у нас специалист по связям с общественностью, а я — канцелярская крыса. А теперь скажи-ка мне, что будем с Мышью делать? А то у меня тут всё ещё стоит вопрос! — указал руками на неослабевающий стояк.
— Может, с тайками сейчас вопросы наши поснимаем, а потом о Маше подумаем?
— Не хочу. Что-то настроения нет. Так, а у нас в документах о трудоустройстве есть адрес училки?
Через час мы выяснили, что прописана Мышь в области, здесь снимает квартиру и даже успели пообщаться по телефону с нашей бывшей танцовщицей, которая и порекомендовала училку в качестве ответственной и исполнительной работницы сцены. Даже не думал, что соскучился по Танюхе. Эта всегда весёлая и бойкая девчонка, раскормившая меня на три килограмма домашними пирожками, наконец-то собралась замуж, да ещё и на свадьбу пригласила нас с Киром. А ещё после недолгих препирательств слила адрес подружки.
— Ну что, нанесём визит нашей подчинённой сейчас? — Кир уже изрядно поднабрался, языком еле ворочал.
— Проспись, мелкий! Успеем ещё навестить девчонку. Да хоть завтра! Тебя в кабинет проводить или домой поедешь?
— Иди нахрен! Обойдусь и без твоей помощи!
Утро встретило меня привычным похмельем и чувством ненависти к себе. Долбанный день сурка, из которого не вырваться, сколько ни беги. А ведь я поимел всё, о чём может мечтать любой среднестатистический мужик: деньги, бухло, власть, тёлочки на любой вкус. Но почему от этого порой хочется выть? Сел на кровати и начал массировать виски. Вчерашний вечер я всё же решил скрасить присутствием двух усердно насасывающих таек, только вот все их потуги доставить мне удовольствие закончились ничем: член стоял как часовой на посту, но ощущений не было никаких, словно его обезболом обкололи. А ведь чуть не кончил, когда Мышь просто взяла моё достоинство в ладошку. Из болезненно-сладостных воспоминаний об училке меня вырвал звонок телефона.
— Привет! Стрекоза, ты почему не на уроках? — дочурка весело щебетала в трубку, а на фоне верещала ещё пара десятков детских голосов, усиливая мою мигрень.
— Папочка, наша учительница рисования не пришла на урок, представляешь? А можно я сегодня чуть задержусь? Скажешь водителю, чтобы подождал меня возле школы часок? Нам разрешили в волейбол поиграть после уроков на новой площадке!
— Конечно, можно. А что случилось с учительницей? — у меня вдруг защемило сердце, по ходу надо меньше бухать.
— А мы не знаем! Думают, что она пропала!
Стефания продолжала что-то рассказывать, а я лишь угукал в ответ, быстро одеваясь. Надеюсь, егоза не выпросила у меня личного пони, ведь она может. Хотя давно планировал отвезти её на ипподром. Интересно, Мышь любит лошадей? Встряхнул головой, чтобы прогнать странные мысли, но от этого меня замутило.
— Ладно, доча, мне бежать пора! Будь умницей! Вечером закажем пиццу и посмотрим Фиксиков?
— Папа, я уже не ребёнок, давай лучше дораму?
Так, надо погуглить, что за дорама такая. Что-то название мне не нравится. А ещё стоит поставить «родительский контроль» на интернете дома.