Мастер меча тысячелетней выдержки. Том II (СИ)

…толкнув дверь захудалой пивнушки — место неприглядное, но именно в таких порой можно услышать больше всего — я сразу понял, что пришёл по адресу. Половина местных клиентов уже сгрудилась вокруг большого стола, и молодой парень с красным лицом и всклокоченными волосами возбуждённо им что-то пересказывал, взмахивая кружкой.
Я подошёл поближе; в пивнушке никто даже не оглянулся на меня.
— … и все лежал, вся площадь лежит, и не может встать — потому что эти божественные суки включили какое-то своё бл*дское заклинание. Как будто цепями к земле приковали, и груз навесили…
Ну, что я говорил? Пристроившись на стуле сбоку, я тоже стал слушать.
— А чего они хотели? — выдохнул один из слушателей, молодой парень максимально простодушного вида.
— Убить всех, конечно! — воодушевлённо отозвался краснолицый. — Ритуал как-то. Там всё было какими-то знаками расчерчено, и воздух весь светился от магии…
Ух ты. Светился? Что-то не припомню.
— Каким цветом? — самым заинтересованным и благожелательным голосом, на какой я только был способен, поинтересовался я.
— … чего? — не понял рассказчик.
— Цветом каким светился? — уточнил я. — Воздух.
— Э-э-э, зелёным! — он замешкался всего на секунду, сердито глянув на меня. — Слушай, ну что ты перебиваешь? Не о том же рассказываю…
Я понял руки — мол, молчу-молчу; из толпы слушателей на меня раздражённо зашикали.
— … в общем, — сориентировался рассказчик, возвращаясь к своему повествованию. — Мы просто лежим — и всё. И никого. Пошевелиться не можем, не то что убежать. Все уже к смерти приготовились, никакой надежды на спасение. И тут врывается Антон — в руке меч…
— Погоди, — изображая восторг в голосе, снова перебил я. — Так ты лично там был?
Что-то я не видел его там, на площади. Уж такую красную рожу я бы запомнил.
— В смысле⁈ — возмутился рассказчик, и на меня зашикали ещё громче. — Ну раз рассказываю, значит, был, наверное, да⁈
— Нет, но я думал, может, просто пересказываешь… — я развёл руками. — А ты прям оттуда… круто, чел!
— Оттуда! — отрезал краснорожий. — Так вот…
Подперев голову кулаком, я зачарованно слушал. Люблю сказки, знаете ли.
Впрочем, рассказ о событиях на академской площади в исполнении этого парня приобретал невиданные размах и удаль; он напоминал уже не сказку, а скорее фентези-эпик. Здесь Антон лично и в одиночку вырезал Богов, а когда те, запаниковав, пытались совершить ритуал — останавливал их, победив подлого Гименея в честной схватке. Гименей, конечно же, изо всех сил пытался сделать схватку нечестной, но доблестный рыцарь в белых доспехах всё равно его одолевал.
Что за спектакль здесь происходит, мне было понятно ещё после «светящегося зелёным воздуха». Кислевские, к сожалению, не дураки, и тоже понимали, что слухи пойдут плодиться. А потому, очевидно, заплатили типам вроде этого, чтобы они ходили по кабакам и распространяли свою, «правильную» версию произошедшего.
Так что я слушал всё это с усмешкой.
— Погоди, — заметил я в конце — как раз тогда, когда краснорожий описывал, как купол спал, люди встали, скинув невидимые цепи, и все, как один, в едином порыве стали хлопать Антону, раненому, но не сдавшемуся. — А разве он там один был?
— Чего тебе опять? — парень уставился на меня с откровенной злостью.
— Вроде там были ещё люди, — я почесал в затылке. — Орден мечников. Разве нет? Антон Кислевский, конечно, очень крутой, но в одиночку…
— Эти придурки? — рассмеялся рассказчик. — Да ладно! Они пришли в самом конце, попытались вмешаться, но Гименей откинул их всех одним ударом… и хорошо, наверное, а то бы только мешались у Антона под ногами.
— Погоди, а как же…
Как ни странно, на этот раз вопрос прозвучал не от меня; к рассказчику обратился тот парень с простодушным лицом, что в начале спрашивал, чего хотели Боги.
— Как же что? — не понял краснорожий.
— Ну… — парень опустил глаза. — Говорят, там ещё был…
— Не понимаю, о чём ты, — взгляд рассказчика стал ещё злее, чем до того; кажется, он всё отлично понимал.
  
— Ну… Сизиф! — наконец, буквально шёпотом выдохнул парень.
В пивнушке повисла тишина; замолчали даже те, кто не слушал рассказ.
А затем рассказчик рассмеялся.
— Ну ты, блин, даёшь! — он излишне театрально хлопнул себя по колену. — Сизиф? Ну ты бы ещё сказал, Бабайка или Дед Мороз!
— Ну так люди говорят… — простодушный парень покраснел, но настаивал на своём. — Я даже слышал, что на самом деле это он, а не Антон…
— Да что ты несёшь, придурок⁈ — заорал краснорожий, вскакивая на ноги. — Здесь что, кто-то сомневается в героизме Антона Кислевского⁈ А ну, парни!
— Никто не сомневается! — заорали из толпы слушателей, которую составляли по большей части такие же молодые парни.
— Эй, Кислевский крутой!
— Ура Антону!
— Ура!!!
— Вот именно! Всем пива за мой счёт, чтобы все могли выпить за Антона! — жестом профессионального фокусника рассказчик вытащил откуда-то штук пять купюр и махнул ими бармену. — Пьём за Антона!
— Ура!!! — заорали парни ещё громче, радуясь халявной выпивке.
Я хмыкнул. Интересно, сколько Кислевские потратились на спонсирование этих, кхм, перфомансов? Наверняка же такие сидят в каждом кабаке и дают «представления» каждый час или два.
Впрочем, с халявной выпивкой — умный ход, тут я не мог этого не признать. У народа их версия «правды» будет ассоциироваться с хорошими эмоциями от халявы. Чистая психология.
Бармен уже как будто был наготове — а может, не как будто — и уже через пару секунд подлетел к нам с подносом, уставленным пивными кружками.
Ладно, здесь я увидел и услышал всё, что можно, пора двигаться дальше. Подхватив на прощание одну из кружек, я поднял её.
— Ну, за Антона так за Антона.
И отхлебнул из кружки.
* * *
…чёрт. Как же у меня трещала голова.
Я попытался разлепить глаза, но получилось это не сразу. Во рту — как кошки нагадили, ноги-руки словно ватные.
А ведь я умею пить. Со мной бы никогда такого не случилось с одной…
Погодите, а что я пил?
И сколько?
И почему я вообще решил пить в том грязном кабаке?..
Воспоминания заканчивались на одном глотке пива «за Антона», а затем…
Ах вы ж гады. Что вы туда подмешали, в это пиво?
— О! — раздался около меня чей-то голос, незнакомый, но бодрый. — Очнулся? Поднимай его!..
Чьи-то руки довольно бесцеремонно дёрнули меня вверх; я пошатнулся. Как же паршиво!
— Мужик, не ори, — хрипло попросил я. — Ты кто? Я где вообще?
И получил затрещину — лёгкую, но обидную.
— Я тебе не мужик, — сообщил тот же голос. — Я тебе господин майор. А ты — рядовой. И ты ещё не все документы заполнил.
Я раскрыл-таки глаза и уставился на стоящего передо мной мужика в военной форме, который лыбился во все тридцать два, оглядывая меня.
— Ничего-ничего! — кивнул он. — Сейчас голова пройдёт, а так-то ты у нас богатырь! Пойдёшь в пехоту, там тебе найдётся работа…
Да ну нафиг. Ответ на все вопросы вертелся в голове, но из-за мучительного похмелья (да что ж они всё-таки подмешали в это пиво, что меня вырубило?..) я никак не мог сосредоточиться.
Дар Шезму!..
Перегнувшись через руки того, кто меня держал, я принялся блевать — просто и безыскусно.
Все токсины, которые попадают в организм, так и плавают в крови. Хорошо, что Дар Шезму позволял очистить её за пару секунд!.. Наверное, я лишь благодаря ему и очнулся раньше остальных.
Каких «остальных» и с чего я взял, что очнулся раньше них? Остальные — штук десять молодых парней, из тех, кого я видел в кабаке — лежали тут же, на полу. Рядом стояли трое мужчин в форме, включая улыбчивого «господина майора», четвёртый держал меня; я оттолкнул его, вытер рукой рот и уставился на них всех.
— Итак, — произнёс я уже совершенно нормальным голосом. — Повторяю вопрос. Где я и кто вы все, блин, такие?
В общем-то, всё и так было ясно. Я попался на старую недобрую удочку, древнюю как мир — аж самому стыдно. Решил, что краснорожий хмырь в баре — просто наймит Кислевских, следящий за тем, чтобы слухи рассказывали «правильную» версию, и ничего более.