Темнейший убийца (ЛП)

Надежда расцвела и увяла опять, как чертов цветок. Ни одно из ее слов не убедило бы Бьорна довериться ей, поэтому Фокс даже не пыталась.
— Думаю, вам ребята стоит решить стоит ли риск награды, потому что я полностью согласна.
Он бросил взгляд через плечо и хмуро свел брови, будто ее быстрое согласие сбило его с толку.
— Что? Мне нравится идея помочь тебе, — призналась она. — Я бы помогла Гален и Легион одновременно.
И добавила привлекательную строчку в свое резюме. Убийца Люцифера Разрушителя, принца Тьмы и короля Обмана. Кроме того, она наслаждалась бы возможностью поболеть за Бьорна во время битвы. Будет он холодным и методичным или вспыльчивым и непредсказуемым?
Когда они добрались до верхних этажей, она заметила Тейна и Ксерксеса. Оба разговаривали и смеялись в общей гостиной. Промежуточная станция между тремя различными коридорами. Тейн сидел на диване с великолепной брюнеткой на коленях. Должна быть это и есть обожаемая Элин.
Зависть захватила Фокс. Он сильными руками обнимал жену. Защищая, заявляя права, обожая. Фокс не пришлось испытать на себе таких объятий.
Ксерксес сидел напротив пары. Заметив ее и Бьорна, троица затихла. Как только они заметили ее руку, то напряжение зависло в воздухе.
Фокс прилепила солнечную улыбку и помахала.
— Привет, ребята. Я так рада, что столкнулась с вами. Разве не пришло время для еженедельной порки?
Тейн нахмурился. Ксерксес провел языком по зубам.
Холодными голосом Элин произнесла:
— Это ты убила тех Посланников.
«Никогда не прощу себе этого».
— Итак, вы не собираетесь подписывать заявку, чтобы стать моими новыми лучшими друзьями? — Фокс слегка пожала плечами. — Я постараюсь преодолеть разочарование.
Уголок рта Бьорна дернулся, удивив ее.
Ксерксес приподнял бровь, спрашивая Бьорна:
— Теперь мы вознаграждаем пленников за попытки побега?
Как они узнали, что она пыталась сбежать? Только если не…
Они установили камеры в подземелье, верно? Фокс прикусила язык до крови.
— Конечно, она пыталась сбежать, — сказал Бьорн, и все же его голос звучал не расстроено. — Точно так же как и мы, когда были пленниками демонов.
Он больше ничего не сказал, просто повел ошеломленную Фокс в спальню во втором коридоре.
Он защищал ее. Перед своими друзьями. Бьорн, ее палач, действительно защищал ее перед друзьями. Она не могла — не слышала. Шок ввел Фокс в состояние анабиоза.
Они вошли в его спальню, ту же самую комнату за исключением… вау. У него новая мебель и тысячи безделушек. Украшенных драгоценностями безделушек. Чистая роскошь. На кровати мягкие простыни и плюшевое одеяло. Самый мягкий ковер создавал ощущения, словно она ходила по подушкам. Ой, ой, ой! Теперь у него огромный телевизор!
— Что за капительный ремонт? — спросила она, подавляя желание подпрыгнуть и захлопать в ладоши от восторга. — И ты получил доступы, о которых я упоминала?
— Захотел изменений. И да, получил.
Он больше ничего не сказал, просто потащил ее в ванную.
Протянув руку над ее головой, он закрыл за ней дверь. Его грудь коснулась ее груди, и по ее телу пронеслась волна удовольствия прямо к сердцевине. Ммм. Больше. Она хотела большего.
«Будь осторожна, — прошептал Недоверие. — Почему он тебе помогает? Это, должно быть, какой-то обман».
Да. Обман. Пришло разочарование. Бьорн собирался ее мучить тем, что она не могла иметь? Он… «Что ты делаешь?» Прислушавшись к словам демона, ты всегда заканчивала кровью и болью.
Желая отвлечься, она бросила взгляд на Бьорна. Ой, ой, ой. Его глаза горели от возбуждения, обещая гораздо больше. Вновь дрожь. Очередная волна наслаждения. Опять по спине побежали мурашки.
Она же ошиблась, так?
— Ты надеешься посмотреть, как я принимаю душ… или присоединится?
Он сложил руки на своей мускулистой груди, подчеркнув ширину плеч.
— А что бы ты предпочла?
Что!? Ее сердце застучало быстрее, трепеща вместе с животом. Он только что намекнул, что хочет заняться с ней сексом. Он… принял свое желание к ней?
Сглотнув, Фокс переступила с одной босой ноги на другую. Она хотела с ним переспать? Да. Могла она ему доверять? Нет, не до конца. Оценила ли она невольную готовность помочь ей в соблазнении? Абсолютно. Но, черт возьми, что привело к таким переменам? Она должна знать!
 
— Ты возбужден и рассчитываешь трахнуть и уйти? — спросила она.
— Да? — сказал он скорее вопросительно, чем утвердительно. Мгновение спустя он причмокнул губами, словно ощутил что-то мерзкое.
Интересно. Он дал себе обе обещание дойти до конца… и тогда что?
— Прежде чем я решу, что делать с твоим, эээ, предложением, должна признаться тебе в одной вещи. Даже в двух. — Хриплым голосом произнесла она. — Во-первых, Мне… мне очень жаль, что я так поступила с теми десятью. Если бы я могла поворачивать время вспять, то отправила бы Галена в замок и осталась дома.
Восхищение осветило его глаза, удивив ее.
— А второе?
— Сегодня приходила Алана, чтобы увидеть меня.
Казалось, его мышцы окаменели прямо на глазах.
— Расскажи.
Нет. Никто ее не увидел. Иначе Бьорн прибежал бы сюда.
— Она почувствовала твое сексуальное возбуждение и пришла в гости, надеясь заняться тобой. Затем почуяла мой запах на твоих простынях и вернулась в подземелье. Она хотела пройти сквозь решетку, но не смогла. Алана хотела меня убить.
Мышцы под его глазами вновь начала дергаться, только быстрее.
Но Фокс не закончила.
— Если ты оставишь меня беззащитной, а она вернется…
Он прищурился.
— Полагаю, просто не буду никуда от тебя отходить. А сейчас вернемся к разговору о душе…
Бьорн сделал шаг вперед, хотя казалось, что гораздо больше. Расстояние между ними значительно сократилось.
Ее охватила новая волна дрожи.
— Допустим, я приглашу тебя присоединиться ко мне. Что дальше?
Еще один шаг.
— Я буду на тебе… и в тебе.
Дрожь усилилась. «Он хочет быть соблазненным».
Дрожа от возбуждения, Фокс схватила подол своей футболки и потянула вверх. Холодный воздух коснулся ее теплой кожи. Раздевшись, она вздернула подбородок и расправила плечи, позволяя ему насладиться зрелищем. И он так и поступил. Бьорн втянул воздух, когда его взгляд упал на ее грудь. Ее соски затвердели. Он опустил взгляд ниже…
Тепло разлилось между ее бедер.
— Никогда не видел тела прекрасней твоего, — прохрипел он. — Твои изгибы… твои татуировки…
Изображение густых зарослей покрывало большую часть ее торса и спины, а посередине была бабочка. Знак Недоверия.
— Если ты присмотришься, то увидишь маленьких лисичек спрятанных в листве. Фокс — это прозвище, которое мама дала мне в детстве. — Женщина, которую она любила всеми фибрами души. — После ее смерти, я надеялась снова почувствовать ее близость, поэтому отказалась от данного мне имени.
Его поза смягчилась.
— И как же тебя звали?
— Я ни за что…
— Скажи, и позволю смотреть тебе реалити-шоу всю ночь.
— С попкорном?
— С несколькими пакетами попкорна.
— Дездемона, — выпалила она, ее щеки горели. — Меня зовут — звали — Дездемона.
Он моргнул, покачал головой. Затем на его лице появилась широкая улыбка, осветившая все, и он рассмеялся. Смеющийся Бьорн…
Она смотрела на него с широко открытыми глазами и отвалившейся челюстью, не в силах отвести взгляд. Он. Был. Великолепен. Бесподобен. Идеален. Фокс поймала себя на том, что болтает дальше.
— Мое второе имя Анастасия.
— Дездемона Анастасия.
Теперь он запрокинул голову и смеялся во весь голос.
Дверь распахнулась, и Фокс стала всем видна. Бьорн схватил ее и запихнул за спину, выступив в роли щита.
 
— Вышли, — приказал он.
— Я думал, она навредила тебе, — сказал Тейн потрясенно. — Но ты смеялся.
— Смеялся, — повторил Ксерксес.
Фу. Они оба прибежали. Но почему так удивились его радости? Неужели не могли рассмешить или что-то такое? Э… это же так легко.