На Дороге (СИ)
Сильвия покрепче сжала кулаки — нельзя назад, значит, пойдет вперед! Лес и лес, ничего в нем особенного. Но особенное в лесу было, уж больно густо он рос, слишком мало тусклого осеннего света пробиралось ко мху подлеска. А еще казалось, что кто-то смотрит на неё. И от этого было не по себе.
Сильвия упрямо зашагала дальше — либо она выйдет из леса со стороны дороги, либо попадет, наконец, к морю.
Элладиэль почти рычал от злости, но молчал. Алеон бушевал:
— Как ты мог ТАК недоглядеть?!
От Сильвии их разделяло лишь несколько секунд, но ее и след простыл! От Леса буквально разило поганью. И еще чем-то мертвым, стылым, жутким. Куда? Куда понесло сумасбродную девчонку?!
Элладиэль сжал в руке Карающий, Алеон — меч с рунами, руны светились нефриловым огнем, озаряя лесные сумерки зеленоватым светом.
— Только бы Сильвия не перекинулась в драконицу! — взмолился Элладиэль, Алеон удивился: найти дракона было бы куда проще — Карающий чует дракона, но и дракон чует меч…Останется только догнать.
— Владыка, разве нечисть будет нападать на дракона? — неуверенно спросил он. Элладиэль нервно хмыкнул:
— Едва ли Сильвия, или ее драконица, смогут дать отпор местным жителям. А вот привлечь к себе все взгляды смогут однозначно. Как и мы.
— Ты говорил, драконы прокляты, как и падаль из Темных Миров? — не унимался Алеон.
— Не путай одно с другим! Хищничество и паразитизм. Эльдар, человек, дракон — сотворены Создателем, они несут частицу Силы. Что может быть слаще для Падших, чем поживиться чужой болью?! Они только и могут кормиться за счет страданий смерти! — Элладиэль нервно рассылал сотню за сотней пчёлок-поисковичков прямо на бегу. Лес отвечал тем, что цеплялся и царапал. Алеон чувствовал неприятный холодок между лопаток. Видя растерянность спутника, Элладиэль продолжил:
— Лес полон детей Лилит[1], похоже, кто-то их очень недурно подкармливает!
Тусклый день меркнул, не оставляя даже заката, скрытого далекими, недостижимыми в чаще, облаками.
Сильвия пробиралась вперед, когда краем глаза уловила почти незаметное движение, как будто деревья подвинулись. В груди замерло, в ответ нехорошо заныл низ живота. Нужно было оглянуться, но она не смогла себя заставить. Где-то в солнечном сплетении сжалось и нервно задрожало. Она взглянула на руку — ни когтей, ни чешуи.
«Где же ты, дракон, когда так нужен!», — но дракон был, как и всегда, глух. Отчего стало еще страшней. Сильвия побежала. Хлесткие ветки то и дело били по лицу. От пота одежда вымокла и неприятно холодила.
Неожиданно из сумерек вырисовался силуэт.
Сильвия перестала дышать — гигантский косматый волк стоял прямо перед ней и буравил пришелицу яркими, желто-оранжевыми глазами. Зверь ощерил пасть, словно бы улыбаясь. Правда, Сильвии «улыбка» совсем не понравилась — в гаснущих лесных сумерках пасть волка казалась темным провалом. Сильвия остолбенела, крупные мурашки поползли по спине.
«Волк…, - пронеслось в голове, — волк ли?». Что-то неуловимо-жуткое было в звере. Некое несоответствие. Только вот, что? Сильвия заставила взглянуть прямо — тварь стояла неподвижно, только глаза горели. Вдруг осенило — глаза, глаза не волчьи! Вертикальный зрачок был сужен, как у змеи. Разве у волков такие?
Тварь сделала шаг. Сильвия вздрогнула, и медленно, одной рукой достала из кармана небольшой, купленный у степняков нож. Металл тускло сверкнул в руке. Волк остановился и повел носом. Сильвии снова почудилось, что тварь ухмыляется. Отчего сделалось жутче прежнего.
Волк развернулся и исчез в чаще. Сильвию колотило, несколько минут она ловила воздух ртом. Ужас Леса обрел облик, но почему не тронул? Едва ли дело было в драконе! Ни следа, ни следочка, ни даже тени от альтер эго! Оставалось надеяться только на чудо и нож степняка.
Сильвия побежала, как ей казалось, в противоположную сторону от исчезнувшей твари. Через полчаса бега лес начал редеть.
«Слава Всевышнему! Море близко!».
Но моря она так и не увидела. Вместо него показались унылые, чахнущие деревья. Они торчали из обманчиво ровной поляны. Мшистые кочки пушились возле небольших лужиц с водой, отражавших уже выбеленное сумерками небо.
«Болото», — сердце упало и стало очень тоскливо, долгожданное море обернулось разочарованием. Сильвия села у края лужи.
Что теперь? Попробовать вернуться назад… в лес? А вдруг… вдруг желтоглазая тварь снова найдет её?!От мысли свело желудок, а ноги отказались слушаться… «Что, если море близко? Значит, только вперед».
Сильвия подобрала палку и, проверяя каждый шаг, пошла по едва различимой стежке. Сумерки переходили в ночь. Со страхом путница осознала, что не сможет пройти. Даже днем. Стежка исчезла, и трясина была повсюду.
От обиды и отчаяния слезы потекли по щекам, но страх встретить желтоглазую тварь, рыскающую по лесу, заставил искать кочки в топи. И без того мокрая одежда набрала холодной воды. Сильвия замерзала. То и дело путница ошибалась и ухалась по колено в вязкую трясину и только палка помогала выбраться.
В очередной раз оступившись, Сильвия оказалась в воде почти по грудь, от жути и холода перехватило дыхание. Палка осталась на кочке, помощи ждать было неоткуда. Вконец обессилев, пленница топи поняла — живой ей не выбраться.
«Всевышний, только не так!», — взмолилась Сильвия, понимая, что не может дотянуться до кочки. Чем больше она билась, тем сильнее увязала. В горький момент пришла мысль о Карающем.
Мысль показалась светлой и чистой, как великое избавление. Сильвия расплакалась — где же Великие Эльфы, когда это так надо?! Пусть даже с мечом, пусть со смертью, но не так! Не в Лесу… не в Болоте…
— Владыка, где же ты, где твой меч?! — вырвалось у Сильвии. Она рассмеялась от горькой обиды — Владыка так и не появился, чтобы свести счеты. Как и Алеон. Как и всегда, он не пришел.
Эльдары просто выгнали ее из Поднебесного, до кровожадного дракона им дела не было. Тогда утонуть в болоте, почитай, — благость?!
Обида и злость заставили поискать ногами твердую почву. Сильвия нырнула в ледяную воду с головой и смогла оттолкнуться от дна и с усилием вынырнуть. Срывая ногти, терпя судорогу холода, она ухватилась за сухую траву, невероятным трудом вытянула тяжелое, обремененное весом ожидания новой жизни тело, оттерла слезы.
Она пройдет это мерзкое болото, как прошла через плен степняков! Она дойдет до моря.
Отдышавшись на кочке, Сильвия уверенно встала и пошла по вязкой тропе дальше почти в полной темноте.
Неожиданно впереди показались огоньки, Сильвия даже головой мотнула, отгоняя мираж, — откуда здесь огням взяться?!
Видение не исчезло, впереди была деревня. То и дело утопая ногами в вязкой жиже, путница удвоила усилия. Только мысль о странности выбора места для поселения тревожила усталый разум.
— Встань за мной! — гаркнул Владыка, Алеон не дерзнул ослушаться, утешив себя мыслью, что прикрывает спину.
Элладиэль был чудовищен в ярости. Алеон еще раз изумился невиданной Силе Владыки. Страшные боевые заклинания ранили Лес до «кости», Карающий сиял огненной дугой. Прежде Алеон думал, что меч не имеет воплощения, теперь понял, что ошибался. Как мало он знал о спутнике! Казалось, Элладиэль один мог уничтожить все те армады нечисти, вдруг хлынувшие на них.
Лешие в звероподобном образе, русалки с хищно горящими зеленью глазами, шипящие как змеи кикиморы, утопцы, нави, оборотни, псиглавцы, и тысячи других — каждую секунду волна голодных тварей накатывала, воя или безмолвствуя, чтобы разбиться о Карающий. Серебряный клинок Алеона стал истлевать от поганой крови нечисти. Серебро — и истлевать!
Нечисть гибла сотнями, отползала и снова нападала. Пока войска неприятеля ограничивались обитателями леса было терпимо, страшно стало, когда появились наги. Откуда в поганом лесу наги?! Алеона начало колотить.
— Ах вы, паскуды! — прорычал Элладиэль, явно чуя руку полководца за чудовищной атакой. В отряд нагов полетел клубок, остались только угли. Пространство обожгло до дыры, Алеон понял, что на теле Мира останется шрам. На месте наг возникли ифриты. Алеон тряхнул головой, откуда? Откуда?! Откуда взяться обитателям Темных миров, едва ли не соседствующих с Лимбо, здесь, в Мире Младших?!Как, кто и зачем их привел?!