Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 6 (СИ)

А потом были тела. Они попадались внезапно, как ловушки, как немые свидетельства того, что раньше здесь всё же кто-то жил. Чаще всего — полуразложившиеся, искривлённые, будто смерть пришла к ним во время паники, в момент попытки скрыться или позвать на помощь. Некоторые были свежими, и от этого становилось только хуже — в мире, где время опаздывало, смерть всё ещё приходила вовремя. По телам ползали ящерицы, с тонкими лапками и шершавыми спинами, с глазами, лишёнными смысла. Они не боялись, не убегали, даже если я подходил слишком близко — как будто понимали, что здесь главный не я.
  
Я невольно думал об особенностях этого мира. Уже почти привык к тому, что каждое моё действие словно проходит через слой воды. Задержка была в каждом движении — в шаге, повороте головы, даже в том, как опускались веки. И, что пугающе, я почти перестал замечать это. Потому что всё в этом месте было синхронно — сама реальность, казалось, дрожала на полшага позади. Иногда я задавался вопросом: а не я ли сам замедлился, не стал ли частью этого гниющего механизма?
Сложно было избавиться от ощущения, что кто-то специально настроил всё так — чтобы видеть каждую реакцию, каждый взгляд, каждый вздох. Казалось, боги, или кто там сидел наверху, решили замедлить время, чтобы наслаждаться трагедией по-настоящему. Чтобы не упустить ни капли боли, ни одной неловкой паузы, ни одного взгляда, полного обречённости. И при этом они забрали у нас голос — как у марионеток, которым позволили движение, но не слово. В этом была своя издёвка. Словно они знали, что настоящая трагедия должна быть безмолвной.
Я знал, что не могу оставаться на открытом пространстве, и потому юркнул между зданий. Там, в тенях, между бетонными грудой завалов, было чуть спокойнее — или, по крайней мере, казалось таким. Я прижался спиной к стене, прислушался. Тишина была почти липкой, но в ней скрывалась угроза, как в затишье перед выстрелом. Затем я активировал интерфейс:
— Таймер, — скомандовал я одними лишь губами.
Перед глазами всплыло полупрозрачное окно:
Внимание!
До завершения цикла выживания осталось: 3 часа 8 минут.
«Да уж… время тянется чертовски медленно».
Я бросил взгляд по сторонам, не двигаясь с места. Тени не шевелились, но я знал — это временно. Они всегда ждали своего часа. Я чувствовал спиной, кожей, как где-то рядом — совсем близко — кто-то затаился. И в этот раз я не собирался бежать. Я был готов.
«Сириус, наверное, уже сходил с ума», — мысль вырвалась сама собой, словно давно стояла на пороге сознания. — «Я успел умереть уже несколько раз. И если он ощущал регрессии так же остро, как и я…»
Я медленно выдохнул. Воздух был тёплым, слишком тёплым, как дыхание хищника.
«Хоть бы он не натворил глупостей».
Я едва успел сделать шаг из тени, как над головой раздался предательский хруст. Характерный, сухой, как кость под сапогом. Старая черепица на крыше не выдержала чьего-то веса. Кто-то пытался подкрасться — тихо, аккуратно, как охотник, — но его подвела трухлявая конструкция. И именно этого я ждал.
Я резко вскинул голову, взгляд метнулся наверх — туда, где между заброшенными домами теснились крыши.
— Инвентарь, — скомандовал я мысленно, и перед глазами вспыхнуло светом меню.
Мгновение — и в руке материализовался щит. Я тут же присел, упираясь ногой в влажную землю переулка, левой рукой, удерживавшей щит, я частично прикрыл себя, а правую слегка отвел в сторону, готовясь к атаке. В этот момент — почти сразу — над черепичными скатами появилась лучница.
Она летела. Прыжок был не просто метким — выверенным, звериным. Как кошка, что в одно движение преодолевает пропасть, и уже в следующем — развернута лицом к добыче. Лучница была в воздухе, её тело выгнулось дугой, на долю секунды замерло в невесомости. Плащ развернулся, волосы развевались, лук уже был натянут — и в её взгляде было решимостью пропитанное намерение убить. Она будто парила над улицей, играя с гравитацией, будто сама выбрала момент, когда законы физики подчинятся ей.
Две стрелы — тонкие, почти черные, как ночной пепел — сорвались с её тетивы почти одновременно. Я успел — щит вздрогнул у меня в руке, отразив удар. Две глухие вибрации — одна за другой, и я, не теряя ни секунды, представил пламя в моей правой руке. Покорная магическая сила, как всегда, отозвалась жаром в ладонях.
Пламя сорвалось с моих пальцев и устремилось прямо к ней — к её идеально рассчитанному прыжку, к этому мгновению невесомости, когда она была уязвима. Пламя, как чудовище, рвануло в её сторону, рассекая воздух, и огонь поцеловал её тело с яростной, безжалостной силой.
Она лишь успела вскинуть руки, прикрывая лицо — огонь охватил её с плеч до бедер. Взрыв света, с треском воспламенившийся край плаща, обугленные края перчаток. Контроль был потерян. Приземлиться как кошка она уже не могла — тело ударилось о край крыши, скатилось по грубой черепице и с глухим стуком рухнуло вниз, в переулок.
Ощущения в этот момент показались странными. Уже привычная мне полная тишина этого мира внезапно прервалась и сменилась чем-то необычным. В ушах звенело, будто после сильного удара, и голова ломила от этого странного звука. Я не был ранен, и четко понимал это, но чувства будто говорили об обратном. И я понимал, что это были последствия моей магии. Кажется, я уже был на пределе.
Запах гари с примесью металла кружил в воздухе между нами. Он вызывал еще более неприятные чувства — тошноту и слабость.
Я выпрямился, щелчком отправив щит обратно в инвентарь, и сразу двинулся к ней.
Лучница всё ещё шевелилась — с трудом, но пыталась подняться. Пальцы судорожно цеплялись за булыжники, обугленные пряди волос падали ей на лицо. Она попыталась приподнять голову, глядя на меня снизу вверх — глаза испуганные, мокрые от боли. Одна половина лица была закопчённой, но другая — ещё не тронутая пламенем — дрожала, цепляясь за последние крохи сознания.
Я присел рядом, легко, как будто мы просто случайно столкнулись на улице.
Она дрожала. Я смотрел ей в глаза — и медленно, со всей тяжестью накопленной усталости, расплылся в зловещей, почти насмешливой ухмылке.
«Ну, вот и ты, — с облегчением подумал я. — Мой спасительный билет».
Перед глазами разом вспыхнули бесконечные уведомления:
[Уведомление системы]
Лийфэ, богпрозрения, заинтересованввашихдействиях.
[Уведомлениесистемы]
Бриарг, богкары, требуетрасплатызавашежульничество.
[Уведомлениесистемы]
Деомарис, богхаоса, синтересомнаблюдаетзаразвитиемсобытий.
Мир на мгновение застыл, как будто сама реальность выждала, готовясь к следующему шагу. Вокруг воцарилась странная тишина, и даже тени, что скрывались в темных уголках улиц, казались замеревшими.
Я перевел взгляд на девушку. Она лежала на холодной земле, её тело скривилось от боли, а дыхание было редким и срывающимся. Кровь пропитывала её одежду, а лицо, искажённое мучительной агонией, стало почти невидимым под слоем пыли и грязи. Глаза, будто стеклянные, были приоткрыты, но уже не воспринимали ничего вокруг. Она теряла сознание, и каждая её попытка хоть как-то подняться была обречена на провал. Тело её лежало неподвижно, только вздрагивающее от мучительных болей.
  
Я наклонился к ней, чтобы взять её на руки. Мои ладони скользнули по её телу, приподняли и притянули ближе, стараясь не причинить ещё больше боли. Она была тяжёлой, как если бы её тело было сделано из камня, но я крепко сжал её, поднимая на руки.