Остерегайтесь апокалипсисов. Книга 6 (СИ)
Глубоко вздохнув, я прощально посмотрел на труп, сидевший рядом. Кажется, он был единственным зрителем, который не пытался как-то осудить или подставить меня в этом мире. Его уже не вернуть, но он всё ещё был частью этой игры. Поклонившись на прощание, я уверенно двинулся вперед — прямиком к развилке.
Туннель погрузился во мрак. Лишь редкие лучи света пробивались сквозь щели в каменном своде, отбрасывая узкие полосы тусклого сияния. Сырые стены, покрытые вековой пылью, казались живыми в этом зыбком свете. Здесь было тихо, но это была тишина перед бурей. Я глубоко вздохнул, прислушиваясь к своему дыханию.
«Ну что ж… кажется, пора».
Я поднял руку, позволяя огню собраться в ладони. Пламя вспыхнуло, обвивая пальцы жаркими языками, освещая мрак вокруг. В тот же миг тяжёлый топот нарушил безмолвие — противник выскочил из-за поворота, его силуэт маячил в полутьме. Казалось, он даже не сразу заметил того, что я уже готовился к его атаке.
Увидев пламя, он моментально призвал инвентарь. Металл сверкнул в отблесках пламени — массивный щит с глухим звуком ударился о землю, преграждая путь атаке. Тотчас противник попытался затормозить, но мой огонь уже несся ему навстречу.
Пламя ударило в щит с оглушительным грохотом. Воздух содрогнулся от взрыва — вспышка осветила туннель, заставляя тени на стенах исказиться, словно они корчились в агонии. Жар разлетелся во все стороны, подняв вихрь пепла и копоти. Щит выдержал удар, но его поверхность мгновенно раскалилась, багровые трещины вспыхнули по краям металла.
Противник дёрнулся назад, инстинктивно сжимая рукоять. От соприкосновения с огнём металл обжёг его пальцы — он зашипел, отдёргивая руку. Щит всё ещё был между нами, но теперь он стал больше обузой, чем защитой.
В тот же миг я сорвался с места, отталкиваясь от пола с силой, которая заставила камни под ногами сдвинуться. Туннель, залитый всполохами огня, мелькнул перед глазами. Мой прыжок был рассчитан идеально — тело устремилось вперёд, по дуге огибая противника.
Он понял это слишком поздно.
Вскинув щит, противник наклонился, словно под тяжестью собственного инстинкта. Металл гулко прогремел, принимая на себя всплеск жара, а затем — мой удар. В воздухе, чуть выше него, я уже сжимал магический клинок, его лезвие светилось холодным синим отблеском, резко контрастируя с жаром моей предыдущей атаки.
Щит накренился, противник пригнулся ещё ниже, но мои движения были быстрее. Лезвие рассекло воздух, удар пришёлся вскользь — не так глубоко, как я рассчитывал, но достаточно, чтобы заставить его пошатнуться. Тот замер, крепче вжимая щит в землю, пока я приземлялся позади.
Воздух свистел в ушах, в поле зрения мелькнула его рука, инстинктивно взметнувшаяся вверх. Пламя всё ещё плясало в ладони, и когда мои ноги коснулись земли за спиной противника, я направил прямо на него свою атаку.
Огонь опалил его руку, и он дёрнулся, срываясь в разворот. Щит последовал за ним, но замешкался на долю секунды — этого хватило.
Я шагнул вперёд, магический клинок вспыхнул в моей ладони, прорезая воздух. Лезвие полоснуло по его груди — не глубоко, но ощутимо. Он среагировал, выставляя щит, но я не дал ему завершить манёвр.
Резким движением врезал ногой в металлический край. Щит дёрнулся в сторону, противник попытался удержать его, но сил не хватило. Глухой стук — и он выпустил его из рук. Противник инстинктивно отступил, понимая, что у меня в руках теперь были не только заклинания, но и холодное оружие.
Я тут же перехватил трофей — его массивный и крепкий щит — а затем сразу убрал в инвентарь. Противник сделал пару шагов назад, тяжело дыша. Теперь у него не было защиты. А у меня было преимущество. На мгновение его лицо исказилось в удивление — кажется, такого наглого воровства любимого щита он не ожидал. Но мне то что? Чем больше трофеев, тем лучше.
Противник хмурился, его фигура набирала скорость, и он мчался прямо на меня, как буря. Я видел, как он готовится к удару, но не мог позволить ему достичь цели.
Я резко вознес руку, сосредоточив магическую силу, и в тот момент, когда пламя вырвалось из моей ладони, оно стремительно полетело к потолку. Я чувствовал, как воздух вокруг меня сжался, а затем освободился, когда огненная энергия взорвалась в ярком световом потоке.
Грохот был оглушительным, как удар грома, сотрясающий воздух и камни вокруг. Огненная буря встретилась с каменной кладкой, и в момент столкновения тусклый потолок туннеля буквально содрогнулся. Камни начали трещать и сыпаться, раскалываясь под силой удара. Звуки падения валящихся осколков эхом разнеслись по узким коридорам, наполняя пространство острыми звуками разрушения.
В туннеле стало светлее, несмотря на то что часть потолка рухнула и засыпала землю вокруг. Лучи огня прорезали темноту, освещая обломки и металлические детали, которые теперь лежали среди камней, искривляя тени и создавая мрак, будто всё вокруг стало частью взрыва. Освежённый воздух проник внутрь, когда обрушение затмило звуки боя.
Противник был вынужден отступить, не желая попасть под обвал. Я видел, как его тело инстинктивно отскочило назад, пытаясь избежать камней, которые, падая, свистели в воздухе. Я не терял времени — как только свет из пламени осветил путь, я сделал шаг вперёд.
Яркий свет ослепил меня — я и сам не ожидал, что в этот момент станет так светло. Он вырвался из глубин потолка, обрушив тьму, словно вспышка молнии, разорвавшая ночь. Мгновенно на меня обрушилась яркость, которая пробила стены и прокопала путь в пустоту. Этот свет был слишком сильным, слишком ослепляющим, и на миг я застыл, не в силах даже моргнуть. Но, когда глаза привыкли, я понял: этот свет — мой шанс.
Я присел, не теряя ни секунды, и опустил обе руки к земле. Пальцы впились в трещины камня, ощущая его холод и твердость. Молча, едва шевеля губами, я произнёс заклинание, которое заставило воздух вокруг меня задрожать. Волна жара накатила, обжигала, но я знал, что в этом нет обратного пути. Я был готов.
Огонь вспыхнул мощным потоком, который буквально подкинул меня вверх, вытолкнув из туннеля, как пушку, выпуская меня в открытый мир. Все произошло за мгновение, но ощущение было невероятно ярким и болезненным. Горячий поток взорвался вокруг меня, сжёг подошву обуви, а мои ноги обожгло настолько, что боль пронзила каждую клетку. Это было гораздо болезненнее, чем я представлял. Я стиснул зубы, пытаясь не сдаться под этой пыткой.
Когда я камнем рухнул на землю, на мгновение показалось, что все закончилось. Я приземлился тяжело, и всё тело отозвалось болью, не давая ни секунды покоя. Но у меня не было времени на жалобы или истерику. Я сразу поднялся, скрипя зубами, чувствуя, как огонь продолжает гореть внутри меня. Моя обувь была почти полностью сожжена, а кожа на ногах была покорёжена, но на этом моменте я не мог остановиться.
Я встал на ноги, стиснув зубы и отпихнув боль вглубь сознания. Передо мной лежал лишь один путь. Да, я снова бежал от поединка, но сейчас не было времени оглядываться. Главное — выжить. Мои ноги побежали, и я устремился в темноту, будто пытался ускользнуть от всего, что могло меня догнать.
13
Смерть: ловушка для лучницы
Выбравшись на поверхность, я вновь вернулся в место, которое когда-то звалось городом. Сейчас это было лишь уродливое напоминание: мертвые коробки зданий, разбитые дороги, вывески, потерявшие цвет и голос. Город давно уже не дышал — он стонал от собственной пустоты.
Всё вокруг напоминало черновик мира, набросок, забытый и стёртый, обветшавший под тяжестью времени и безразличия. Здания стояли, но не жили. Их окна зияли тёмными пустотами, в которых обитала не тьма, а нечто иное — выжидающее, вязкое, вечно смотрящее. Улицы были слишком тихими, будто сам воздух боялся произносить хоть звук, чтобы не потревожить мёртвый порядок.
Людей не было. Их отсутствие ощущалось сильнее, чем если бы они были — как будто город сам запомнил их, но забыл, как правильно их изображать. Только по углам прятались тени, не просто от света, а как будто от чужого взгляда. Я ощущал их присутствие не глазами, а чем-то глубже — словно подсознание шептало: за тобой наблюдают. Не напрямую, не в открытую, но следят. Они были частью города, его больными клетками, порождёнными чем-то неестественным, не до конца оформленным.