Меткий стрелок. Том II (СИ)

Утром следующего дня сержант Фицджеральд прибыл на борт «Северной Девы». Церемония была короткой и немногословной. Мы собрались на палубе. Солнце только поднималось над лесом, окрашивая небо в нежные тона. Было свежо и тихо.
Сержант, стоя прямо, с бесстрастным лицом зачитал текст присяги. Простую формулу верности Короне и законам. Я, Артур, Кузьма, староверы, Сокол, Медведь, Ноко — все по очереди повторяли слова за сержантом, поднимая правую руку. Некоторые делали это с явным смущением, особенно староверы. Но они держались, верные своему слову. Банноки повторяли слова с непривычным акцентом, но старательно. Артур бормотал что-то под нос, видимо, все еще не до конца понимая серьезность момента. Вообще, он у нас несовершеннолетний и точно не должен присягать. Но никаких документов у него с собой нет (как и большинства тут), выглядит вполне взросло. Я решил, пусть присягает, нечего откалываться от коллектива.
  
Я чувствовал, что вся эта процедура что-то во мне меняет. Теперь я человеком, взявшим на себя обязательства перед Британской Короной и законами Канады. Это придавало моим действиям определенный вес. И определенную ответственность. Теперь я был официально «на крючке».
После присяги сержант записал имена всех присутствующих в толстую тетрадь, пожал руку мне и Кузьме как представителю группы.
— Что ж, мистер Уайт. Теперь вы и ваши люди — подданные Ее Величества. Временные, но… имеющие права. Не нарушайте законы, и у нас не будет проблем.
Его тон был вежливым, но предупреждение — предельно ясным. Власть на Юконе не шутила.
* * *
Вечером того же дня, как и было условлено, я, Финнеган и Артур отправились в «Фортуну». Моих новых русских работников я тащить с собой в вертеп опасался. Им и так присяга нелегко далась.
Макдонелл и Фицджеральд уже сидели за тем же столом. Зал салуна был полон народу, играло расстроенное пианино, доносились голоса, смех. Но атмосфера была, как я уже отметил, более культурной, чем в Сёркл-Сити. Чувствовалось, что в поселке есть власть. Что удивило — танцующие друг с другом мужчины. Но потом сообразил. Женщин на Севере мало, а в поселки и вовсе кот наплакал. Вот и выходят из положения. Один из мужчин вяжет на руку платок, изображая женщину, другой его обхватывает и начинаются танцы. Развлечение нехитрое и вовсе не предосудительное.
— Мистер Уайт! — Макдонелл поприветствовал меня, вставая. — Рад видеть, что вы человек слова. И с присягой уладили, слыхал. Ваши люди… э-э… своеобразны, но впечатляют. Особенно эти… индейцы.
— Банноки, сэр, — ответил я. — Надеюсь найдут общий язык с местными краснокожими.
— А вы умны, мистер Итон! — сделал мне комплимент Фицджеральд —
Работники-староверы — народ надежный и трудолюбивый. Непьющий.
«Почти» — чуть не ляпнул я, вспоминая Кузьму. Представил капитана и Артура, подозвал офицанта. Мы заказали все то же самое, что и канадцы, только без спиртного для Корбетта.
Вечер удался. Виски, что я привез с собой в бутылках, действительно произвело фурор. Сначала мы угостили Макдонелла и Фицджеральда. Они смаковали бурбон, причмокивая.
— Боже правый! — Макдонелл выдохнул. — Мистер Уайт! Это… это нектар! Ничего подобного я здесь не пил! Даже в Оттаве такого не сыщешь!
Фицджеральд молча кивнул, глаза его светились от удовольствия.
Постепенно вокруг нашего стола начали собираться другие посетители салуна — старатели, местные дельцы. Я не жадничал, заказывал выпивку для всех, кто подходил. Народ быстро проникся симпатией. Итон Уайт из Портленда, владелец шхуны, который угощает лучшим виски и не жмется — такая репутация на Фронтире распространяется мгновенно.
В разгар веселья, когда Макдонелл уже заметно захмелел, я осторожно напомнил ему о нашем утреннем разговоре.
— Мистер Макдонелл, мы договаривались о… документах? Насчет поселка? И старосты?
Регистратор, который только что громко рассказывал какую-то байку, повернулся ко мне. Его глаза были затуманены виски, но мысль, кажется, он уловил.
— А! Да-да! Поселок! Староста! Итон Уайт — наш староста! Я так и запишу! — он хлопнул себя по карману, где лежал блокнот. — Завтра же! Прямо с утра! Внесу тебя в список! Хотя подожди… А какого поселка⁇
— На слиянии Юкона и Клондайка. Я слышал, что там работал геолог Джордж Доусон. Можно назвать по его фамилии. Как идея?
— Отличная! — Макдонелл хлопнул меня по плечу — Как только Комиссар прибудет, я ему лично доложу, подпишу документы… Или отправлю их в Форт-Релайанс! Нет, лучше сам! Я скажу, что ты самый подходящий человек! Серьезный! Деньги вкладываешь! Привез отличный виски.
Фицджеральд, более трезвый, чем Макдонелл, тихо кашлянул.
— Александр, не горячись. Заявление нужно оформить. Официально.
— Оформлю! Все оформлю! — махнул рукой Макдонелл. — Завтра! Завтра с утра! А сейчас… еще виски! Итон! У тебя ведь еще есть?
Я улыбнулся. Конечно, есть. В тот вечер я, по сути, купил себе должность старосты и первоначальное одобрение планов на поселок не за двести пятьдесят долларов, а за несколько бутылок хорошего бурбона и гостеприимство. Удивительно, как иногда простота и личное общение решают вопросы лучше всяких денег.
В конце вечера, когда салун опустел, а Макдонелл и Фицджеральд еле держались на ногах, я помог им добраться до их домов. Оба благодарили меня, клялись в дружбе и обещали решить все вопросы с бумагами.
— Спасибо, Итон! — пробормотал Макдонелл, прислонившись к стене и пытаясь раскурить трубку. Его я «доставлял» последним — Настоящий… джентльмен! Я для тебя все сделаю. Тут, в Оттаве… У меня связи!
Ну вот. Пошли пьяные обещания. Пора сворачиваться. Я постучал в дверь двухэтажного дома, открыла девушка в чепце, укутанная в шаль.
— Папа⁈ Ты опять напился!
— Итон Уайт — я приподнял шляпу — Доставил мистера Макдонелла в полной целостности и сохранности.
Девушка поморщилась от перегара, что шел от отца, подхватила его под руку.
— Я Оливия Макдонелл. Спасибо, что не бросили папу. Зимой я сама ходила к салуну, все боялась, что он упадет в сугроб и замерзнет…
Я попытался рассмотреть лицо Оливии, но вокруг было темно, а девушка очень быстро и профессионально затолкала отца в дом и все, что удалось увидеть — стройную фигуру и толстую косу под чепцом.
— Доброй ночи, мистер Уайт — дверь хлопнула и я остался один на улице. Теперь главное, самому где-нибудь не свалиться. Ибо принял на грудь я тоже прилично, а спящий в кустах судовладелец совсем не комильфо.
  
Глава 9
 
Слияние Юкона и Клондайка… Даже сейчас, когда я стоял на палубе «Северной Девы», глядя на то место, где мутные, тяжелые воды Юкона встречались с более светлыми, стремительными водами его притока, это казалось чем-то нереальным. Тысячи миль пути, шторма, ремонты, драки, смерти, предательства, нехватка денег, бесконечные проблемы… И вот мы здесь. У самой цели. На пороге Клондайкской лихорадки.
Капитан Финнеган стоял рядом, попыхивая трубкой и сверяясь с картой, на которые он наносил мели. Его выдубленное ветрами лицо было сосредоточенным.
— Слушай, Калеб — поинтересовался я — А откуда у Клондайка такое название?
— Лоцман говорил, что по-ихнему это вроде «река полная рыбы».
— А Юкон?
— Светлая река.
Я глянул в мутные воды Юкона, хмыкнул. Подозвав лоцмана и обсудив с ним границы разлива во время половодья, начали обсуждать где ставить поселок. Даже поспорили. Точку в дискуссии поставил капитан:
— Берега тут низкие, болотистые. У самого слияния — небольшой мыс, там чуть повыше. Дальше начинаются холмы, поросшие деревьями. Удобно будет стволы спускать вниз, к поселку. Так что мистер Итон ставьте факторию на северном берегу. Пожалуй, самое подходящее место. От воды высоко, от затопления защищен. И обзор на обе реки хороший.
  
Я кивнул. Мыс на северном берегу.
— Причаливаем там, Калеб, — махнул рукой я. — Аккуратно. Надо выгрузить все.