Мы снова дома (СИ)

— Значит, сирот в интернаты? — уточнила Валентина Семеновна. — Прошу учесть, что среди них немало совсем маленьких, от нескольких дней до пяти лет. У вас есть люди, способные обиходить их?
— Есть, — заверил Николай Александрович. — Как раз многие интернаты начали пустеть, дарийцы большей частью выросли, но персонал их покинуть еще не успел. Да и, боюсь, вскоре снова будет наплыв сирот с пары новых, только открытых населенных планет. А взрослых придется распределять по трем мирам, как я уже говорил.
  
— Хорошо, — кивнула полковник, затем показало на туманное пятно. — Это портал?
— Да, — подтвердил наместник. — Он ведет на планету Арда, расположенную за много тысяч лет от Земли, в другом конце галактики. Кстати, прошу не удивляться, эта планета населена не только людьми, но и сказочными расами — эльфами, орками, гномами и гоблинами. На самом деле все они подвиды людей, поскольку могут иметь совместных детей, но выглядят немного странновато, как на наш взгляд.
— Чего только не бывает… — ошарашено покрутила головой Валентина Семеновна. — Один вопрос еще. Нельзя ли сделать портал немного больше? Через такой маленький эвакуация продлится несколько дней.
— Мастера пространства? — повернулся к упомянутым Николай Александрович. — Это возможно?
— Конечно, — кивнул Виталий. — Но делать это придется Игорю, поскольку зов завязан на него, а я проконтролирую. Сейчас передам ему схему, и сделаем. Кстати, среди беженцев я ощущаю нескольких одаренных, как минимум, пятерых, а то и семерых. Их можно будет обучить. Но прошу сначала убедиться в их достаточно высоком морально-этическом уровне.
— Убедимся, — пообещал наместник, наличие еще нескольких возможных мастеров его очень заинтересовало.
Игорь, получив схему, принялся обрабатывать ее, а затем применил. Вот только он совершил огромную ошибку, напрочь позабыв о необходимости подключать блоки стабилизации, чтобы не вызвать ненужного внимания Воспитателей. Те сразу заметили его работу, безошибочно угадав, что перед ними хаймотик, имеющий очень высокую сетевую толерантность.
Увеличившийся вдесятеро портал только успел стабилизироваться, как метрах в двадцати от него полыхнула слепящим огнем световая линия, буквально вспоровшая пространство. Оно лопнуло, открыв горящий опаловым светом переход, откуда вышли два человека в обтягивающих, словно покрытых рыбьей чешуей комбинезонах. На лицо оба выглядели совершенно одинаково, как будто были братьями-близнецами. Вот только при взгляде на них становилось неуютно, словно ты видел кого-то очень страшного. И полностью безразличного ко всем человеческим чувствам.
— Вот так-так, — заговорил один из пришельцев. — Да их здесь двое! Что ж вы, сволочи такие, притворялись убогими недоучками?
— Что ты натворил, Игореша?.. — с тоской протянул Виталий, до которого сразу все дошло, он осознал, что их сейчас просто заберут, невзирая ни на что, но просто так сдаваться не собирался. — У нас семьи, любимые и дети! Идите к черту! Это вы сволочи! Мы с вами не пойдем!
— Или пойдете, или ваши любимые умрут, — безразлично сказал второй Воспитатель. — Выбор за вами.
— Какие же вы подонки… — покачал головой Игорь, у которого в глазах потемнело от видения мертвых девочек, он как-то сразу поняло, что эти двое без малейших угрызений совести выполнят обещанное.
— Ты не понимаешь, — покачал головой первый. — От таких, как вы, зависят жизни триллионов разумных, вы можете их спасти в случае беды, а вы тут в песочнице куличи из песка лепите. И кто тогда подонок, если они погибнут потому, что вы, видите ли, хотите со своими семьями жить? Так что не надо, пошли. Не заставляйте нас применять силу.
— Кто вы такие? — ступил вперед Николай Александрович, тоже сразу понявший, что против этих существ совершенно бессилен, веяло от них нечеловеческой, давящей, пригибающей к полу силой. — По какому праву вы лезете в чужие жизни? У нас спасательная экспедиция, здесь семнадцать миллионов беженцев, которых надо вывести в нашу реальность.
— Проход останется открытым, пока вы их не выведете, — столько же безразлично сообщил второй. — А затем учитесь обходиться без хаймотиков, для вас их наличие слишком большая роскошь. Они нужны в другом месте.
— А их спросить?
— Ни их, ни чье-либо вообще мнение значения не имеет. Есть высший долг. Им дан дар, который они обязаны использовать в полной мере.
В этот момент до Игоря дошло, что он больше никогда не увидит своих любимых девочек. Ни Нику, ни Талариэль, ни Гарху, ни Хаянгу, да и всех остальных тоже. И парень ментально заорал от отчаяния, направляя мольбу о помощи неизвестно кому и куда, эта мольба мгновенно заполонила собой пространство, прорвавшись куда-то туда, куда обычно мольба человека прорваться не может. Но Игорь вложил в нее всю свою душу, все свое отчаяние, и она прорвалась. Ее услышали. Вот только кто услышал? Этого парень не знал, но был готов на все, чтобы избавиться от судьбы Контролирующего. Слишком она страшна и беспросветна, слишком безнадежна.
— Ты что творишь, идиот⁈ — эрсай присели, прикрыв уши ладонями, мольба била их по нервам и корежила. — Да ты хоть понимаешь, КТО может прийти на такой зов? Прекрати немедленно!!!
— Поздно, — раздался чей-то спокойный голос. — Я уже здесь.
Из темного угла ангара вышел высокий молодой мужчина с небольшой бородкой, одетый в просто выглядящий комбинезон. Вот только силой и ужасом от него веяло такими, что хотелось немедленно куда-то спрятаться, только бы не оставаться рядом с незнакомцем. Он был как бы не страшнее Воспитателей, все люди мгновенно поняли это и нервно поежились. Этот человек (а человек ли?) являл собой воплощение силы, слепое и грозное.
— Авари… — простонал один из эрсай. — Тебе-то что надо?
— Помешать вам совершить одну из последних ошибок.
— Последних ошибок? Что ты имеешь в виду?
— Вы, вся ваша структура, почти превысили меру терпения Творца, — столь же спокойно, как и раньше, ответил Авари. — Утверждаю это со всей ответственностью. Чем это чревато вам прекрасно известно. Сейчас на вас сосредоточено внимание очень многих, они ждут, когда же вы снова ошибетесь. Я, в отличие от других, считаю, что вы все же полезны. Точнее, станете полезны, если дадите себе труд наконец-то задуматься. Иначе я тоже брошу в корзину черный камень. Я еще не решил.
— Что же мы делаем не так?
— Да почти все. Вы забыли основные законы мироздания, даже хуже, вы их намерено игнорируете.
— Это какие же? — хмуро спросил второй Воспитатель.
— Другому тоже больно, — криво усмехнулся Авари. — Не делай другому того, чего не хочешь получить сам. Вы забыли, что основа всего — доброта. Вы забыли, что правильно то, что добрее. В кого вы превратились, Эрсай? В чудовищ, против которых боретесь?
— Значит, их ничтожная боль стоит дороже, чем жизнь триллионов? — кивнул на Игоря с Виталием первый эрсай. — Но это же неправильно!
— Своего можно добиться не только подлостью и жестокостью, как делаете вы, — укоризненно покачал головой Авари. — Да, это дольше, это намного тяжелее, но куда достойнее, чем принудить разумного, который после этого будет жить в отчаянии, желая только одного — умереть. Так вот, приговор вашей структуре почти сформирован. И от моего решения зависит очень многое. Я готов предоставить вам последний шанс измениться, передаю вашему руководству официальный ульматум. Или вы меняетесь, или будете низвергнуты в Бездну.
— Даже так? — изменился в лице второй Воспитель. — Какие же вы все идиоты…
— Да нет, это вы стали подонками, — тяжело вздохнул Авари. — Вспомните, какими вы были раньше. Скольким приходили на помощь. Как вели кандидатов от рождения, медленно воспитывая их, а не жестоко выдирали из семей. И насколько более эффективны воспитанные так, как Контролирующие! Почему до вас не доходит, что жестокость ни к чему хорошему не приводит?
  
— Скажи это вот этой империи, устроившей культурный геноцид, — презрительно бросил первый эрсай.