Измена пахнет расставанием (СИ)

Я корила себя за то, что не смогла сдержать эмоций. Я грызла себя за то, что это случилось прямо на рабочем месте. И это при условии, что я работаю тут без году неделя!
— Все в порядке, — пробормотала я, видя, как Алишер подходит к двери. Он остановился и перевел взгляд на меня.
Я полезла доставать костыли, а заодно и список вопросов. Осторожно я вошла в кабинет и села на диван.
— Что случилось, — произнес Алишер, перекладывая на столе бумаги.
Я молчала. Такие вопросы я не готова была обсуждать…
— Все в порядке, — словно заведенная кукла повторила я.
— Почему ты в таком виде? — спросил Алишер. В его голосе не было душевной теплоты, к которой сама того не зная почему, тянешься рассказать то, что тревожит. В нем чувствовалась деловая хватка.
Я не нашла, что соврать. Было бы у меня чуть больше времени, я бы придумала! А еще лучше, — сходила бы в туалет и умылась. Того и глядишь, спокойно бы досидела до конца рабочего дня, и никто ничего бы не заметил.
— Я к кому обращаюсь! — произнес Алишер холодно и отрывисто.
И снова я не нашла, что сказать.
— А вас это как касается? — спросила я едва слышно. Мне на мгновенье показалось, что это единственный резонный вопрос. Но при этом он звучал как-то по хамски…
— Наверное потому, что мой секретарь сидит рыдает на рабочем месте, не может внятно ответить на вопрос, не берет трубку, — отчеканил Алишер, сверкнув глазами.
Ого!
— Я же прихожу в банк, чтобы видеть улыбчивую аккуратную девушку, готовую помочь, а не рыдающую, растрепанную и несчастную? — произнес Алишер. — Это называется профессиональной этикой.
Я внутренне сжалась.
— Я знаю, — ответила я, сглотнув и опустив глаза. От меня ждали ответа, но я молчала и смотрела на свои руки. — Больше это не повторится…
Часы тикали в тишине, а я молчала, думая о том, какие еще вакансии видела в интернете.
— Итак! — внезапно громко произнес Алишер, закрывая дверь. — В бизнесе самое дорогое — это время. Я отменил важную встречу! Которая могла бы принести деньги! Я проигнорировал несколько важных звонков, которые тоже могли бы принести клиентов! Вместо того, чтобы четко ответить на вопрос, ты сидишь и молчишь! Долго еще это будет продолжаться?!
Он повысил голос, словно дожимая меня, а мне стало не по себе.
— Я беременна, — произнесла я, беря костыли и вставая. — Такой ответ вас устроит? Так что ищите мне замену. Можете уволить сразу!
  
Глава 44
 
Алишер замер, пока я нашарила костыль рукой и стала осторожно подниматься.
— Аля, — послышался голос, а я почувствовала, как меня бережно усаживают на диван.
Впервые я услышала в голосе Алишера нечто похожее на растерянность.
— Да, вот такая я проблемная, — произнесла я, словно ввинчивая в начальника эти слова. — Жалеете, что взяли меня на работу?
Почему у меня не получается нормальной жизни? Почему у меня вечно то оборвалось, то обосралось! И ведь только-только все наладилось. Я научилась жить без Дамира, нашла работу, присмотрела квартиру.
В кабинете повисла тишина. Даже кондиционер жужжал так монотонно и тихо, не нарушая, а скорее подчеркивая ее.
— Нет, — наконец произнес Алишер. Внутри меня бушевала такая буря, что я не поняла, к чему он это сказал.
— Я не жалею, что взял тебя на работу, — произнес Алишер, присев рядом. На этот раз он сидел так близко, что как бы не совсем допустимо рабочим этикетом.
На пару мгновений, Алишер выглядел растерянным. Он смотрел на свои руки, собранные в замок.
— Сколько по закону я еще имею права поработать? — усмехнулась я, все еще пытаясь нащупать свои многострадальные костыли.
Нет, а что? Уведомила? Уведомила. Пять — шесть месяцев, если все без осложнений, и я ухожу в декрет.
— Мне заранее написать заявление? — произнесла я.
— То есть, деньги тебе не нужны? — заметил Алишер. — Ни на кроватки, ни на смеси… И что-то там еще. У меня просто детей не было и нет, я не в курсе…
Аргумент.
— У нас у сотрудников есть медстраховка. Но поскольку ты официально не трудоустроена в связи с ситуацией с Дамиром, я предлагаю тебе прямо сейчас съездить в больницу… Я дам водителя… Это частная клиника. Одна из лучших в городе. И пусть они посмотрят, — произнес Алишер.
 
Я впервые почувствовала, как он кладет свою руку поверх моей и пожимает ее.
Пары мгновений хватило мне, чтобы отдернуть руку, словно от ожога. И не потому, что прикосновение были мне неприятно. Скорее потому, что наоборот.
Испугавшись этого чувства, я отсела подальше к ручке кресла. Один костыль упал на пол, второй съехал.
— Я понимаю, — заметил Алишер, после раздумья. — Ситуация странная. Но наши проблемы с Дамиром — это наши проблемы. И лично я не собираюсь тебя в них впутывать. И не надо смотреть на меня волком. Ты ведь виделась с ним? Не так ли?
В этот момент мне показалось, что в голосе Алишера прозвучало что-то вроде досады и горечи. Я с удивление посмотрела на него. Однако, ничего не ответила.
— Я прекрасно понимаю, сколько хорошего в кавычках он рассказывал обо мне. Я могу рассказать столько же про него. Но тебя это никак не должно касаться, — твердо произнес Алишер. — Так что сейчас я вызываю водителя, ты вытираешь сопли — слезы, пьешь…. А кофе тебе можно? Просто я не в курсе… Чай, кофе?
Я с удивлением смотрела на Алишера, который набирал номер водителя, а потом номер клиники.
— Сейчас подъедет… — послышался голос Алишера.
— Сотрудница? — спросил дежурный голос.
Алишер перевел на меня зеленые глаза. А мне было неловко встречаться с ни взглядом. Настолько, что внутри что-то перевернулось.
— Не совсем, — произнес он. — Примите. Я оплачу… Что там нужно? Анализы? Отлично… Что еще? Понятно… Да, сейчас подъедет…
Он положил трубку, а я потянулась за костылями. Жутко хотелось пить. От волнения в горле пересохло. «И вот опять он мне пытается помочь! Зачем?».
— Зачем вы мне постоянно помогаете? — спросила я, чувствуя, от волнения не могу нашарить костыль.
  
Глава 45
 
В этот момент мне казалось, что на меня давили даже стены. Никогда не думала, что обстоятельства могут загнать тебя в такие тиски, из которых не вырвешься. Теперь я, далекая от поэзии, понимала, что означает «сгущаются тучи».
И правда, словно свет за окном на пару мгновений померк. Словно тучи сожрали солнце, которое пробивалось сквозь огромные вертикальные жалюзи.
Я перевесилась через тугую ручку дивана и увидела съехавший на пол костыль.
Несколько взмахов рукой убедили меня, что я за ним не дотягиваюсь. Придется вставать…
— Ты просто поставила меня в тупик. Наверное, потому что ты мне нравишься, — просто произнес Алишер. — Как бы странно это не звучало. Я видел тебя, когда Дамир приезжал на встречу. Несколько раз ты мелькала рядом с ним. И всегда неизменно счастливая.
От удивления я забыла вообще, что делала до этого несколько секунд. Моя рука просто прошлась по воздуху, словно пытаясь что-то подцепить.
— Так что, я часто видел тебя в машине. Как ты сидела, уткнувшись в телефон, и изредка смотрела на Дамира, — заметил Алишер. И снова улыбнулся. — Словно я его съем, или он тебе со мной изменяет…
Я вспомнила моменты, когда Дамир брал меня за руку: «Посиди в машине!». Сначала я была уверена, что просто дело в мужском разговоре.
Я видела руки, которые схлопывались в крепком рукопожатии, дорогие машины, костюмы, часы, на которые постоянно посматривали.
Обычно такие встречи длились недолго. И я не успевала соскучиться. Зачастую перед этим звучало: «Это не телефонный разговор!».
Я снова вспоминала, как Дамир пытается заслонить собой машину, в которой сидела я. Он нарочно становился между мной и кем-то…
И однажды, когда встреча застала нас врасплох в торговом центре, Дамир был ужасно недоволен.
— Держи, — произнес Алишер, подавая мне костыль. — Когда снимать будут?