Династия. Феникс (СИ)

— Будущее, — оборачиваюсь я, заставляя говорящего замолчать.
Через час, когда оркестр играет вальс, а пары кружатся под снегом конфетти, я подхожу к Вальтеру. Он курит у окна, бесстыже сбрасывая пепел в горшок с орхидеей.
— Что думаете о свадьбе моей матери с князем Череповым? — с ходу спрашиваю я.
— Неожиданно, — отвечает Вальтер.
— Ещё бы. Кстати, я слышал, ваше сиятельство, вы хотите устроить внеочередное собрание совета Династии?
  
Он медленно выдыхает кольцо из дыма и отвечает:
— Пора внести перемены в корпорацию, Александр.
— Мы с нетерпением ждём, — с улыбкой отвечаю я. — Думаю, итоги собрания удивят многих.
  
Глава 28
 
Солнце бьёт в окна моего кабинета. Ремонтная бригада всё ещё копается на этаже надо мной — слышу, как сверху падают куски штукатурки.
Война закончилась, но её призрак цепляется за стены. Как Вальтер цепляется за власть.
На экране моего компьютера открыты сводки по Династии. Цифры зелёные и радуют глаза: заводы снова работают, биржевые графики ползут вверх. Даже после выплат компенсаций капитализация выросла на пять процентов. Сергей не зря вложился в наши акции — его люди уже сидят в отделе логистики.
Слияние активов наших родов уже началось. Само собой, у всех останется свой бизнес, но мы приняли решение вложиться в проекты друг друга. Уверен, это принесёт не только финансовые, но и другие плоды.
Протираю уставшие глаза и выключаю монитор. Подхожу к окну, глядя на вечерний город с высоты девяностого этажа. Москва быстро оправилась от войны — теперь и вовсе не скажешь, что совсем недавно на улицах велась стрельба, а люди в панике пытались покинуть город.
Раздаётся стук в дверь. Обернувшись, я вижу Виталия.
— Вижу, что ты не занят, — говорит он и заходит.
— Рабочий день официально закончился два часа назад, — отвечаю я.
— Как будто ты работаешь по часам, как обычный сотрудник, — усмехается дядя.
Он прикрывает дверь и подходит ко мне. Встаёт рядом, тоже глядя на город, и произносит:
— Завтра собрание. Должен признаться, я немного переживаю. Мы уверены только в нескольких членах совета, а все остальные вполне могут проголосовать за Вальтера.
— Не беспокойтесь, дядя. Как бы он их ни запугал, или что бы ни пообещал… Против Юрия они не посмеют выступить.
— Надеюсь. Но мы, наверное, поторопились начать деловое слияние с Череповыми. Это не всем членам совета понравилось, — Виталий поправляет очки.
— Им придётся это принять. А когда собрание закончится, нам предстоит избавиться от самых ненадёжных людей в совете, и убедить остальных как следует подумать о своей лояльности.
Виталий медленно вздыхает и кивает.
— Да. Мы справимся. Подбросить тебя до поместья? Отец опять предложил сегодня поужинать всем вместе.
— Да, с радостью, — говорю я.
Вскоре мы приезжаем в поместье Грозиных. Юрий встречает нас в холле. Почти подбегает и разводит руками:
— Ну⁈
— Что «ну»? — спрашиваю я.
— Когда собрание? Вы всё подготовили?
— Всё, что смогли, — отвечает Виталий. — Александр считает, что одно твоё появление заставит членов совета принять нужное нам решение.
— Ещё бы, — скалится Юрий. — Они меня боятся, как огня. А если учитывать, что считают мёртвым… Ха-ха, не терпится взглянуть на их лица!
— Мне тоже, — улыбаюсь я. — Простите, мне нужно принять душ и переодеться. Увидимся в столовой.
— Валяй, — Юрий машет рукой и обнимает за плечи Виталия. — А у тебя как дела? Точно решил, что хочешь перейти в руководство службы безопасности?
— Точно. Давно надо было это сделать…
Отправляюсь в свою комнату, привожу себя в порядок и отправляюсь в столовую. Выйдя в коридор, вижу маму. Она одета в лёгкое платье, и видно, что живот уже слегка округлился. На пальце Анны сверкает кольцо Череповых.
— Привет. Как ты? — она подходит ко мне и целует в щёку.
— Всё отлично. Работа идёт. А как у тебя?
— Сергей звонил, — мама поправляет волосы. — Сказал, что тоже приедет к ужину.
— С документами о слиянии активов?
— С пирогом. Говорит, я слишком худая.
— Тебе надо есть за двоих, — улыбаюсь я. — Можешь позволить себе немного поправиться.
Она смущённо улыбается и вдруг восклицает:
— Я не могу во всё это поверить! Я помолвлена с Сергеем, у нас будет ребёнок… В смысле, ещё один, — она со смехом гладит меня по плечу.
— А может, и не один, — говорю я. — Всё впереди. Но ты права, мне тоже порой не верится, что всё сложилось именно так.
— Лишь бы никаких жутких сюрпризов, как обычно, — вздыхает Анна.
— Не бойся. После войны наш род никто не посмеет тронуть, — отвечаю я.
«Остался только один сюрприз — от Алексея, — думаю я. — Когда он уже прилетит? Сказал, что скоро вернётся в Россию, но с тех пор пропал с радаров. Невольно начинаю думать, будто он что-то готовит…»
— Идём за стол, — говорю вслух. — Все уже, наверное, собрались.
— Да, пошли.
Мы спускаемся по лестнице на первый этаж. Мама берёт меня под руку, а я спрашиваю:
— Ты пока не сходила на УЗИ?
— Записалась на завтра.
— Отлично. Тогда завтра узнаем, кто у меня будет, брат или сестра, — улыбаюсь я.
Утром мы на лимузине едем в небоскрёб Династии. Почти все мужчины рода вместе — я, князь, Виталий, Юрий и Максим. Не хватает только Дмитрия и Алексея.
Не могу передать, как меня это радует. Мы сплотились против общего врага, мы — единое целое. Всё именно так, как и должно быть.
— Нервничаешь, Виталик? — скалится Юрий.
— Немного, — признаётся тот. — Князь Вальтер сделал всё, чтобы победить сегодня.
— Но он проиграет! — уверенно заявляет Григорий Михайлович.
Улицы Москвы напоминают пациента после реанимации — жив, но шрамы останутся навсегда. Возле Пушкинской площади экран с рекламой: «Грозины восстанавливают город!». Кадры строящихся домов, дети с гербами нашего рода на футболках. Егор придумал этот ролик. В последнее время он стал просто гением пропаганды.
— Собрание через час, — говорит князь Грозин, когда наш лимузин заезжает на подземную парковку. — Увидимся в конференц-зале, а пока займёмся делами.
— Это вы займётесь делами, а мне придётся здесь куковать, — ворчит Юрий.
— Осталось немного, дядя, — с улыбкой говорю я. — Уже очень скоро ваш выход.
— О да. И это будет триумф! — сжимая кулак, отвечает Юрий.
В кабинете меня ждёт новый личный помощник. Точнее, помощница, но феминитивы в этом мире не в чести.
— Здравствуй, Оксана, — говорю я. — Чудесно выглядишь.
— Здравствуйте, ваше сиятельство, — отвечает она, смотрит на своё отражение в стекле и поправляет волосы. — Я правда хорошо выгляжу или это дежурный комплимент?
— Правда, — отвечаю я.
— Значит, это благодаря вам. Сама бы я в жизни не оплатила пластических хирургов такого уровня.
Что ж, это правда. От шрама на лице Оксаны осталась только тонкая полоска, едва заметная, и то под определённым углом. Такое чувство, что она стала даже красивее.
А может, всё дело в том, что деловое платье, облегающее спортивную фигуру, идёт ей даже больше, чем форма.
— Я обязан тебе жизнью отца, — говорю я, садясь за стол и включая компьютер. — Это меньшее, что я мог сделать. Кстати, позволь задать вопрос. Я спрошу один раз, и мы больше не будем к этому возвращаться.
— Слушаю, — брови Оксаны чуть сдвигаются.
— Ты уверена, что хочешь заниматься этой работой? Ведь ты всю жизнь была, так сказать, под ружьём. Сначала в имперской армии, потом в Династии.
— Уверена, ваше сиятельство, — твёрдо произносит девушка. — С меня хватило. Я больше не хочу рисковать жизнью.
— Хорошо, — киваю я и просматриваю лежащие на столе бумаги. — Вальтер уже здесь?
— Да, — отвечает Оксана, взглянув в планшет. — В комнате отдыха на восьмидесятом. Пьёт кофе и читает статьи о вас.
— Обо мне? Какая честь, — усмехаюсь я. — Кстати, можешь обращаться ко мне на «ты», когда мы наедине.