Династия. Феникс (СИ)

— Зина мне ещё за это ответит, — качает головой князь Грозин.
— Не трогай её. Это всё твой старший брат, он ею манипулировал, как последней дурочкой. Ты же в курсе, что она была без памяти в него влюблена?
— Да, — коротко отвечает дедушка.
— Ну и вот. Ярослав вертел ею, как хотел.
— Давайте к делу, — перебиваю я. — Что случилось, когда покушение не удалось?
— Случилась война, — разводит руками Илья Романович. — И да, я хорошо заработал, продавая оружие Грозиным. А когда всё кончилось, вложился в Династию. Ярославу это очень не понравилось, мы поссорились. Он разорвал все связи и пропал. Я думал, что он мёртв.
  
— А он жив, — говорю я. — По крайней мере, был жив полгода назад.
— Надо же, вы всё-таки умеете искать информацию, когда хотите. Да, я это тоже недавно выяснил. Только не будем забегать вперёд. Слушайте.
Усевшись поудобнее, князь Жаров смотрит в пустоту между мной и дедушкой, а затем говорит:
— Лет двенадцать или тринадцать назад Виктория подкинула мне одно дело. Она тогда уже жила в Европе с Череповым и связалась с каким-то мужиком. Он не хотел называть своего имени, но предложил очень выгодный бизнес. Я согласился. Мы начали сотрудничать и отлично заработали.
— Это был Ярослав? — перебивает князь Грозин.
— Ты опять забегаешь вперёд, Григорий. Слушай дальше: мы продолжили сотрудничать, и со временем он предложил мне устроить переворот в Династии.
Илья Романович замолкает, с мрачным выражением лица наслаждаясь произведённым эффектом. Я не то чтобы поражён, скорее наоборот — рад, что мои догадки подтвердились.
Князь Жаров действительно лишь помощник кукловода. Главный злодей — кто-то другой.
— Что дальше? — спрашивает Григорий Михайлович.
— А дальше мы вместе строили шпионскую сеть внутри Династии. Собирали досье на каждого члена вашего рода. Наращивали силы, подкупали и запугивали людей. Проще говоря, готовились к тому, чтобы отобрать у Грозиных корпорацию.
— Ты так спокойно говоришь об этом. Думаешь, последствий не будет? — спрашивает князь Грозин.
— Думаю, что мы с тобой уже не будем сотрудничать, но мне плевать. Знаешь, почему я это рассказываю? Потому что Вика тоже Ему помогала. А Он убил её. Зарезал, как собаку, — стискивая подлокотники, отвечает Илья Романович.
— Вот что вы имели в виду, когда сказали, что поплатились за свои поступки? — уточняю я.
Жаров молча кивает и снова прикладывается к бутылке с коньяком.
— Всё, что сейчас происходит — это Его рук дело, — говорит он, вернув коньяк на столик. — Он начал действовать сам, не посвящая меня в детали, и я понятия не имею, почему именно сейчас.
— Это не так уж важно. Кто он? — спрашивает князь Грозин.
— Когда до меня дошло, что это Он убил Вику и специально попытался нас стравить, я тоже решил это выяснить, — произносит Илья Романович. — Вообще-то, я всё время думал, что это именно Ярослав…
— Так ты что-нибудь выяснил или нет? — с нажимом спрашивает Григорий Михайлович.
— Выяснил кое-что, — усмехается Жаров.
У меня в кармане вдруг вибрирует телефон. Жаров прерывается, и они вместе с дедушкой смотрят на меня. Я бросаю взгляд на экран и вижу, что это Виктор.
— Важный звонок, — говорю я и беру трубку. — Алло?
— Александр! Вы у окна⁈
— В смысле? — не понимаю я.
— Здесь снайпер на крыше! Мы увидели его через дрон! — тяжело дыша, выкрикивает Вик. — Я не успею добежать, прячьтесь!
Одновременно с этой фразой, дедушка спрашивает:
— Илья, хорош тянуть. Ты узнал, кто это?
— Думаю, что да, Григорий. Ты вряд ли будешь рад такое слышать, но это — один из вас…
Я бегу к окну, на ходу восклицая:
— На пол!!!
Не успеваю.
Окно разлетается вдребезги. Мне кажется, что я чувствую, как пуля пролетает в сантиметрах от меня. Повинуясь инстинктам, падаю на пол и кричу в трубку:
— Вик, он выстрелил!
— Я уже возле дома. Ребята с другой стороны. Сейчас возьмём его, — хватая ртом воздух, отвечает Виктор и сбрасывает звонок.
Я оборачиваюсь и вижу, что князь Грозин лежит на полу, накрыв голову руками. А князь Жаров по-прежнему сидит в кресле, медленно сползая набок. Из простреленного лба течёт кровь, заливая лицо.
Твою-то мать. Мы почти узнали, кто такой кукловод.
Но он, как выясняется, не жалеет даже самых важных союзников…
  
Глава 10
 
Григорий Михайлович, приподняв голову, смотрит на Жарова.
— Твою мать, Илья… — мне кажется, что в его голосе сквозит сожаление.
— Не вставайте, — говорю я и подползаю к окну.
Прячась за проёмом, осторожно встаю и задёргиваю плотные шторы. Теперь снайпер нас не увидит, но всё ещё может начать палить наугад. Хотя я уверен, что его целью был именно Жаров.
Вопрос только в том, как кукловод узнал, что мы поедем к нему сегодня и о чём будет говорить? Решение нанести визит было спонтанным.
Я не успеваю как следует об этом подумать, как раздаётся громкий стук в дверь.
— Илья Романович! Господа! У вас всё в порядке⁈
— Это вряд ли, — качаю головой я.
— Да уж, объясниться будет непросто, — бормочет князь Грозин. — Кто тебе звонил?
— Виктор. Они заметили снайпера с помощью дрона, но не успели добежать. Ага, вот и он, — говорю я, когда на телефон поступает звонок. — Да, Вик?
— Мы его взяли, — произносит он.
— Хорошо. Увидимся на базе.
— Понял, сваливаем.
Я убираю телефон в карман и встаю, показываю князю большой палец. Тот кивает и тоже поднимается. В дверь тем временем продолжают долбиться.
Григорий Михайлович подходит и щёлкает замком. Внутрь тут же врываются гвардейцы Жаровых, а следом за ними и гвардейцы Грозиных. Жаровские молча застывают, когда видят убитого князя. Грозинские молодцы, быстро соображают, что обстановка напряжённая, и встают между нами и местными солдатами.
— Снайпер, — сухо сообщает дедушка.
Командир гвардейцев Жарова поднимает на него взгляд и спрашивает, стискивая автомат:
— У вас есть при себе оружие, ваше сиятельство?
— Только не вздумай обвинять нас в убийстве господина, солдат, — хмурится Григорий Михайлович.
— Надеюсь, вы понимаете, князь. У нас есть основания, — говорит гвардеец и подаётся вперёд.
— Стой на месте! — телохранитель дедушки выставляет руку, остальные приподнимают оружие.
Я выхожу вперёд и говорю:
— Всем сохранять спокойствие. Как и сказал князь Грозин, это был снайпер. Он стрелял через окно, — я отдёргиваю штору, за которой видно разбитое окно. — Мы не уверены, в кого именно он целился, но…
— Что здесь происходит⁈ — в кабинет врывается мой одноклассник, Андрей Жаров.
Все резко замолкают. Даже я не знаю, что сказать. Андрей первым делом вонзает неприязненный взгляд в меня, и только потом замечает отца. Он смотрит на него, бледнея с каждой секундой и осознавая, что случилось. После этого он издаёт душераздирающий, животный вопль и бросается к телу.
— Папа! Отец! — из глаз Андрея брызжут слёзы.
Он протягивает дрожащие руки к мертвецу, но не решается коснуться его. Я чувствую, как у меня в горле встаёт твёрдый комок. Как бы я ни относился к Андрею, не хотел бы я сейчас оказаться на его месте. Подобное я пережил совсем недавно, но у меня была хотя бы надежда, что отец выживет. Здесь же без вариантов.
— Мои соболезнования, сынок, — глухо произносит Григорий Михайлович.
Жаров медленно поворачивается к нему и цедит сквозь зубы:
— Вы его убили, — по интонации непонятно, вопрос это или утверждение.
— Послушай, Андрей, — дедушка миролюбиво приподнимает ладонь. — Я понимаю твои чувства, но не стоит разбрасываться словами.
— Это вы его убили! Вы убили мою тётю, а теперь и моего отца! Гвардейцы! Взять их! — выкрикивает мой одноклассник.
Атмосфера в комнате резко накаляется. Наши бойцы закрывают меня и дедушку собой, беря оружие на изготовку. Солдаты Жаровых рассредотачиваются по комнате. В тишине щёлкают предохранители автоматов.