Спасибо моей новенькой фритюрнице за чудесный ужин (СИ)

Я опрокинул его на диван и заглянул в лицо, придерживая за подбородок:
— Да ты педагог, типа Тэргона! Учитель тоже любитель сбить спесь.
Ясси тяжело дышал и елозил, притягивая меня к себе поближе. А когда я склонился над ним совсем низко, то прошептал:
— Лэйме сказал, что ты не любишь магов разума. Ты же не разлюбишь меня, Дейнар, если я стану немного поумнее?
— Немного поумнее? — растерянно спросил я, и Ясси тревожно заблестел глазками.
— Совсем чуть-чуть, — сказал он. — Врач в приюте хочет отправить меня в колледж этой осенью, на курсы социальных работников, говорит, что даст мне любые рекомендации…
— Почему ты думаешь, что я разлюблю тебя, если ты будешь учиться в колледже? — я прижал его к себе и погладил по попке.
— Ведь маги Жизни так легко превращаются в магов разума, стоит лишь начать учиться, — вздохнул Ясси. — А почему… ты их не любишь?
— Думаешь, это так легко? — спросил я с любопытством. — Учиться?
— Раньше было непонятно и скучно, а теперь надо узнавать много очень важного, — сказал Ясси. — Но почему ты не любишь магов разума?
— Значит, ты уже стал магом разума, если тебе легко и интересно учиться, — сказал я. — Лэйме привел тебя на дорогу познания, а ты издеваешься над ним и сбиваешь спесь.
— Это… это ему нужно! — всхлипнул Ясси. — Но почему ты мне не отвечаешь, Дейнар? О магах разума? За что ты не любишь их… нас?
Что я мог ему ответить? Что у меня было — только слова Тэргона, туманные оговорки Лэйме и самого Ясси. И смутные подозрения. И лишь одно доказательство — зачарованные пламенные солдаты. Но кто сказал, что тех зачаровали именно маги разума?
— Когда-нибудь ты поймешь. Или я все узнаю раньше.
— Что узнаешь? — Ясси вцепился в мою рубашку. — И когда я пойму? Когда ты меня разлюбишь, да!?
— Я тебя не разлюблю никогда, милашка, — улыбнулся я и прижал его кулачок к груди. — Ты давно забрался под мою кожу, прямо сюда, в сердце.
Ясси разрыдался: “Говори-говори-говори”. И я ему рассказал. В конце концов, он превращался в мага разума. И имел уже и право, и силу все это знать, даже про жертвоприношения. И падение ордена Хаоса.
========== 66. Сила рода ==========
— Что мне надо делать у алтаря? — спрашивал меня Лэйме, сидя в машине перед домом рода. — Надо становиться на колени? Или еще что-нибудь?
Тоненький голосок внутри меня (изумительно похожий на Яссин) захихикал и пискнул: “голым лечь на алтарь”. Но взгляд Лэйме напряженно замирал на моем лице, а его руки судорожно сжимались на собственных плечах. И я не стал демонстрировать свое незаурядное остроумие.
— Просто позволь духам рода взглянуть на себя, на колени можно не становиться.
Он обхватил себя за живот и согнулся:
— Умоляю, не смотри на меня, Дейнар, это всего лишь жалкий страх, — выдавил он, не поднимая головы. — Сейчас я справлюсь.
Я рассеянно погладил его по спине и отвернулся к окну. Сложно представить, чем может напугать высокородного (пусть и бывшего) ритуал принятия в низкий род. Но рано или поздно любого эмпата накрывают загадочные переживания и обрушиваются на него волной истерики и страха. Сколько раз я это видел и всегда предпочитал не вникать.
Лэйме внезапно уткнулся лбом в мою ладонь и прошептал:
— Спасибо, что не осуждаешь.
— Со всеми бывает, — откликнулся я смущенно: его жест показался мне слишком интимным.
Наверное, та же мысль пришла в голову и Лэйме, потому что он внезапно отпрянул от меня, залившись краской. От неловкой ситуации нас спасла подъехавшая сестра.
Из ее машины выскочил всклокоченный Ясси и робко выполз наряженный в традиционные одежды хвостатик. Ясси немедленно бросился мне в объятия, сердце его колотилось быстро-быстро.
— Как ты живешь с этим чудовищем, мой благородный брат, — ухмыльнулась Динара. — Сначала он три дня не давал нам даже за руки подержаться и пригонял на наши свидания кучу своих приятелей. А потом…
— Не говори! — пискнул Ясси, пряча лицо у меня на груди.
— А потом, — безжалостно продолжила Динара, — он сказал мне, что Лио успокаивается, если погладить его по хвостику. И я поверила.
 
Она замолчала, и я с усмешкой спросил:
— И что же случилось? Твой милашка испачкал штанишки?
— Именно так, — процедила Динара. — Едва я прикоснулась к его хвостику.
Я заржал, внезапно догадавшись, почему хвостатик был закутан во все эти воздушные тряпки традиционного народного костюма. Ясси залепетал: “я не знал, я правду говорил, он раньше так успокаивался!”, а хвостатик горько разрыдался, прося прощения.
“Есть вещи, которые я предпочел бы не слышать”, — негромко сказал также вышедший из машины Лэйме.
На лице Динары отразились растерянность и раскаяние. Она оглянулась на своего хвостатика — тот сидел на корточках и плакал — и бросилась перед ним на колени, прямо на асфальт.
— Прости, прости, милый, я не хотела тебя обидеть…
Я потянул любопытствующего Ясси в дом, а Лэйме коварно прикрыл ему обзор, идя сзади:
— Не стоит демонстрировать столь неприкрытый интерес к подобным сценам, Ясси, — заметил он нравоучительно.
Ясси возмущенно подпрыгнул, но выступать не стал. Из-за заборов и ворот на нас всех таращились родичи и соседи, некоторые даже выходили на дорогу и тихо хихикали, наслаждаясь зрелищем.
Они так же глазели и шелестели все то время, пока мы шли к алтарю. В ритуальном зале Лэйме остановился и побледнел, уставившись на черепа, и я оглянулся на него, поднимая бровь.
— Да, прости, я иду, — прошептал он.
У алтаря около нас недоверчиво закружилась всего пара темных дымков. Предки явно не понимали, кого это им привели и зачем. И тогда я положил руки на плечи Лэйме и призвал стихию. Хаос яростно завыл рядом, привычно терзая меня и пытаясь вырваться для уничтожения. А потом я почувствовал упругое и прохладное прикосновение Силы Лэйме. Вода текла со мной рядом, и я поразился ее глубине и мощи — она кружилась водоворотами, обрушивалась водопадами и неслась огромными волнами. Я посмотрел на Лэйме и внезапно понял, что большая часть увиденного была лишь призрачным воспоминанием о былой Силе. То, чем он реально владел сейчас, походило на норовистую и юную горную речку среди иссохшей земли. Юную, так как Сила его возрождалась.
Духи предков — темные и редкие серебристые — бешено крутились вокруг нас, словно мотыльки у костра. И я понял, что означает “соблазнить Силой”, это было так похоже на обман. Но я же не хотел принести роду ничего, кроме пользы, ведь Лэйме действительно сильный маг и достойный человек, и я был уверен — на зло он не способен…
Духи собрались над нашими головами и осыпали темными тающими комочками и льдистыми снежинками (под восторженные ахи живых). А потом разлетелись.
— Род Дартзих приветствует тебя, брат, — сказал я Лэйме, и он грустно улыбнулся мне в ответ.
Мы отошли в сторону, чтобы понаблюдать за Динарой и ее хвостатиком. Вот кто был счастлив! Хвостатик сиял и лучился Тьмой, крепко сжимая Динару за руку, а она не сводила с него взгляда. И духи предков благосклонно кружились над ними, сопровождая к алтарю и осыпая своими дарами. Родичи умиленно всхлипывали.
— Как это прекрасно, — прошептал Ясси рядом и потерся щекой о мое плечо.
Мне немедленно захотелось его затискать, но увы, все, что я мог себе позволить на людях — это прижать его ладошку к губам.
После церемонии все радостно обступили Лэйме и хвостатика и потащили их праздновать. А меня с Динарой заманила на малый совет бабушка. Кроме нас троих здесь была еще одна тетя (из самых сильных) и дядюшка-герой войны.
— Мы будем вносить Лэйме в регистр свободных мужчин или присвоим ему статус жениха рода? — сразу перешла к делу бабушка.
— Свободный, но ни с кем не ведите переговоры насчет него, — быстро сказал я. — Пусть так живет, он не хочет брака.
— Недавашка, — гоготнул дядя.
— Имейте уважение, — прищурился я.
— Да уж, Рох, придержи свой казарменный юмор для другого случая, — сказала бабушка и обратилась к Динаре: — А ты успеешь до завтра принести выводок своему мужу?