Небесные всадницы (ЛП)

Глава 28. Пропавшая
Упражнения отвлекали Эйми от лишних мыслей о караване, но она верила, что старшие Всадницы следят за опасностями. Примерно в середине дня Лиррия увела их с тропы в сторону круглых холмов, поросших вереском. Маленькие фиолетовые колокольчики вздрогнули, когда три дракона спикировали низко, задевая брюхом вереск. Там Лиррия научила Эйми и Натин ослабить контроль над своими драконами и позволить им охотиться. Эйми показалось странным, что она позволила Джесс взять инициативу в свои руки, но мысленно она балансировала на грани их связи, готовая ухватиться за неё и укрепить свой авторитет. Ей не о чем было беспокоиться, её дракон был больше заинтересован в охоте, чем в полёте. Всего через несколько минут Джесс и Малгерус поймали и съели по зайцу. Джесс поймала и съела ещё двух, в то время как Малгерус проглотил четырёх.
  
К тому времени, как вереница из повозок наконец остановилась на целый день, у Эйми болели ягодицы и бёдра. Это был самый долгий день, который она провела в седле, и мысль о том, что завтра ей придётся проделать то же самое, вызвала у неё мышечный спазм. Большому каравану потребовалось время до позднего вечера, чтобы преодолеть расстояние, на которое они рассчитывали. Эйми приземлилась вместе с Малгерусом и Миднайт за пределами круга повозок и неуклюже соскользнула с седла, ноги у неё подкашивались.
Но что компенсировало это, так это прекрасный вид. В это время года солнце опускалось за горизонт всего на несколько часов, а перед этим небо заливал закат. Оно было розовато-золотистым, и на фоне заходящего солнца виднелись перистые облака. Розовый свет смягчил черты лица Лиррии. Эйми подумала, что романтическая сцена была идеальным моментом для того, чтобы более откровенно рассказать об их отношениях. Она подошла к Лиррии и встала рядом с ней.
— Здесь так красиво, — сказала она мягким голосом.
Лиррия пожала плечами.
— Да, трудно восхищаться этим, когда ты голодна.
Затем она снова повернулась к Миднайт. Плечи Эйми разочарованно опустились. Возможно, она неправильно рассчитала время. Она всё ещё не очень хорошо понимала, когда следует проявлять привязанность, а когда нет. Сквозь цветные чехлы на повозках она видела, как суетятся люди, устанавливая палатки и разжигая костры для приготовления пищи. К вечеру ветер стих, и в неподвижном воздухе зазвучали громкие голоса. Было много смеха, и настроение у всех было весёлое, когда они готовились провести свою первую ночь в тундре.
— Ладно, я пойду узнаю, какой график дежурств на сегодня, — сказала Лиррия. — И перекушу. Я умираю с голоду.
— А у меня будут часы? — спросила Натин.
Лиррия покачала головой, отчего её серьги заискрились в мягком свете. — Не в одиночку. Возможно, мы подберём тебе кого-нибудь в пару, поскольку это твой первый раз.
Лиррия подмигнула Эйми, прежде чем повернуться и проскользнуть в лагерь. Её разочарование исчезло. Несомненно, подмигивание означало, что Лиррия собирается всё исправить, чтобы они несли дежурство вместе. Очевидно, что у них была работа, которую нужно было выполнять, лагерь, который нужно было защищать, но они также были одни, и никто, кроме звёзд, не наблюдал за ними. А сейчас, когда солнце садилось, становилось холодно, и им приходилось прижиматься друг к другу, чтобы согреться. Предвкушение вскипело в Эйми.
— Ты совершенно не права, — сказала она Натин.
— В чём? — спросила Натин, выглядя смущённой.
Эйми взяла у Джесс свою седельную сумку.
— Насчёт Лиррии, — ответила она, не в силах сдержать широкую улыбку, расплывшуюся по её лицу.
Затем, прежде чем Натан успела возразить, Эйми перекинула сумку через плечо и посмотрела в сторону Миднайт. В высокой траве сгущались тени, и прошло несколько минут, прежде чем её взгляд наткнулся на фиолетового дракона. Миднайт свернулась калачиком на груде покрытых лишайником валунов неподалеку от лагеря. Эйми обвила руками шею Джесс, крепко прижимая её к себе. Сквозь чешую она чувствовала ровное биение сердца своего дракона.
— Иди и сядь с Миднайт, — сказала ей Эйми. Джесс легонько подтолкнула её локтем, её гладкая холодная чешуя коснулась щеки Эйми. — Ты, должно быть, устала после целого дня полёта. Хотя тебе определённо не нужен ужин, потому что ты съела целых трёх зайцев, жадина, — при упоминании ужина у Эйми заурчало в животе. — Ступай.
Она подтолкнула Джесс, как морально, так и физически. Джесс не пошевелилась. Вместо этого она снова толкнула Эйми локтем, на этот раз более сильно, заставив её отступить на шаг.
— Давай, Джесс, просто иди, — сказала Эйми с раздражением в голосе. Она не хотела признаваться, что чувствует беспокойство, но Джесс ясно дала понять, что ей всё известно. — Ладно, я знаю, что всё это, — она махнула рукой в сторону повозки, — заставляет меня немного нервничать, но я пытаюсь это скрыть, так что не могла бы ты, пожалуйста, просто притвориться, что не чувствуешь моей нервозности? Просто иди и ляг на один из камней, веди себя непринуждённо и не огрызайся на Малгеруса.
Наконец, бросив на неё последний пристальный взгляд своих жёлтых глаз, Джесс поняла намёк и упорхнула. Приземлившись на скалу ближе к полуночи, она сложила крылья и легла, спрятав голову под свёрнутым хвостом. Мгновение спустя Малгерус уселся на валун по другую сторону от Джесс. Эйми повернулась к Натин.
— Ты хочешь… — начала она, но Натин перебила её.
— Ни за что, — Натин покачала головой. — Сегодня вечером обязательно будет вкусная еда и истории, и я не хочу ничего пропустить, потому что люди думают, что я с тобой. — Она подняла свою седельную сумку. — Найди себе ужин сама.
Натин не проскользнула между двумя повозками в свет и шум лагеря, оставив Эйми в сгущающейся темноте.
— Отлично, — сказала она себе. — Я пойду и подружусь с кем-нибудь ещё. Теперь, когда я стала настоящей Всадницей, я могу это сделать.
Она расправила плечи и зашагала в лагерь. Трава прогибалась под её шагами, к чему она ещё не привыкла. Всю свою жизнь она ходила по мощеным улицам, а затем по скалам Кольцевых гор. В лагере, окруженном защитным кольцом из повозок, было оживлённо и шумно. Эйми задумалась, появятся ли когда-нибудь, после строительства дороги, уютные постоялые дворы вдоль маршрута. По лагерю разносились запахи готовящейся пищи, и в животе у неё громко заурчало. Она заметила Натин, её улыбающееся лицо было освещено светом костра, у которого она стояла. Эйми была поражена, увидев, что она уже держит в руках кружку с дымящимся чаем и смеётся вместе с двумя другими людьми. Один из них, молодой человек с бородой в форме лопаты, громко расхохотался над чем-то, что сказала Натин. Эйми завидовала другой девушке, которая уже успела вписаться в жизнь каравана и завести друзей.
— Но я тоже могу это сделать, — ободряюще прошептала она себе под нос.
Она искала подходящую группу людей, а не тех, с кем разговаривала Натин. Пожилой городской стражник сидел на ступеньках повозки и смазывал маслом свою кольчугу. Морщинки на его лице придавали ему добродушный вид, и он улыбнулся молодой женщине, которая поставила кружку с чаем на ступеньку рядом с его бедром. Стараясь придать своим ногам уверенности, Эйми подошла к ним.
— Меня зовут Эйми, — начала она. — Я новичок, поэтому у меня нет подходящих часов, но могу ли я ещё чем-нибудь помочь? Все выглядят такими занятыми. Я не очень хорошо готовлю чай, но моя тетя работала в пекарне и научила меня готовить, чтобы я могла помочь с этим.
Эйми выжидающе улыбнулась им. Женщина прищурилась, глядя на неё. Стражник медленно снял кольчугу и встал.
  
— Я думаю, мы справимся без твоей помощи. И, наверное, будет лучше, если ты будешь держаться особняком, — сказал он тихим, но твёрдым голосом.
— Это та, о ком говорил Граррон, — сказала женщина, выглядывая из-за плеча стражника.
— Разве тебе не нужно присматривать за драконом? — многозначительно спросил стражник.
Эйми подняла на него глаза. Он не был жестоким, не кричал и не оскорблял её, но выражение его лица было таким же, какое она видела всю свою жизнь. То, что она была Всадницей, не изменило отношения к ней окружающих. На глаза у неё навернулись слёзы, и она поспешила уйти, пока он не заметил, что она расстроена. Решив больше не терпеть отказов, она поискала кого-нибудь другого, с кем можно было бы поговорить. Розовое небо погасло, и на лагерь опустилась короткая ночь. Лица людей светились оранжевым в отблесках походных костров. Эйми перекинула седельную сумку на другое плечо и медленно пошла вперёд.