Небесные всадницы (ЛП)

случае не ослабляла хватки.
— Что случилось? — спросила Яра.
— Я разозлилась, — неохотно призналась она, — и отправила всё это Джесс. Я не хотела, но потом она захотела уйти от меня, и я потеряла контроль, — Эйми опустила плечи, уверенная, что Яра собирается её отругать. Яра потребовала, чтобы они стали Небесными Всадницами или погибли, пытаясь это сделать, и Эйми не думала, что она им посочувствует, поэтому она удивилась, когда голос Яры снова стал мягким и понимающим.
  
— Я уверена, Лиррия говорила тебе, что драконы очень чувствительны к эмоциям, но ты не сможешь понять, насколько хрупок их эмоциональный баланс, пока не почувствуешь это на собственном опыте. Я всегда думаю о Фарадейре, балансирующем на шпиле, и любые сильные эмоции, которые я посылаю, выдают его, — говоря это, Яра поглаживала ярко-красные перья Фарадейра. — Мне жаль Хайетту, и я понимаю, что ты злишься.
При упоминании Хайетты Эйми вспомнила слова Яры в ту ночь, когда она подслушивала их с Лиррией разговор. Яра велела Лиррии ускорить их обучение, она хотела, чтобы они стали полноценными Всадницами, готовы они были к этому или нет, и из-за этого Хайетта погибла. В её смерти были виноваты не Эйми и не Натин, а Яра.
— Мы устроим ей достойные похороны, — продолжила Яра, — и я сообщу новость её семье по пути на заседание совета.
Яра стиснула зубы, а в её ясных зелёных глазах читалось смирение. Судя по выражению лица, ей не в первый раз приходилось сообщать о смерти Всадницы. Вместо сочувствия Эйми почувствовала, как в груди закипает гнев, и она не знала, что с этим делать. Яра только что спасла её от падения со спины Джесс. Ей следовало бы быть благодарной, но сейчас она думала только о том, что, если бы Яра дала им время пообщаться со своими драконами, Хайетта тоже полетала бы.
Эйми подумала, услышат ли родители Хайетты, как дракон садится на их крышу, и узнают ли они печальные новости, которые он принёс. Слёзы снова наполнили её глаза. Джесс под ней набросилась на облако, и, боясь снова потерять контроль, Эйми попыталась запихнуть все мысли о Хайетте в дальний угол своего сознания. Она также попыталась спрятать свой гнев на Яру, потому что что ей оставалось с этим делать? Теперь Яра была её лидером.
Они снова достигли гор, где Натин и Малгерус описывали круги, пикируя и разгоняя облака с явной радостью. В душе Эйми закипело негодование, когда она увидела, что Натин уже летает с большим мастерством, чем она сама. Это было нелегко, но она подавила и эти эмоции, прежде чем они смогли повлиять на Джесс. Научиться жить более уравновешенно было непросто, и то, что Натин постоянно осыпала её оскорблениями, не помогало.
— Натин, — окликнула её Яра и помахала рукой, подлетая к ней.
Со своей ярко-оранжевой чешуёй Малгерус был похож на полосу восходящего солнца, задержавшуюся на небе. Он был крупнее Джесс, но не такой крупный, как Фарадейр, и, подлетев ближе, склонил голову в знак покорности лидеру стаи. Джесс была хорошо поставлена на место, когда Фарадейр столкнулся с ней лицом к лицу, и она тоже опустила голову, когда три дракона летели бок о бок с Фарадейром посередине. Под ними проплывали очертания гор, но Эйми старалась не смотреть вниз; каждый раз, когда она это делала, у неё сводило живот.
— Вы будете летать до конца дня, — сказала им Яра, поворачивая голову, чтобы посмотреть на них обоих. — Вскоре Лиррия поднимется в небо и расскажет вам об основных приёмах полёта. Тогда завтра вы начнёте учиться драться, сидя на спине дракона. Простите, что давлю на вас, но в связи с приведением к присяге нового совета, которое состоится сегодня днём, у нас будет не так много времени, прежде чем мне нужно будет обратиться к каждой Всаднице.
— Племена Кахоллин, Овогиль и Такхи согласились встретиться с нами, чтобы обсудить мирный процесс, но всё ещё есть Гельветы, которые не видят будущего, в котором мы будем друзьями. Учитывая возможность появления рабочих групп и большего числа торговцев за горами, на какое-то время у нас будет нехватка средств.
Эйми посмотрела на горизонт. Пёстрая зелень тундры лежала за полоской земли, соединявшей её с Киереллом. Часть её беспокоилась об ответственности, которую она взяла на себя, став Всадницей, но другая часть была в восторге от идеи увидеть мир за пределами Киерелла.
— Наконец-то всё встало на свои места, — продолжила Яра. — После сегодняшней церемонии и сегодняшнего заседания совета, я полагаю, совет захочет, чтобы вы принесли свои клятвы как можно скорее, возможно, даже завтра.
— Какие клятвы? — Эйми выпалила этот вопрос прежде, чем осознала, что произнесла его вслух.
И Яра, и Фарадейр повернули головы, чтобы посмотреть на неё. Она почувствовала, как краска заливает её шею. Натин, летевшая по другую сторону Яры, бросила на неё взгляд, который говорил бы о том, что Эйми только что доказала, что ничего не знает о Всадницах.
— Теперь, когда ты Небесная Всадница, тебе придётся официально поклясться защищать город. Эта клятва обязательна на всю жизнь, — сказала Яра. — Когда вас призовут, вы с Натин должны будете предстать перед Советом Неравенства и поклясться посвятить свою жизнь Киереллу. Это правило, установленное Кьелли, когда она основывала Всадниц, чтобы ни одна женщина не могла заполучить дракона и использовать его только в своих целях.
Эйми подумала о том, что ей предстоит сделать в ближайшие несколько дней. Научиться правильно летать, чтобы не погибнуть, научиться сражаться во время полёта, найди способ заключить перемирие с Натин, укрепить её связь с Джесс, чтобы её дракон больше не отвергал её, а затем выступить перед самыми могущественными людьми Киерелла. Задачи громоздились у неё в животе, как тяжёлые драконьи яйца.
Позади них раздались три коротких рёва, и Эйми оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лиррия и Миднайт взмыли в небо.
— Типичная Лиррия, всегда сообщает всем о своём прибытии, — со вздохом сказала Яра.
Затем тёмные крылья со свистом распахнулись над вершинами гор, и Дайренна и Блэк поднялись в небо. Эйми улыбнулась, увидев их. Фарадейр устремился вперёд, поднырнул под Джесс и Малгеруса и начал махать крыльями в сторону Миднайт и Блэка. Эйми была поражена тем, как быстро и легко Яра проделала этот манёвр. И она, и Натин начали поворачивать своих собственных драконов, и им потребовалось так много времени, чтобы Яра добралась до других Всадниц, прежде чем Джесс и Малгерус повернулись в нужную сторону.
— Натин, можно тебя кое о чём спросить? — сказала Эйми, оглядываясь на другую девушку.
— Нет, — ответила Натин, не глядя на неё. Затем она повернула голову и встретилась взглядом с Эйми. На её лице читался обычный гнев на весь мир, но голубые глаза были глазами маленькой девочки. — Хорошо, и что?
— Мы можем заключить перемирие?
— Зачем? — Натин скривила лицо, отчего веснушки на её носу сморщились.
— Потому что я сыта по горло противостоянием с тобой. На церемонии, о которой упоминала Яра, мы официально станем членами Небесных Всадниц. Предполагается, что как только ты становишься Всадницей, твоё прошлое, твои проблемы, от чего бы ты ни убегала, больше не имеют значения.
— Да, но остальные из нас оставили свои проблемы позади, когда поднялись на вершину. Ты принесла свои с собой.
— И это мои проблемы, а не твои, — отрезала Эйми, затем глубоко вздохнула.
Она так пристально смотрела на Натин, желая, чтобы та согласилась на перемирие, что не заметила приближения полуночи.
— Яра сказала вам, что сегодня вечером мы устроим Хайетте настоящие похороны Небесных Всадниц? — спросила Лиррия. Натин покачала головой, но Эйми кивнула. — Она не совсем полетала, но всё равно заслужила это. Я знаю, это больно, но вам нужно отложить это на потом, потому что нам нужно ещё потренироваться. Вы можете быть здесь, на небесах, но это ещё не значит, что вы потрясающие.
  
У Лиррии было серьёзное, учительское лицо, и Эйми подумала, не рассказала ли ей Яра о том, как она потеряла контроль над Джесс. Ей хотелось, чтобы они были одни, чтобы она могла поговорить с Лиррией об этом, и она надеялась, что позже Лиррия проскользнёт в её комнату. Они втроём медленно летели над внутренним краем Кольцевых гор. Они пролетели сквозь облако, и на чешуе драконов выступили капельки влаги. Когда они вынырнули из клубящегося серого тумана, Эйми заметила Фарадейра и Блэка, которые летели вниз, к Киереллу.