"Фантастика 2023-182". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– И там меня достанет Кемаль-бей. – К Лоренцо возвращалась не только речь, но и силы, и соображение. Зеки-фрай задумался.
– Может и не достать.
– А может и достать. И вообще, у меня дома дела. Ты поможешь?
– Всем, чем смогу.
Энцо вздохнул. Поневоле придется рассекретить кое-что. Но выбора нет.
– Ты можешь передвигаться по городу?
Зеки-фрай хихикнул, уверенно огладил свои телеса. Кругленькие такие…
– В женском наряде – могу. Конечно, грех, но Аллах простит.
Лоренцо кивнул. Он даже не сомневался, что простит, делать там Аллаху больше нечего, бабские юбки перебирать! Это ж Творец! Просто арайцы его называют иначе, а смысл тот же! Он вселенную сотворил, страны, людей… и теперь будет перебирать, кто какие штаны носит?
Тьфу на вас, идиотов! Аллаху это безразлично, это вы сами придумали, лишь бы людьми управлять было сподручнее. И точка.
В столице
В зале играла музыка.
Его высочество танцевал с эданной Франческой. Ах, как же она была хороша! Высокая, светловолосая, в белом и алом, такая невероятно красивая, с точеными чертами безупречного лица…
Особенно это было видно в сравнении с даной Алессандрой Карелла.
Дана Алессандра, будучи уже на сносях, выглядела просто жутко.
Пигментные пятна обезобразили некогда белую кожу, живот приходилось придерживать двумя руками – даже ходить ей было сложно. Отеки? Отеки были совершенно жуткими. Ноги у нее распухли втрое, и она слезливо жаловалась на это своему любовнику. Впрочем, хоть и слезливо, но недолго.
Мало жаловаться, надо еще, чтобы тебя слушали. А Филиппо этого не хотелось.
Родов Алессандры он ждал как… как естествоиспытатель, который тычет в жука соломинкой.
Словам отца он, конечно, верил. И о проклятье тоже. И… вообще. Может быть, рассосалось уже за столько-то лет? Ну когда это было… он же умный! Он знает, что некоторые проклятия как вино, со временем выдыхаются…
Могло и тут так произойти?
Могло, почему нет? А отец просто старый, он переживает, он последнее время очень сдал, похудел, словно высох, жалуется на боли в боку… лекари его пичкают всякой дрянью, но Филиппо Третьему все равно плохо.
Вот и сейчас сидит он, смотрит на дану Алессандру, о чем-то спрашивает…
Эданна Ческа только зубами скрипнула при виде этой картины. Но сдержалась. Ах, как же легко и приятно сдерживаться, когда знаешь, когда уверена в гибели соперницы! Когда ты лично принесла жертву, когда…
О – да!
Надо только подождать, ведьма говорила, уже недолго…
Эданна Франческа очаровательно улыбнулась любовнику, и Филиппо поднес к губам ее руку, поцеловал ладонь.
– Я приеду сегодня вечером.
Не вопрос, утверждение. Ческа лукаво надула губки.
– Филиппо, разве можно?
– Мне – можно!
– А как же пост?
– Помолимся вместе. Будем молиться до утра, – заверил ее любовник.
Ческа рассмеялась низким грудным смехом, который сводил с ума всех. Филиппо не стал исключением.
– Любовь моя…
Ческа мило улыбнулась. Хотя в душе ее царило ликование. Так их всех!
Любовь!
Утритесь, сволочи!
Момент ее триумфа прервал низкий тяжелый стон. Дана Алессандра держалась за живот, и глаза у нее были испуганные. А платье быстро намокало темным… кажется, там была не только вода, но и кровь?
Точнее Ческа не приглядывалась, да и как тут разглядишь? Тут же все кинулись к дане, началась суматоха, несчастную подняли на руки и понесли вон из залы, надо полагать, в ее покои.
Ческа обернулась к принцу и развела руками.
– Ваше высочество… любовь моя, вам нельзя уезжать. Вы должны остаться с бедняжкой… ей и так сейчас тяжело и страшно.
И получила еще один поцелуй.
– Ческа, ты воплощенное милосердие!
Ага, как же! Просто никуда ты не уйдешь, что она, не знает? Изучила за столько-то лет! Проще сейчас отпустить, а потом за это что-то потребовать, или еще лучше…
– Я останусь в своих покоях, во дворце. И если будет тяжело, я готова составить вам компанию. И помолиться вместе.
– Ты ангел.
Принц удалился. Ческа улыбнулась еще очаровательнее, представляя, что бы он сказал, узнав о проведенном его ангелом ритуале, и тоже направилась в свои покои.
 
Помолиться.
Дорогу ей преградил кардинал Санторо.
– Эданна Вилецци, уделите мне несколько минут?
– Слушаю, ваше высокопреосвященство.
– Позвольте проводить вас…
Ческа коснулась пальцами руки кардинала, показывая, что приглашение принимается.
– Эданна Вилецци, вы не боитесь происходящего?
– Надо ли, ваше высокопреосвященство?
– Если у его высочества появится ребенок… отцовские чувства, говорят, самые крепкие. Я их не испытывал, но часто слышу исповеди…
Эданна пожала плечами.
– Возможно, святой отец. Я не знаю, Господь пока не даровал мне ребенка, но я надеюсь, Он смилуется над Филиппо…
– Смилуется?
– Разумеется, ваше высокопреосвященство. Роды – трудная и опасная вещь, и многие женщины не выживают, и дети тоже… поэтому я сейчас пойду и буду молиться за здравие даны Алессандры и ее ребенка.
– Это делает вам честь. – Кардинал Санторо прищурился. – Что ж, я уверен, что вашу молитву Господь услышал… услышит. Он всегда слышит искренние слова, не так ли, эданна?
– Так, ваше высокопреосвященство, – отчеканила Франческа.
Кардинал подарил ей улыбку.
– Молитесь, эданна, молитесь. Вы же понимаете, что, если с даной или с ее ребенком что-то случится…
– Ваше высокопреосвященство!
Кардинал милейшим образом улыбнулся эданне Ческе и отошел. Эданна быстро прошла в свои покои, закрыла дверь… и не удержалась!
Прошла в дальнюю комнату, мимоходом отвесив пощечину служанке, – и с размаху запустила вазой в стену. Только осколки полетели…
И второй, и третьей…
Примерно через десять минут ей стало полегче.
Сволочь, гадина, склизкая тварь!!!
Ческа просто ненавидела кардинала Санторо! Была б ее воля – своими руками удавила бы мерзавца… Есть в нем что-то такое, опасное… но Филиппо, хоть король, хоть принц, этого почему-то в упор не видели!!!
Почему, ну почему?!
Может, на него порчу навести?
Эданна скрипнула зубами. Потом устыдилась своих мыслей – грех-то какой… Потом задумалась. Надо будет уточнить у ведьмы этот вопрос.
Или не надо?
К чести кардинала Санторо, он хоть и сволочь, и мразь, но священников держит в железном кулаке. А вот кто придет на его место?
Вот это большой и серьезный вопрос. Убить человека несложно, но где гарантия, что его сменщик окажется лучше, порядочнее или даже просто умнее предшественника? Или ищи такого и ставь его на нужное место, или…
Или пока – терпи.
Кардинала тоже понять можно, это же его племянница, если она родит Филиппо первенца, он серьезно вознесется…Нет, не она, а он. Ческа уже убедилась, что у Алессандры ума, как у тапочки! Что ей говорят, то она и делает.
Сказал Филиппо: хочу в постель с вами двумя, она и пошла, только глазами хлопала. Сказал бы с крыши прыгнуть – пошла бы и прыгнула. И дядю она слушает совершенно так же… покорно и безропотно. Настоящая дана, у которой все реплики: «да» и «повинуюсь». Ну и молитвенный набор на каждый день.
Ческа признавала полезность таких особей, но… но как же она их ненавидела!
Как свою мать, такую же тупую курицу, которая безропотно молилась и рожала. Как сестер, слабовольных идиоток, как…
Хотя если бы ее спросили, любит ли она умных и самостоятельных, ответ был бы тот же. Ческа и их ненавидела. С дурами справляться проще, и только-то. А ненависти и гнева у нее на всех хватит.
В дверь поскреблась служанка и получила вторую пощечину. Для симметрии – по другой щеке.
– Эданна… к вам его высочество! – всхлипнула девушка. К оплеухам ей было не привыкать.
– Иду, – скрипнула зубами Ческа. И быстрым шагом направилась в гостиную.
Конечно, Филиппо был там. Немного даже растерянный.